Судьба гусара - Андрей Посняков

– Что такое, Мефодий? Что с тобой? А?

Кучер – из рядовых рекрутов – боязливо махнул рукой:

– Сами посмотрите, господа. Тамока… там…

В кустах лежали мертвые тела, уже тронутые тленом. Те самые – брат и сестра. Значит, никто их не убрал – не дошли у местных руки… Бюрократия – как и везде. Тогда кто же, черт возьми, вывез сокровища? Впрочем, можно было предположить – кто.

– Надо бы их схоронить, – тихо промолвил штабс-ротмистр. – Все ж люди. Мефодий! Шанцевый инструмент найдется?

– Да лопатка есть, ваш-бродие.

– Ну, копай тогда, помолясь. Копай.

Истерзанные, уже начинавшие разлагаться тела закопали вместе, похоронили в одной яме. Срубив пару осинок, Мефодий быстро сколотил крест – его и воткнули, насыпав небольшой холмик. Сняв походную фуражку, Давыдов наскоро прочел молитву. Какую уж знал – православную – хотя погибшие были лютеране.

Поднялся ветер. Начавшийся было с утра мелкий дождик наконец-то прекратился, засияло лазурными прорехами небо, и лучик прорвавшегося сквозь облака солнца охватил ельник желтым веселым огнем.

– Едем, – надев фуражку, Денис махнул рукой. – Тут кирха недалече… скажем. И еще в одно местечко заглянем по пути.

Где находится хутор, гусар представлял себе смутновато – пришлось поискать, пока не наткнулись на знакомую повертку.

– Ага, – Давыдов придержал лошадь, углядев за деревьями серую ограду и маячившие за нею строения. – Похоже, здесь.

Все повернули и через пару минут уже были на месте. Нехорошее предчувствие охватило вдруг Дэна. Мыза выглядела покинутой и какой-то неживой – распахнутые настежь ворота, приоткрытая дверь… Даже собака – и та не лаяла, рядом с будкой же виднелась кровь.

– А вот и собачка, – спешившийся первым Мефодий деловито осмотрелся вокруг. – Вон, за будкой. Загрызли. Волки, видать.

Услышав про волков, Денис вздрогнул – что-то такое он сейчас и подумал и, как видно, сглазил: осмотрев хутор, гусары обнаружили истерзанные тела! На заднем дворе, за навозной кучей лежали трое. Двое детей – Ганс и Аль и нестарый еще мужчина – видать, их отец. У всех троих были перегрызены горла.

– Волки, – сняв шапку, Мефодий скорбно покачал головой. – Голодные по весне – жуть.

– Да как же они смогли пробраться на двор? – штабс-ротмистр Анкудеев нервно покусал ус. Пять загрызенных трупов за неполные пару часов – даже для привыкших ко всему гусар это было слишком.

Мефодий усмехнулся:

– Волки – тварюшки хитрые, вашбродь. Видать, притаились где-нибудь рядом, а как здешние бедолаги ворота открыли – по какой-нибудь надобности, – так и ворвались, бросились. Кругом глухомань, кричи – не кричи, помощи не дозовешься.

Все согласно кивнули и замолчали. Вокруг стоял омерзительный запах разлагающихся трупов, чем-то напоминающий запах гнилой рыбы или ворвани. Денис поморщился… Клацнув огнивом, Анкудеев раскурил трубку, Мефодий с Бровенчиным заглянули в дом, Денис же прямиком отправился к сараю и отворил ворота.

Пусто! Небось, уже успели сбагрить лошадей и повозку. А может, именно на ней и вывезли сокровища? Все может быть. На обратном же пути – уже во дворе – на незадачливых кладоискателей напали волки. Почему не напали раньше, в дороге, в лесу? Так, верно, волчья-то стая именно здесь, возле хутора, и ошивалась. Бедолаги едва успели ворота открыть, расслабились – наконец-то дома… тут их и…

Однако зачем волкам сокровища? Что, серые по базарам будут ходить, покупать мясо? Хм… у них и карманов-то нет! Ну, действительно – зачем волкам деньги, золото, серебро?

Как человек просвещенный (к тому же – будущий следователь или опер), Дэн ни в каких оборотней, конечно, не верил. Сказки для отвода глаз! Волки людишек погрызли – да… а после волков и кое-кто еще заглянул на хутор. Время военное – голод, шаек бродячих полно. Вот и прибрали сокровища – запросто, теперь уж точно не найдешь.

– Ты, Денис Васильевич, говоришь, недалеко церковь-то?

– Да недалече.

– Тогда пастору скажем. Пусть похоронят.

– Ага…

* * *

Весной приехал государь. Уже стаял снег, уже зеленела первая трава и тронутые клейкой листвой деревья приветливо махали ветвями вернувшимся с далекого юга птицам. Бледно-голубое небо частенько морщилось дождями, сказывалась близость моря. Но и то, что говорить – дождь-то дождь, но все же не слякоть, не мокрый, хлюпающий под ногами снег, так надоевший за сырую прусскую зиму.

Ни одна голова вора-интенданта по приезде государя не слетела! Никто не был наказан, отстранен от должности или, боже упаси, привлечен к суду. Нет! Да, честно говоря, Дэн ни на что такое и не надеялся. Вот если б царя выбирали, то перед выборами, возможно, что-то и последовало бы… некое образцово-показательное наказание, не на страх ворам, а для народной радости – кинуть собакам кость. Хоть так… Однако тут, при проклятом царизме, даже и такого не случилось! Все воры остались при своих постах и регалиях… впрочем, в присутствии государя все же открыто воровать боялись, и снабжение армии резко улучшилось. Кто из солдатушек выжил, тот нынче поел вволю… И то хорошо!

В один из таких солнечно-дождливых, типично балтийских дней командующий князь Багратион вызвал к себе своего верного адъютанта Давыдова.

– Здравия желаю, ваше высокопревосходительство! – явившись, вытянулся во фрунт гусар.

Петр Иванович махнул рукой и по-отечески улыбнулся:

– Да полно, полно тебе, Денис. Садись вот лучше – в ногах правды нет.

Генерал нынче выглядел веселым, куда и делась прежняя зимняя хандра? Не так давно, будучи в соседнем Бартенштейне, государь Александр Павлович навестил и авангард Багратиона, оставшись чрезвычайно доволен устроенным в честь него строевым смотром. Егеря и гусары показали себя во всей красе, не подвела и пехота – солдатушки в новых шинелях браво выпячивали грудь да кричали здравицы императору.

Все так, только вот к Давыдову Александр по-прежнему относился холодно, памятуя сочиненные гусаром басни. Однако что ж… Денис Васильевич и сам не очень-то жаловал государя, оказавшегося столь немилостивым к герою-генералиссимусу Суворову и приблизившего к себе всяких проходимцев вроде генерала Беннигсена. С последним, в общем-то, было понятно – достаточно вспомнить Михайловский замок и убийство императора Павла.

– Вот что, Денис Васильевич, – потрогав кончик огромного своего носа, Багратион зачем-то понизил голос и даже обернулся, словно его здесь, в собственной штаб-квартире, могли подслушать!

Ну… разве что если б кто-то забрался под стол… или поставил «жучок». Подумав так, Дэн улыбнулся…

– Вижу, вижу – весел! – одобрительно покивал генерал и, сразу став серьезным, продолжил: – Божьей милостью государь наш Александр Павлович нынче изволил отправиться в Тильзит… Где и будет ждать хода дальнейших действий. Тильзит не Баренштейн, подале… Вот и с продовольствием, с фуражом что-то господа интенданты тянут, хотя обещали лично. Есть там такой майор Фельден, глава комитета при Беннигсене. Он там как раз фуражом да продовольствием и заведует… Езжай-ка, Денис, да разберись. Поторопи, пригрози… Но чтоб снабжение было!