Совок 6 - Вадим Агарев

— Нет, Антонина! — твердо отверг я оголтелые посягательства алчущей охотницы. Испытывающей тяготение к моему холостяцкому скальпу.

— Сегодня никак не получится! Сегодня, Антонина, у меня свидание с моей любимой женщиной. Ведь так, любимая? — обернулся я к всё еще втихомолку веселящейся Валентине Викторовне.

Мечта поэта эпохи возрождения растерянно захлопала опахалами ресниц. Потом перевела удивлённые глаза с меня на Тонечку. Потом икнула и снова посмотрела на меня.

В отличие от царственной Валентины Викторовны, которую я впервые видел в состоянии такого суетливого изумления, Тонечка, наоборот, наблюдала за происходящим с торжеством проснувшегося всепонимания. Похоже, что в её куриной головке все пазлы сложились. На античную начальницу она теперь смотрела без прежнего почитания. И даже задрала подбородок, побелев лицом. Глаза её неистово сверкали.

Возможно, вся эта пантомима, через секунду-другую, трансформировалась бы во что-то более яркое и громкое, но тут в приёмную повалил следственный люд. Обстановка в помещении несколько разрядилась и уже не искрила с прежней интенсивностью. А я с удовлетворением отметил, что прекраснейшая из Валентин, надо мной больше не потешается. А смотрит на меня с недобрым прищуром. И еще с любопытством. По-товарищески подмигнув ей, я первым шагнул через порог прозекторской.

Стоило полутора десяткам следователей рассесться по местам, как майор Данилин обратил на меня своё внимание. Под его немигающим взглядом я поднялся со стула.

— Прошу внимания, товарищи офицеры! — пресек перешептывания и переглядывания начальник, — По поручению и от лица начальника РОВД, а так же от себя лично объявляю благодарность следователю Корнееву Сергею Егоровичу. За результативное взаимодействие с уголовным розыском и за личные заслуги в раскрытии двух тяжких преступлений! Приказ о поощрении будет позже!

Сначала я удивился вместе со всеми коллегами, а потом напрягся. По всему выходило, что через Данилина мне сейчас бросили кость. За то, что лаврами Гриненко руководители таки решили поделиться с печеночными сосальщиками. Непричастными к раскрытию. На душе заскребли кошки. От вульгарного кидняка и от неизбежного теперь конфликта с Дергачевым. Конфликта, которого мне совсем не хотелось.

Вернувшись с оперативки в кабинет, набрал номер Натальи Сигизмундовны. Трубку на том конце подняли после первого же гудка.

— Начинай выходить, я одеваюсь! — поторопил я девушку.

Не успел я вернуть трубку на аппарат, как он зазвонил. Это была Шевцова. Поздоровавшись, она потребовала моего присутствия на горторговской базе промтоваров.

— Никаких возражений, Сергей! Вчера был новый завоз и сейчас можно будет посмотреть. Ты же сам просил достойных обновок для своей, так сказать, племянницы, — чувствовалось, что Светлана Сергеевна ухмыльнулась, — Или ты думаешь, что импортный дефицит будет ждать, когда ты соизволишь выбрать время? Чтобы через час был! И захвати Лизу, её присутствие сбережет нам всем время.

Чертыхнувшись, я натянул куртку и, закрыв кабинет, пошел на выход. Кляня судьбу и неизбежный шопинг. Спрыгнуть с которого было никак невозможно. Действительно, сам ведь просил Шевцову помочь с приобретением достойной экипировки для Лизы из Урюпинска.

Подхватив в условленном месте прокуроршу и объяснив вкратце ей ситуацию, я рванул домой. Хозяйка городской торговли была права. Во избежание неразберихи и лишних трат времени надо было захватить бенефициаршу сегодняшнего похода за шматьём. Заодно и денег добавить в лопатник из потаённой нычки, которую я оборудовал в квартире Паны.

— Привет! — на правое пассажирское сиденье уселась мадемуазель Копылова, — К тебе?

В руках у неё, помимо обычной женской котомки, был внушительный газетный сверток. Размерами, как раз, соответствующий подшитому отказному материалу, скрученному в свиток.

— Ко мне, — кивнул я, трогаясь с места, — Заберём племянницу и съездим в одно место. Потратим там час на покупку ей барахла. Ты не против? — я повернулся к Наталье.

— Я-то не против, да только часа, боюсь, не хватит! — хмыкнула та, от которой напрямую зависела судьба друга.

— Ну так я надеюсь на твою помощь! — погладил я по коленке прокуроршу, — Поможешь?

— Куда ж я денусь! — не глядя, она сунула руку вниз и, отжав рычажок, откинула назад спинку сиденья барышня, — А где ты её одевать собрался? Может, и тут моя помощь пригодится? У отца неплохие связи в облпотребсоюзе, хочешь, я с ним поговорю?

— Нет, спасибо! — я вспомнил товарища Гудошникова, который уже помог мне с жильём и с гаражом, — Не стоит напрягать папины связи! Тем более, что облпотребсоюзом я уже обласкан.

— Как хочешь! — Копылова блаженно откинулась назад и до самого конца маршрута ехала полулёжа. — Спина устала! — пожаловалась она, — Весь день над этими отказными просидела, какие же эти опера тупые! Почти все они сами себе яму роют в этих отказных. Неужели нельзя всё грамотно обставить и сформулировать в соответствии с нормами права?!

— Можно, конечно! — согласился я с возмущенно недоумевающей барышней, — Но ты, душа моя, не забывай, что им еще преступления раскрывать приходится. И много чего еще. Слишком много задач они обязаны решать по своей должности.

— Да ну их нафиг! — легкомысленно отмахнулась спасительница Стаса, — Расскажи лучше, какие обновки ты своей племяннице купить намерен?

— Не знаю! — рассеянно пожал я плечами, — Ей много чего надо. Обувь, одежду, ну и лифчики-трусы, конечно! Она уже почти взрослая, шестнадцатый годок пошел.

— Тогда точно, часа не хватит! — убежденно констатировала Наталья Сигизмундовна.

Оставив её сторожить машину, я поспешил в подъезд.

— Собирайся! — скомандовал я Лизе, которая выскочила в коридор на шум открываемой двери, — К Светлане Сергеевне поедем за обновками для тебя!

Счастливо взвизгнув, девчонка метнулась назад в апартаменты. А я разулся и пошел в секретное помещение побрызгать. Там же, достав из тайника, добавил в кошелёк дополнительную стопку денежных знаков.

Вернувшись в прихожку, обнаружил там свою беспризорницу. Уже обутую-одетую и нетерпеливо переминающуюся с ноги на ногу.

— Да, я забыл тебе сказать, с нами еще одна девушка к Светлане поедет, — решил заранее предупредить я Лизавету, — Она, как и я юрист, но только в прокуратуре работает. Так что ты веди себя прилично и в окна на ходу не сморкайся!

— Сам ты не сморкайся! — возмущенная моим предупреждением относительно соблюдения этикета, девчонка даже приостановилась посреди лестничного марша, — Ты лучше