Я Гордый 3 - Тимур Машуков

— Но она этого не сделала.

— И это чудо. Кстати, почему она была голой?

Эм, вот тут наступил критический момент. Если скажу, что с ней кувыркался, то Оля, находясь под стрессом, вполне способна прибить.

— Изображали любовников, чтобы убийцы расслабились.

— Только изображали?

— Ага. Лежали и следили, — не моргнув глазом, соврал я, помня, что иногда святая ложь лучше губительной правды.

Конечно, я потом повинюсь и все расскажу. Но потом, когда гроза уйдет. А сейчас максимально честное и немного испуганное лицо будет в самый раз. Можно еще дрожи в голосе подпустить, чтобы прям наверняка.

— Ладно, я к себе досыпать. Надеюсь, до утра ты сможешь дожить самостоятельно.

— Может, останешься? — с надеждой спросил я.

— Обойдешься. Надо хоть немного поспать, а с тобой это сделать не получится.

Встав, она приблизилась ко мне.

— Если еще хоть раз ты выкинешь нечто подобное, я тебя своими руками убью, чтоб и себя, и других не мучил!

И прежде чем я успел ее обнять, она испарилась из моей комнаты, на прощанье сильно хлопнув дверью.

И вот я сижу, переваривая случившееся и размышляя, как мне теперь спать на постели, залитой кровью. Выход в моем воспаленном мозгу нашелся быстро. Кровь — та же жидкость и еще не успела окончательно высохнуть. Поэтому, коснувшись ее, я смог собрать все, что было, в небольшой шар, который отнес в душ и смыл в раковину.

Теперь было чисто и сухо. Поразмышляв о вечном и придя к выводу, что я все равно красавчик, хоть и с уклоном в сторону психиатрической больницы, я завернулся в одеяло и крепко заснул.

— Вставай! — мне в лицо прилетела струя воды.

— Твою мать через растак колено!!! -взревел я как-то подслушанной у дворника Митрича фразой, когда он, споткнувшись, разбил чекушку водки. — Это кто тут себя бессмертным вообразил⁈

Отплевавшись, я увидел стоящую передо мной Любу, держащую в руках пустой стакан. Ага, сестренка в себя с чего-то поверила! Надо наказать.

Рывок, и вот она уже мычит под кляпом из простыни, связанная одеялом. Свободна лишь задница, кстати, очень даже замечательная, скажу я вам, но сейчас не до политесов.

Юбка вверх, трусики вниз — и звонкий шлепок:

— Не врывайся без спроса в комнату, не буди спящего, уважай чужие границы, веди себя как леди!

Лекцию по культуре общения я сопровождал ударами по заднице — не больно, но очень обидно. Закончив экзекуцию, я ее освободил и пошлепал в душ под её гневное сопение. Надо же, растет, а раньше бы точно в драку кинулась.

Сделав свои дела, я вышел обратно. Любы в комнате уже не было, да и фиг бы с ней. Желудок квакнул, напомнив, что я последний раз ел еще вчера, в обед.

Переодевшись, я направился в столовую, решив по пути заглянуть к Ольге, если она ещё не удрала, и дать еще и ей по заднице, чтобы не раздавала ключи от моей комнаты кому попало. Но увы, на мой стук никто не открыл, и пришлось мне топать самому в царство еды и напитков.

Нет, можно было, конечно, нагрянуть и в кафешку, но во-первых, не стоит отрываться от народа, а во-вторых, до нее было дольше топать, а я ленивый, особенно по утрам.

В столовке было шумно и местами даже весело — кто-то ругался и уже слышались вызовы на дуэль, кто-то смеялся, кто-то активно флиртовал. В общем, все как всегда. Кстати, тут были сейчас только воины — видать, опасаются, что у первых курсов может крышу снести.

Заметив своих лед и пламя, я набрал еды и отправился к ним. Увидев меня, они как-то неприятно вздрогнули и, кажется, решили смыться. Черт, напугал их вчера, что ли?

— Так, мои красивые и желанные, -присел я рядом. — Скажу сразу, чтобы не было недомолвок и страха в ваших глазах — с Алой мы разобрались, и у нее все хорошо, слово принца. Ночью ей пришлось спешно отбыть из академии и когда она вернется, да и вернется ли вообще, пока не знаю. Вроде у неё какие-то проблемы с семьей. Так что я ее не обидел и расстались мы вполне дружески. Недоразумение, возникшее по моей вине, разрешилось, так что переживать не о чем.

— Вчера ты был очень страшным, -шепнула Наташа под одобрительный кивок Светы.

— Простите. Просто после стольких покушений на меня приходится во всех видеть врагов и быстро переключаться с боевого режима на мирный очень сложно. Но я постараюсь, надеюсь, с вашей помощью. Что у нас сегодня по плану?

— Боевое сглаживание. Вот только получается, раз Аллы нет, нам нужна четвертая…

— Кого посоветуете?

— Ну, пока тебя не было, мы дважды были в разных командах, но никто особо не зацепил. Все уже сработались более-менее.

— Ну, значит, будем втроем — или это запрещено?

— Нет вроде. Но могут кого-то насильно к нам поставить. Правда, у тебя ранг воевода, поэтому, возможно, и разрешат воевать в урезанном составе. Надо со Снежаной поговорить.

— Поговорим и посмотрим. Кстати, что там у вас с гормонами? — хитро прищурился я.

— Все так же, — вздохнули они. Наташа потупилась:

— Я вот сижу, а кроме как о… ну, ты понял, ни о чем и думать больше не могу. А когда ты рядом, так вообще тяжко становится. Надо с этим что-то делать…

— Безудержный секс во всех позах?

— Пошло, но не думаю, что поможет. Боюсь разнести комнату во время всплеска.

— Значит, эксперимент надо проводить на полигоне.

— Или еще подождать, — вставила рассудительная Света. — Кажется, стало чуть легче реагировать. Идет перестройка организма, и кто знает, что случится, если в нее вмешаться.

— Эх, нет в жизни счастья, — картинно вздохнул я под их грустными улыбками. — Кстати, а чего вас домой-то вызывали?

— Мы тебе потом расскажем, хорошо? -вдруг смутились они и покраснели. И кажется, я стал догадываться, что к чему. Папа постарался, что ль? Небось, уже и с родителями их пообщался на предмет фавориток. Все ж знают, в чьей комнате я ночевал. Надо проверить, но не сейчас. Домой приеду и разведаю обстановку.

Так, а чего это у меня между лопаток зачесалось? Крылья, что ль, растут? Надеюсь, не кожаные, потому как ангельские мне больше к лицу. А нет, это мои любимые