Только монстр - Ванесса Лен

– Так этот король что, правит всеми монстрами в Англии?

– Наши границы отличаются от того, что люди называют странами, – с кислым выражением, явно не желая отвечать, выдавил Аарон. – А государства образовались задолго до них.

Джоанна снова почувствовала, что перед ней приоткрывается завеса совсем иного мира, и пожалела, что бабушка никогда о нем не рассказывала, оставив такие пробелы в знаниях внучки.

Мимо проехал большой красный грузовик королевской почты. Аарон пристально следил за ним, пока тот не свернул за угол, и вообще наблюдал за каждой машиной на дороге, а когда наконец загорелся зеленый сигнал светофора, поспешно зашагал на противоположную сторону улицы.

– Послушай… – сделала новую попытку завязать беседу Джоанна.

– Иди быстрее, – перебил Аарон, и заговорил снова только тогда, когда она нагнала его, тем же резким тоном. – Короля никто никогда не видел. Он правит, отдавая приказы через членов дворцового совета. Они служат исполнителями его воли и палачами. Мы иногда называем их Curia Monstrorum[3], или курия монстров.

Стараясь не отставать от спутника, Джоанна задумалась, собирая воедино клочки полученной информации. В сообществе монстров существовала некая структура власти. Ранее Рут упоминала о королевских гвардейцах, которые, кажется, исполняли роль полиции. Распоряжения им отдавали, похоже, члены дворцового совета. И во главе всей иерархии стоял сам Король. Вот только как может править тот, кого никто никогда не видел?

Джоанна безуспешно попыталась представить невидимого монарха, ведущего все дела в сообществе монстров, но быстро сдалась и решила расспросить Аарона.

– Как ты считаешь, Ин сказал правду? О том, что Король когда-то изменил предыдущую линию времени? И стер истинную хронологию с помощью какого-то устройства?

– Не говори этого, – прошипел Аарон, снова настороженно оглядываясь, затем заметил недоуменный вид Джоанны и пояснил: – Не произноси слова «истинная хронология» или «истинная история» в людных местах.

Сейчас они шагали по тротуару вдоль дороги. Вряд ли это можно было назвать «людным местом». Кроме того, Ин свободно обсуждал упомянутую тему.

– Никто нас не слышит, – наконец прокомментировала Джоанна.

Аарон осторожно осмотрелся по сторонам, прежде чем снова заговорил, и то так тихо, словно боялся, что кто-то подслушает, хотя поблизости никого не было:

– Существует только одна хронологическая линия. Та, события в которой соответствуют желанию Короля. Упоминать о другом потоке времени вслух и тем более называть его «истинным» опасно. Это… это богохульство.

– Богохульство? – ошеломленно повторила Джоанна. Учитывая контекст обсуждения, было бы уместнее употребить «государственная измена», так как этого не одобрял правитель. – Но, Аарон…

– Пожалуйста, – быстро перебил ее Оливер. – Пожалуйста, давай сначала доберемся до безопасного места, и уже потом продолжишь расспросы. – Он провел по своим волосам дрожащими пальцами и едва слышно вздохнул, похоже просто озвучивая мысль вслух: – Во что мы вляпались?

На рынке толпилось гораздо больше людей, чем раньше. Пробираясь между покупателями, Джоанна наконец поняла, по какому принципу было организовано пространство: по эпохам, как отделы в универмаге. С одной стороны тянулись ряды с одеждой двадцатого века, затем двадцать первого. Наряды становились все менее и менее знакомыми по цветовой гамме и покрою после родного для Джоанны года, пока не начинали казаться столь же странными на вид, как и платья отдаленного прошлого. Ее так и подмывало свернуть к лоткам с техникой будущего и посмотреть на контрабандный товар там.

– Рынок патрулируют королевские гвардейцы, – тихо пробормотал Аарон. – Держись как можно незаметнее. – Он сам опустил голову, однако Джоанне было слишком любопытно, и она продолжала смотреть по сторонам.

Вспомнились рассказы Рут о посещении больницы этими полицейскими сообщества монстров, гвардейцами, однако пока их нигде не наблюдалось.

Затем они с Аароном свернули в один из проходов. Возле прилавка с сотовыми телефонами высокий мужчина с золотой булавкой в виде крылатого льва на лацкане негромко велел продавцу:

– Сдайте весь ваш товар.

Хотя гвардеец вел себя вежливо, торговка – женщина средних лет в фиолетовой куртке с помадой в тон – старалась не смотреть ни ему в глаза, ни на золотое существо, расправившее крылья, как хищная птица, пока трясущимися руками складывала телефоны в коробку.

Аарон взял Джоанну под локоть и увлек за собой, стремясь побыстрее миновать опасный сектор. Пока они шли, она начала замечать вокруг все больше и больше гвардейцев с золотыми булавками в виде крылатых львов на лацканах. Бледные владельцы прилавков поджимали губы, но без протестов позволяли конфисковать товары: телефоны, приборы загадочного назначения и прочую технику.

– Они забирают устройства из другого времени, – объяснил Аарон, когда они с Джоанной уже поднимались по ступеням к убежищу. – Торговать такими вещами незаконно, но королевские гвардейцы обычно не проводят рейдов по таким маленьким рынкам, так как считают это ниже своего достоинства.

– Рут говорила, что видела их после того, как рассказала о нападении. А я вчера вопила об этом на всю гостиницу. – Джоанна сглотнула. – Как считаешь, они ищут нас?

– Если бы это было так, то гвардейцы сейчас расспрашивали бы о подозрительных людях, а не конфисковали технику, – вздохнул Аарон. – Я думаю, мы просто стали свидетелями случайного рейда. Идем.

К облегчению Джоанны, Рут открыла дверь в квартиру после первого же стука.

– На рынке королевские гвардейцы… – начал было рассказывать Аарон, но кузина перебила его.

– Я знаю. Следила за ними сверху.

Она жестом поманила их за собой к укромному спальному уголку за стеллажом, где взглядам предстала выдвижная лестница, ведущая на крышу.

Джоанна вслед за сестрой вскарабкалась по крутым ступеням и очутилась в небольшом садике. С одной стороны, как парус, высился стеклянный купол крытого рынка. Вблизи вороны свинцового литья на фоне синевы витража оказались размером с кошку. Вдоль края остальной части крыши тянулся кирпичный парапет по пояс высотой, напомнив Джоанне клумбы во дворе особняка Лю.

– Сверху видно все, – благоговейно пробормотала она, выглядывая наружу.

Внизу, на улице, появлялись и исчезали, точно мыльные пузыри, путешественники во времени. Джоанна подумала, что вряд ли когда-нибудь привыкнет к этому зрелищу. Сквозь стеклянный купол рынок казался своей миниатюрной копией. С такой высоты гвардейцы ничем не отличались от остальных покупателей, так как золотые булавки нельзя было рассмотреть, но вокруг немедленно образовывалось пустое пространство. И даже со своего места Джоанна видела, насколько присутствие стражей порядка меняло атмосферу на рынке. Продавцы не расхваливали свой товар, а покупатели двигались медленнее, выворачивая головы и пытаясь разглядеть гвардейцев.

– На крышу никто никогда не поднимается, – сообщила Рут.

– Потому что замучаешься взбираться по лестнице, – проворчал Аарон, озираясь по сторонам. Кто-то посадил везде растения в горшках, но зелень уже давно засохла, и теперь остались только серебристые стебли. Кирпичная кладка ограждения тоже грозила вот-вот обрушиться. –