Думер - Игорь Нокс

— И, если помнишь, — завершал свой рассказ я, — ты обещала посодействовать.

— Обещала, — после долгой паузы кивнула она. — Хочешь услугу за услугу?

— Теперь это так называется?

— Я о том, что ты выдашь мне все на медведевских. И от того, насколько успешно это сдвинет дело, будет зависеть мое содействие.

— Как-то туманно.

— Вот посидишь и подумаешь, глядишь и туман прояснится. Советую все излить на бумагу, помогает. Времени у тебя будет достаточно.

Елена остановила машину прямо напротив дверей, рядом с которыми значилось: «Библиотека князя Г.В. Голицына».

— Пойдем! — поторопила меня Елена. — Здесь тебя вряд ли кто-то достанет. Но и ты не дергайся.

Вскоре мы уже стояли у стойки регистрации на входе в библиотечный зал.

— Приветик, Леночка, — поздоровалась подошедшая пожилая женщина.

— Тетя Зина, у нас новенький, — улыбаясь ответила ей Елена.

— Новенький — это замечательно. Читательский билет надо оформлять.

— Мальчик без документов. С ними… разбираемся. Заведите, пожалуйста, пока с его слов. Артем у вас перекантуется, вечером подъеду.

— Как скажешь… — кивнула тетя Зина. — Пойду за карточкой.

И потопала, переваливаясь с ноги на ногу, куда-то за дверь.

— Все, я побежала, — прошептала мне Елена.

— Ну-ка стой, — придержал ее за руку я. — Спасибо за заботу, конечно. Но у меня могут быть свои планы.

— Свои планы? — переспросила она, делая шаг ко мне. — Артем, это дела государственной важности. Попади ты не в те руки, и тебе дел нашьют, и не посмотрят, что у тебя дар открылся. Я тебя очень прошу, побудь здесь, потом все решим.

— На всякий случай дай хотя бы знать, как тебя найти. Вдруг что. Вдруг сюда медведевские понаедут или еще кто. Я сложа руки сидеть не буду.

— М-м-м, — нервно выдохнула она, затем нащупала рукой в пакете свою форму и достала свернутую бумажку. — Вот. Держи. Звони по номеру, если что. И если совсем все плохо, адрес конспиративной квартиры. Стучишь три раза, пауза, потом еще три раза. Если кто внутри будет, откроют. В любой ситуации ждешь меня.

— Звонить я с чего буду?

— Этого хватит, — сказала она, вкладывая мне в ладонь немного жетонов. Затем еще немного пошарила по карманам, вручила мне батончик «Марс» и несколько монет.

Увидев, что возвращается тетя Зина, побежала на выход.

— Стой, — окликнул её я. — Чтобы тебе было без меня не скучно, ты ведь своей памятью запомнила мой текст? Прокрути его в памяти внимательно, я там, знаешь ли, комплиментов тебе отсыпал…

Елена злобно закатила глаза и побежала.

А я задумался, хорошо живет эта старшая следователь Елена Корнилова. Даже очень хорошо. Своя машина, рация, вещи покупает, не глядя на цену. Нет, ее деньгам я только рад, но лучше будет должок вернуть. С ментами оно как с бандитами — если останешься должен, никогда не знаешь, как и когда твой должок попросят отработать. А раз уж собрался возвращать, неплохо бы заодно и выяснить, откуда у Елены такие финансы.

Началось оформление читательского билета. Еще ничто на моей памяти не было столь сложным — ни паспорт, ни полицейские протоколы за руферство, ни подача документов на визу. Тетя Зина выведывала из меня вещи, которым стоило бы поучиться милиции. Где родился, какую школу окончил, учусь ли в институте или ПТУ — решил остановиться на втором, поскольку тетя Зина уже заикнулась о необходимости показать студенческий билет, кафедру и специальность, а мои фантазии так далеко не распространялись. Нет, вообще-то лапши на уши я мог навешать сколько угодно, но чем больше будет навранных деталей, тем больше подозрений это может вызвать.

— Вот здесь расписываемся. И здесь, что с правилами библиотеки ознакомлены. С книгами знаем как обращаться?

— Вполне, — ответил я.

— Было бы «вполне», давно бы уже билет имел, — с укором отметила она. — В зале соблюдаем тишину, другим не мешаем. Не бегаем. Страницы не слюнявим, карандашом ничего не подписываем. Что брать будешь?

— Мне, пожалуйста, историю России с девятнадцатого века. Можно учебником, но лучше что-нибудь более… специализированное. Еще общемировую историю, с того же времени. Затем иерархию дворянских родов Москвы и Петербурга. Сводку газет за последние пару недель. Что-нибудь свежее и не заумное про современную политику и экономику. Законы Российской Империи. Ну и про дар, зелья и все с ними связанное.

Глаза тети Зины расширились, она судорожно сняла очки и опустила их на стол.

— А теперь еще раз…

/// Следующая глава — ночью 06.05.2022 (00:15 по Мск)

Глава 24

Через полчаса передо мной лежала стопка книг и несколько журналов. Спустя пару часов я не осилил и половины, при том, что читал бегло и фрагментарно. В большом читальном зале было тихо и мрачно.

Голова кружилась от того, насколько все отличалось от моей реальности, и в то же время было плоть от плоти похожим. До 1840 года мировая и русская история едва ли могли похвастаться серьезными отличиями. Может, какие-то детали в подачи и присутствовали, но я не мог их сходу заметить, да и незачем. А вот дальше…

В 1840-м году по всему миру родилось около тысячи одаренных. О том, что они одаренные, узнали позже — когда уже созревающие подростки начали проходить то, что назвали Инициацией. В некоторых странах это и поныне целый обряд-ритуал, к которому относятся очень трепетно. Где-то это вполне обыденное явление, относимое к разделу «пси-физики» — так назвали науку, изучающую дар. Иными словами, магию.

Первое заметное отклонение от моего мира, и не просто отклонение, а огромное такое отклонениеще — победа России в Крымской войне. Победа безоговорочная и без шуток лютая. Российская Империя наиболее чутко отнеслась к инициирующим подросткам, и к 1854 году сформированный отряд одаренных переломил ход истории. Оборона Севастополя в считанные дни заставила врагов отступить. Действительно, мало кто не опешит от летящих в парусные корабли огненных шаров и молний; от странных детей, выдерживающих мушкетные пули; от невероятных ветров, насылаемых русскими на врагов ровно тогда, когда им это было выгодно.

Николай I весьма рьяно рвался покорить Османскую империю, но не тут-то было: вскоре уже и там показали себя первые одаренные. Балканы, тем не менее, достались России. Европейская коалиция не желала с этим мириться, однако с появлением родовой магии войны уже не могли вестись, как прежде.

Наступала эра