Председатель 3 - Вай Нот

После этих слов я увидел ещё больше рук.

— Красивые сказки рассказываете, товарищ Филатов! — съязвила женщина, — Вы кто есть? Председатель? Одно дело на словах трепаться, а силёнок-то хватит школы построить?

Народ удивлённо взглянул на неё. Отвечать на эти колкие слова я не знал, вместо этого молча поправил свой пиджак и большим пальцем левой руки постучал по значку депутата Верховного Совета. Этого хватило, чтобы развеять последние сомнения.

— У меня много товарищей в вашем колхозе! — обратился ко мне колхозник, — все как один вас нахваливают. Даже поговаривают, что для товарища Филатова нет ничего невозможного! — свои похвальные слова он закрепил высоко поднятой рукой.

Большинство присутствующих проголосовали за объединение колхозов, Фролов торжественно пожал мне руку и с улыбкой обратился к народу:

— Подождите ещё немного, и результат не заставит себя ждать! Я лично ручаюсь за Сан Саныча! Но и вы не подведите меня. Работайте на совесть, а уж Филатов сделает всё остальное! Новый путь так поднялся в том числе благодаря труду и дисциплине, — погрозил он своим, точнее уже нашим колхозникам, пальцем.

— Ежели к нам с душой, — отозвался один дедок, — то и мы готовы постараться. Правда, ребята?

Ответом стал одобрительный гул толпы.

* * *

Теперь, когда с собранием мы разобрались, отъезду в Киев больше ничего не мешало. Так что я решил с этим не затягивать. Тем более, что и Глушков уже снова позвонил, чтобы согласовать даты. Люди там тоже занятые, и это нужно учитывать.

И вот уже через неделю Андрей повёз меня на вокзал в Калугу. Боясь опоздать, мы даже слишком перестраховались и приехали в город сильно раньше необходимого. Поэтому было решено потратить это время не сидя на вокзале, а с какой-то пользой. Хотя бы прогуляться. Андрей остановился у Площади Победы и как-то очень уж разулыбался, погрузившись в свои мысли.

Я ничего не спрашивал, но потом, когда мы уже медленно прогуливались по Аллее Героев, он мечтательно произнёс.

— Вспомнил я вот как мы на этот первомай сюда приезжали всем колхозом. Это же в первый раз было, когда мы во главе колонны шли, товарищ председатель. Да что там говорить. Не забуду это чувство гордости, когда все как один. Настоящий Новый Путь. Вы с медалями, и я со своей тоже. И как Аллочка на меня смотрела...

— Ты хорошо постарался, чтобы её получить, — похвалил его я, а сам задумался.

Честно говоря, я, в горячке посевной, почти и не запомнил первомайскую демонстрацию, хотя в этот раз нашему колхозу действительно уделили много внимания.

Помню только, как сам не очень хотел медали надевать. Не очень люблю я всё это напоказ выставлять, но Мясов меня уговорил. Всё-таки я лицо колхоза, как-никак.

Но я как-то и не задумывался, что для других это и впрямь могло стать настоящим событием. Теперь я и правда припоминал, какие все были нарядные и праздничные. Почти все наши люди ехали в Калугу с отличным настроением, гордясь тем, что наконец-то они не будут в тени Красной Зари с её успехами.

Вот теперь я и сам заулыбался, вспомнив сколько крови мне попил Алексеев. Справедливость, в конце концов, восторжествовала.

На этой позитивной ноте, мы успели не только прогуляться, но ещё и пообедать в довольно вкусной чебуречной. Я и с собой несколько штук в поезд завернул. Дорога до Киева гораздо длинней чем до Москвы, так что я как следует запасся ещё и разными журналами и газетами.

Попутчики оказались тихими и замкнутыми, поэтому я налил себе горячего чаю из титана и сразу погрузился в чтение. И за пару часов не прочитал ничего особенно интересного. Но вот, развернув очередную страницу в одной из газет, я сразу же узнал на фотографии Сквер Памяти нашего колхоза.

Неожиданно. После того интервью, не помню, чтобы к нам приезжали корреспонденты.

А потом я перевёл взгляд на название:

«Колхозные буржуи средней полосы».

Да... кажется, дорога перестаёт быть томной.

Глава 18

Я ещё раз взглянул на название газеты у себя в руках. Комсомольская правда, чёрт бы её побрал! А это значит, что прочитают отнюдь не полтора землекопа.

Ладно, посмотрим, что они там про нас написали. Хотя и заголовка хватает, чтобы понять, что ничего хорошего.

Статья начиналась с того, что ничем не примечательный колхоз центрального нечерноземья за один год внезапно стал передовым, получил несколько высокотехнологичных проектов и поддержку у многих высокопоставленных чиновников.

Далее много было рассказано о деревне, о нескольких начатых стройках, проведении удобств и прочих благах цивилизации, вполне возможно что излишних, на которые колхоз не факт, что заработал, но которые стали возможны явно благодаря чьей-то поддержке.

Потом речь пошла о личности нового председателя, то есть о моей. Где автор статьи театрально задавался вопросами, откуда в двадцать семь лет у меня такое влияние и чей же я протеже? И действительно ли я главное действующее лицо этого чудесного преображения. А может Филатов это просто пешка и прикрытие для неких высоких покровителей и махинаторов, которые устроили себе в калужской глуши непонятно что. Прачечную, чтобы деньги отмывать.

Выводом шёл практически откровенный призыв разобраться почему колхозники в Новом Пути так жируют, а затем превратить наш колхоз в совхоз.

От последнего предложения я аж вздрогнул. Переформатирование в совхоз по сути сделает меня простым исполнителем и поставит крест на большинстве моих планов. Хотя государству оно может было бы и выгодней, но для меня государство — это прежде всего люди и сейчас отказываться от выбранного пути я не хотел.

Перечитав статью ещё пару раз, я каждый раз еле сдерживался, чтобы не закричать на весь поезд от возмущения. Но одновременно с этим, в голове закрутились шестерёнки. Как-то уж слишком активно автор пытался сместить акценты на высоких покровителей.

Это заставляло задуматься. Я привык к тому, что у меня постоянно появляются враги, которым не по душе видеть меня в кресле председателя. Но вот сейчас точно ли это атака идёт именно на меня? Но даже если так, вряд ли я так просто об этом узнаю.

Самое противное, что у меня сейчас нет