Чехов - Гоблин MeXXanik

— Не очень, — замешкался Фома. — Я его не стал вам оставлять, чтобы ваш желудок не портить. Все сам съел.

— Спасибо, — я едва скрыл усмешку. — Повезло мне с тобой.

— Факт.

Острожная беседа

Крестовский острог расположился на окраине Московского района. Свое название, он получил за внешний вид. Здание было построено из красного кирпича в форме креста. И с высоты птичьего полета выглядело как мрачное перекрестье. Каждое крыло здания было названо в честь одного из императоров-защитников отечества.

Небольшой храм на территории острога смотрелся странно. Против обыкновения его стены не были выбелены, а купола не сияли позолотой. Храм был сколочен из досок и окрашен серым. Куполов не было вовсе. Вместо них на покатой крыше был установлен крылатый ангел с мечом в руке. Не нужно было иметь семь пядей во лбу, чтобы понять, что даже Искупитель не повернет свой лик к жителям. Лишь ангел мщения опустит на их поникшие головы меч возмездия.

Машина остановилась у металлических ворот, на створках которых красовался герб пятого отдела жандармерии, в ведении которого находились каторжные поселения да остроги.

Автомобиль оббежал юркий человек в синей форме и отметил что-то в небольшом блокнотике, который тотчас скрылся в кармане мундира

Ворота медленно открылись, пропуская авто на территорию. Фома с тревогой покосился на меня.

— Нехорошее это место, вашество. Не дай небушко попасть сюда в оковах.

— Не переживай. У тебя же есть адвокат, — обнадежил я парня и тот скривился, словно откусил лимон.

Автомобиль проехал дальше и остановился у пропускного пункта. Тотчас за бампером позади раскатали ленту из металлических шипов.

— Избави от такого зла, — прошептал Фома и коснулся торпеды с образами тремя пальцами.

— У меня назначена встреча с задержанным, — я опустил окно и протянул сидевшему в будке усатому сержанту документы. Охранник взял бумаги, внимательно изучил их. Потом осмотрел меня, бросил взгляд на боковину машины с хулиганской наклейкой и нахмурился. Но все же сделал отметку в журнале, и махнул рукой: проезжаете мол.

Фома остановился на парковке, рядом со служебными полосатыми машинами, и обернулся ко мне:

— Я вас здеся подожду, барин, — буркнул он.

— Не переживай ты так. Скоро поедем по делам дальше.

— Хорошо, вашество.

Я вышел из машины и поправил полы пиджака. Осмотрел административный вход в здание, отметив, что в нескольких метрах от него стоят вооруженные охранники. Они тоже оценили прибывший транспорт и один из парней направился в мою сторону.

— Все в порядке? — уточнил я, шагнув навстречу.

— Любопытный у вас транспорт, господин… — фраза прозвучала вопросительно.

— Павел Филиппович Чехов, — весомо произнес я и заметил, как парень перестал щериться. — И транспорт для поездки по рабочим районам очень даже подходящий. Попрошу вас не докучать моему водителю с вопросами относительно моего выбора машины. Это понятно?

Прозвучало немного высокомерно, но я понимал, что в мое отсутствие с этих мордоворотов станется прицепиться к Фоме. Себе же я сделал мысленную пометку как можно скорее сменить машину на подходящую статусу. Хотя и простой транспорт нам вполне может понадобиться. Только без меток анархистов.

— Извините, ваше сиятельство. Не извольте беспокоиться, — пробормотал охранник и ретировался к своим коллегам.

Я проводил его мрачным взглядом и направился к дверям отдела. Поднялся по потертым, щербатым ступеням крыльца, потянул на себя скрипучую створку.

На вахте дежурили трое бойцов, в одинаковой черно-синей форме с имперским двуглавым орлом. Все они были на вид довольно сытыми, и я бы даже сказал откормленными. Отчего-то мне подумалось, что при побеге кого-нибудь из камер никто из этой троицы не пробежит следом и ста метров. Но я мог и ошибаться. Как знать, вдруг у них кость широкая или мышцы крепкие.

— Адвокат Чехов. К Гордею Петрову, — коротко произнес я, доставая из кармана удостоверение.

Один из парней внимательно взглянул на протянутые корочки, кивнул:

— Идёмте, мастер.

Он коснулся кнопки, и турникет пискнул, пропуская меня в холл, в центре которого стояла статуя Немезиды. Только здесь богиня высилась с занесенным для удара мечом, словно собираясь вынести приговор. Выглядела она внушительно.

Парень свернул в западное крыло, отпер дверь, дал знак дежурившему на посту напарнику:

— Открывай.

Его коллега встал с потертого кресла, неспешно подошел к двери.

— Новый задержанный? — гнусаво протянул он. — У нас так-то мест нет. Все камеры переполнены. Ужно на головах друг у друга сидят.

— Нет, — отмахнулся мой провожатый. — Адвокат. Для беседы с подзащитным пришел.

— А, — коротко ответил жандарм, отпирая дверь.

Мы оказались в коридоре, по обе стороны которого тянулись железные двери камер. Залитый бетоном пол кто-то додумался покрасить в черный цвет. А в центре шла яркая желтая полоса, теряющаяся вдали. Источниками света тут были узкие лампы под колпаками из металлической сетки. Провожатый отпер крайнюю слева дверь, сделал приглашающий жест:

— Прошу, мастер. Сейчас приведу задержанного.

— Спасибо, — ответил я и прошел в большое помещение.

Здесь не было ни двухъярусных металлических кроватей, ни умывальника в углу. Только большой, обитый нержавейкой стол, да два прикрученных к бетонному полу стула. Я сел на один из них и поёжился от холода. Узкое окно под потолком было забрано решеткой и сквозь мутное стекло сочился скудный свет. Лампа над головой мерно гудела и время от времени едва заметно мерцала. Мне показалось, что тут очень отчетливо пахнет металлом, вот только пол был тщательно вымыт.

Я положил на стол папку с документами, принялся перебирать бумаги, в ожидании, когда приведут моего клиента. Едва случайно не задел тревожную кнопку.

Охранник вернулся через десять минут. Я не услышал его приближения и вздрогнул, когда дверь с лязгом отворилась. В кабинет втолкнули светловолосого парня лет двадцати. Рукава серой робы его были закатаны до локтей. И я заметил, что на левом предплечье парня были набиты синеватой тушью три карты. Тройка, семёрка и туз. На правой же красовался знак анархистов, под которым было написано: "Сыны".

— Вот, мастер. Как только закончите беседу — нажмите кнопку.

Я кивнул и попросил:

— Раскуйте его, если вам несложно.

Стражник округлил глаза и уточнил:

— Вы уверены, господин? Желаете, чтобы я с него оковы снял?

— Именно, — подтвердил я и нетерпеливо взмахнул рукой. — Если вас не затруднит, то можно все сделать скорее?

Мужчина пожал плечами: мол,