Харизма - Леонид Каганов

Наконец отец Амвросий пришел и пригласил меня в комнату. Зашел я в комнату, там бардак жуткий - половина вещей вынесена, столики журнальные убраны, и все такое. Посреди комнаты диван выдвинут. Отец Амвросий показывает мне - мол, ложись. Ну, ложусь. Ариша с Габриэлычем задергивают шторы, свечи зажигают и садятся в кресла по углам, чтобы, значит, смотреть. Но отец Амвросий их оттуда шугает, говорит, чтоб подождали в другой комнате, помощь потребуется позже. Они выходят, а отец Амвросий обращается ко мне.

- Первым делом, - объявляет он, - надо исповедаться.

- Ну, надо так надо, - говорю.

- Ударялся ли ты в язычество? - спрашивает отец Амвросий.

- Да вроде нет, - говорю.

- И слава богу, - говорит отец Амвросий. - Коли не брешешь. Чужим богам не поклонялся? Языческих символов не носил?

- Майка, - говорю, - у меня была. С черепом светящимся.

- .ф-у-у… - говорит отец Амвросий. - Ну чего ж ты теперь хочешь…

- Но я ее уже года два не надевал!

- Хоть каешься?

- Каюсь. Вернусь домой - выкину. Или брату двоюродному подарю.

- Выкинь. А лучше сожги с молитвою. Теперь далее. Произносил ли плохие слова?

- В смысле матюгами?

- И матюгами.

- Ну, бывало.

- Зачем?

- Всякое бывало. Упадет, бывало, чего-нибудь неожиданно. Виндоус. Ну и это…

- Часто ли?

- Виндоус падал? Хе!

- Часто ли матюгами разговаривал?

Я задумался.

- “Мля” - это матом?

- Тс! - шикнул на меня отец Амвросий. - Не забывайся, одержимый! Ты на исповеди!

- Извините, пожалуйста.

- Матом, конечно.

- Тогда часто, - вздохнул я. - А в Интернете, в чатах, считается?

- Вообще-то Интернет от диавола. - задумался отец Амвросий. - Так что считается вдвойне.

- Тогда совсем часто.

- Должен предупредить, - сказал отец Амвросий. - За каждый матюг Богородица на три года отступается.

Я прикинул.

- Ой, мля… - вырвалось у меня непроизвольно.

- Одержимый! - строго прикрикнул отец Амвросий. - Не забывайся!

- Простите, пожалуйста, - сказал я. - Это, наверное бесы.

- Ну так для того мы и здесь, верно? - смягчился отец Амвросий и по-свойски подмигнул мне. - Каешься?

- Каюсь. А если Интернет от диавола, про Интернет тоже каяться?

- Обязательно.

- Не могу. Это работа моя, я программист, проектировщик сетевых решений.

- Сетевых, - сказал отец Амвросий с омерзением. - Сетевых. Слово-то какое. Сети диавола.

- Не, - говорю, - информационные сети.

- Кайся немедленно.

- Но я же на работу снова пойду? Это же моя профессия.

- Ну так я тебе не говорю работу бросить, верно? Покайся, а там иди на работу, снова покаешься.

- Каюсь.

- И слава богу, коли не брешешь. Завидовал ли кому-нибудь?

- Случалось.

- Каешься?

- Каюсь.

- И слава богу, коли не брешешь. И кстати, вопрос к тебе - брехал ли?

- Ну… Бывало.

- Каешься?

- Каюсь.

- Не брешешь?

- Не.

- Едем дальше. Ленился ли?

- Случалось. Каюсь.

- Смотрел ли с вожделением?

- Чего?

- Чего. Не маленький. Смотрел ли с вожделением?

- Смотря на кого.

- Ну, на кого. На баб, понятное дело. Но если на мужиков - это особый грех.

- На баб смотрел, наверно. Ну да, точно смотрел.

- Кайся.

- За просто смотреть? С какой стати?

- Одержимый!

- Чего, уже и посмотреть нельзя?

- Одержимый!

- Хорошо, каюсь.

- Все. Иди и больше не греши!

- Все? Уже идти?

- Погоди. Бесов гнать сейчас начнем. Это я тебе грехи отпустил по-быстрому.

Отец Амвросий уходит, возвращается с саквояжем и начинает оттуда извлекать предметы - пару книжек в пластиковых обложках, веревки с бубенцами, бубен - что меня удивило - и сандаловые палочки.

- А чего за книжки? - говорю. - Библия?

- Спецлитература, - объясняет отец Амвросий. - Библии мало. Это Тропарь и Требник, издание двадцать четвертое, переработанное.

- Типа как у нас в программировании - “Виндоус для чайников”?

- Одержимый, не ерничай!

- Извините, - говорю. - Понял. Вопросов больше не имею.

В общем, собрал отец Амвросий свои вещи, подошел ко мне, обошел вокруг дивана, осмотрелся - видать, решил, что все готово.

- Поехали! - сказал отец Амвросий, махнул рукой и начал трясти веревками с бубенцами. - Изыди, нечистый Дух! Освободи место духу святому! Изыди, нечистый дух! Освободи место духу святому!

Ну, я чего? Я лежу, прислушиваюсь к ощущениям. Ощущений особо никаких. Был один момент, когда показалось, будто где-то в душе, как бы это сказать… ну, типа как щекотно вдруг стало. Я обрадовался, но пропало ощущение сразу, может, действительно показалось? А отец Амвросий все больше заводится, а по ходу дела зажигает вокруг свечки, расставляет. Свечки - ну, явно из маркета “ИКЕЯ”, не знаю уж, святые они там или нет. И благовония всякие зажигает. Ну и бегает вокруг, трясет веревочками, звенит бубенцами. Помню, я еще подумал, что работа у него не сахар. Это мне-то чего, я лежу, спокойно мне так, ничего делать не надо, а бесы изгоняются тем временем. Ощущения как в парикмахерской, только еще спокойнее, не боишься, что тебе ухо отрежут. Я даже прикрыл глаза и лежу, слушаю звон. Не заметил, как заснул. Не знаю, сколько прошло времени, трясут за плечо. Открываю глаза - отец Амвросий, мокрый уже такой, раскрасневшийся.

- Одержимый! Ты что, сюда спать пришел? Не спать!

- Извините, - говорю. - А чего делать?

- Молись! - говорит отец Амвросий.

- Я не умею, к стыду своему.

- Просто обращайся к Господу! Своими словами!

- Господи! - говорю. - Прости, что я…

- Про себя! - говорит отец Амвросий и снова начинает веревками трясти.

“Господи! - говорю про себя. - К тебе обращаюсь! Пожалуйста, не спеши отвергать мое обращение, дослушай сначала до конца и сам реши, пустая моя просьба или нет. Прости, что не знаю, как к тебе правильно обращаться - какими словами и в какой последовательности. Пойми правильно - я не профессионал общения с Господом, не учился в семинарии, не стажировался в церквах, я рядовой пользователь. И как любому пользователю, мне хочется одного - чтобы все работало. Желательно само по себе и без всякой настройки. А уж как оно устроено - это уж не мое дело, так я считал. Ну, пойми меня правильно, Господи! Мне казалось, что мир вокруг меня установлен и настроен безупречно. Это комплимент сейчас был. Господи! Я слышал, что ты, как и любой программист, любишь, когда пользователи хвалят твою работу. Так вот, мне казалось, что система, в которой я живу, отлажена настолько хорошо, что нет необходимости беспокоить Создателя с просьбами изменить то, доработать это, исправить такой-то баг, ну, ты понял, да? Можно на “ты”? Нет, наверно, лучше на “вы”… Так вот, скажу больше - система казалась мне настолько безупречной, что порой возникала мысль, что она такой была всегда и никто ее не создавал! По крайней мере наш мир ни разу не падал и не зависал, хотя, как я понимаю, мог, и неоднократно. Нет, я, конечно, не идеализирую, не утверждаю, что нам слишком хорошо живется, и все такое. Но мне кажется, если мы живем плохо, если у нас типа войны, или беспредел, или беды другие, личные всякие, то это не потому, что система кривая, нет! Это потому, что это мы сами кривые жизненные задачи пускаем в системе. А система как раз ничего, держится молодцом, несмотря на наши кривые руки и все сознательные попытки ее повалить. Может ли быть лучший комплимент для Создателя? Да, я не задумывался о Боге, о том, кто создал этот мир. Каюсь, Господи. Но пойми - я же рядовой пользователь, а они никогда не помнят копирайтов, им главное, чтоб программа работала, и желательно на халяву. Каюсь”.