Отставник - Павел Чук

— Брянск, — пробормотал, перечитывая сообщение. — Это сначала до областного центра, а потом почти через всю страну… Забросило же его.

Знал бы, что так далеко придётся добираться, наверно отказался от поездки, но слово дал, билет оплачен и с открытой датой, так что есть время закончить все дела и в путь.

В Энске меня ничего не держало, и я с лёгким сердцем покинул этот провинциальный городок. Электричка до областного центра, такси до аэропорта и, переночевав в гостинице, сидел в зале ожидания дожидаясь объявления рейса. Объявили посадку. Я впервые летел на самолёте гражданской авиации и заметно нервничал.

— Молодой человек, впервые летите? — видя, как я вцепился в кресло, обратился ко мне сосед — миловидный старичок лет шестидесяти.

— Нет, летал уже.

— Странно, аэрофобия обычно или есть, или её нет, — возьмите конфетку. Легче станет.

Взлёт и не заметил. В салоне относительно тихо, комфортная температура и народа не так много, хотя думал, что если рейс раз в неделю, то желающих должно быть много…

— Приятно было познакомиться, — после приземления, прощался с миловидным старичком. Он оказался приятным собеседником — профессором каких-то там наук, занимающихся проблемами кибернетики и летел на конференцию. Его эмоциональный монолог мне не хотелось прерывать и практически всю дорого он говорил, говорил, говорил, рассказывал об успехах в изучении такого сложного процесса как получении, хранения, преобразования и передачи информации в сложных управляющих системах, будь то машины, живые организмы или общество и поделился «секретными» знаниями, что уже скоро, буквально вот-вот будут созданы процессоры с архитектурой на основе узора нейронных сетей человеческого мозга.

— Вас встречают? — не унимался собеседник, — может подвезти? За мной машина пришла, — никак не мог расстаться с неугомонным профессором. Видимо его редко слушают не перебивая, а я именно это и делал. Даже удалось немного вздремнуть в полёте, пока сердобольный старичок увлечённо рассказывал о достигнутых успехах.

— Благодарю, меня встречают, — с радостью ответил, увидав у стоявшего неподалёку человека табличку со своим именем. Лицо его мне было не знакомо, но табличка с надписью: «Гена — Бес» явно относилась ко мне.

— Очень жаль, молодой человек, очень жаль. Ладно не буду задерживать, до свидания. Если хотите, посетите конференцию я буду выступать как раз на её открытии. Вот, возьмите брошюру. Это вместо билета. Если хотите…

— Благодарю, — ответил, прерывая собеседника, а то так с ним и не распрощаемся. — По возможности посещу, — протянул руку для рукопожатия.

— Что ж, буду ждать, — раздосадовано ответил профессор…

— Здравствуйте. Я — Геннадий Бес. Вы меня ждёте. А Жора не смог приехать? — подошёл к человеку с табличкой и только сейчас обратил внимание, что он одет не в гражданскую одежду, а полувоенную, форменную.

— Добрый день. Евгений Витальевич не смог вас встретить, поручил мне. Я — Сергей.

«Евгений Витальевич. А ведь я его настоящего имени то и не знаю. Не успели толком познакомиться», — подумал, а сам ответил:

— Ничего страшного. Вещей у меня особо нет, так что можем выдвигаться.

— Конечно.

Усевшись в чёрный с оранжевой полосой автомобиль, задал вопрос:

— Евгений Витальевич, когда освободится? — хотел составить план на текущий день. Если Жора будет долго занят, то после гостиницы погуляю по городу.

— Примерно через два часа. Он на совещании.

— Хорошо. Тогда есть где поблизости нормальная гостиница.

— Извините, но у меня указание доставить вас в гостевой домик.

Последняя фраза меня немного ошарашила. Гостевой домик — это что ж, Жора стал каким-то олигархом или чиновником. Последнее выглядело более правдоподобным, потому что на шевроне Сергея рассмотрел эмблему «МЧС» и автомобиль принадлежал к этому ведомству.

Ехали долго. Сначала покружили по городу. Потом, выбравшись на трассу набрали скорость и ехали примерно полчаса. Я даже засомневался, зачем это. Но задавать вопросов не стал. Жоре, а точнее Евгению Витальевичу я верил и оснований в нём сомневаться у меня не было.

— Приехали, — возвестил Сергей.

Гостевой домик оказался на опушке леса. Такой в старинном стиле деревянный дом. Не успел выйти из машины, как услышал знакомый голос:

— Бес!!! Живой!

Обернулся и попал в крепкие объятия полноватого, но не толстого мужчины.

— Коста??? — не поверил своим глазам.

— Узнал чертяка!!! Как только мне Жора сообщил, что Бес объявился, не поверил. Я ж помню представление о твоём награждении, где значилось «посмертно». А ты вон, оно как, живой!!! Так проходи, проходи…

— Все мы изменились, Бес, — посиделки продолжались до утра. Сначала приехал Жора, потом Халим. Не было только Ветра, что обещался приехать через пару дней. — После того выхода, что едва остались живы, — продолжал говорить Коста, — нашу группу едва не расформировали. Но сначала Ветер вернулся в строй, потом Халим, а потом и Жора. Вот старым составом вновь и встали в строй.

— Потом три успешно выполненных боевых задания и всех… — было заговорил Халим.

— Не надо… — произнёс Коста, но выдержав паузу, будто размышляя продолжать затронутую тему или нет, продолжил, — а потом нас всех в отставку. Даже молодняк обучать, что Ветер рвался остаться, не позволили. Вот так мы все и оказались, кто где. Евгений сейчас начальник в структуре МЧС, это ты сам понял. У Халима небольшой бизнес в сфере общественного питания. Пара кафешек.

— Не кафе, а ресторанов! — обиделся Халим.

— Ну, да. Ну, да. Французской кухни, — улыбаясь, произнёс Коста, знаком дав понять возмутившемуся бывшему напарнику, что это шутка. — Ну, а я — директор частного охранного бюро. Как-то так. Сам-то, чем думаешь заниматься?

Я хотел ответить, что пока не знаю и толком не задумывался над этим вопросом, хотя и рассматривал варианты, но вместо меня заговорил Жора.

— Что тут думать. У меня штат неполный. Место подберём. Можно и в городе остаться бумаги перекладывать, можно и куда в тихое место, подальше от людей.

— Подальше от людей? — на этой фразе оживился.

— Да. Мне и лесники нужны, чтобы за подростом[12] смотрели, территорию обходили, объезжали. Я ж не просто в МСЧ, но в моём ведении и лесовосстановление. Так что выбирай.

Последнее время за собой замечал, что стал нелюдимым, плохо схожусь с новыми знакомыми, а большое скопление людей в крупных городах и долгое общение меня раздражает, и я задумался.

— Громко думаешь, сержант, — улыбаясь, произнёс Жора, — вижу заинтересовал. Так что пару дней отдохнёшь, а потом ко мне, лично покажу твои владения.

— Я ж ничего не знаю, ничего в этом не понимаю, — возмутился, что за меня всё решили.

— Думаешь я что-то понимал? Но ничего, освоился. Да и на курсы тебя пошлём, без отрыва от производства, так скажем…

Скромный домик лесника пришёлся мне по душе. Евгений Витальевич огорчился, что выбрал самый глухой и отдалённый квартал, выделенный под лесовосстановление, но смирился с моим выбором.

Заочные курсы специализированного ВУЗа и через полгода я стал дипломированным лесничим. Не думал, что так повернётся судьба, но мне это понравилось. Тишина. Кругом кедровый лес, а главное мало посетителей, изредка изъявляющих желание добраться до самого отдалённого участка в заповедной зоне южного берега озера Байкал. И ещё, мне перестали сниться сны, что долгое время мучали во время выздоровления. Жизнь налаживается, думал я…

— Бес, приём, — заработала рация.

Нехватка желающих занять это место объяснялась отсутствием какой-либо связи кроме стационарной радиостанции, оторванностью и удалённостью от цивилизации. Никому не хотелось сидеть в глуши без интернета, без устойчивой радиотелефонной связи и телевизора. Но последняя проблема решалась установкой спутникового оборудования, а вот интернет и нормальная связь отсутствовали, словно отбрасывая в прошлый век и многим это не нравилось.

— На приёме, Жора! — бодро ответил, зная, что сообщит собеседник.

— Бес, через неделю приезжают наши. Как у тебя там дорога, просохла? — ещё во время совместного празднования Нового года мы договорились, что группой на мой день рождения соберёмся у меня в глуши. Я отговаривал, но друзья настояли, пожелав всё-таки увидеть своими глазами, как устроился, тем более повод выбрали, что и не отвертишься.

— Просохла, доедите, — ответил, предвкушая нашу встречу. Месяцами живя в одиночестве, я не переживал от отсутствия живого общения, но предстоящая встреча с товарищами меня несказанно обрадовала.

— Что привезти?

— На ваш вкус. Изысков не обещаю. Так, по скромному.

— Ага, по скромному, — хмыкнули в микрофоне, — в последний