Сам себе властелин - Александр Горбов

— Обед давно закончен! Почему я должен искать вас по всему замку? Где документы?

— Так я же, в вагончике…

— Почему здесь светильники не на равном расстоянии висят? Я даже отсюда вижу.

— Я проверю…

— Исправить! А проверю я лично, линейкой. Здесь что за беспорядок?

— Башня Тансила Второго. Владыка приказал не ремонтировать его комнату.

Мумий вопросительно посмотрел на меня.

— Правда. Меня комната устраивает.

— Хорошо, — старик сделал паузу и вдруг скорчил страшную рожу, — комнату Владыка запретил трогать. А лестница? А стены башни?! Почему они как после штурма? А?

Гном тяжело вздохнул и записал претензию в толстую тетрадь.

— Дальше!

Мы понеслись по дворцу. На каждые десять метров у мумия находилась придирка, на двадцать — претензия, на пятьдесят — требование всё переделать. Гном спорил, упирался и метался с измерительной рулеткой.

— Вот! Всё по ГнОСТу!

— Это у вас ГнОСТ, а у нас ВОСТ!

— Там то же самое, вы у нас списывали! Слово в слово!

Во время очередной паузы, когда мумий и гном переводили дух, я спросил:

— Что за осты такие?

— Гномий и Владыческий стандарты.

— У нас и такое есть? Забавно. А мы правда списывали?

Мумий раздражённо дёрнул плечом.

— Не знаю, это до меня было.

— Списывали-списывали, — тихонько прокомментировал гном, — и даже разрешения не спросили.

— Авторские права на стандарты не распространяются, — мумий довольно хмыкнул, — а почему трон сдвинут? Я точно помню, он левее стоял.

— Неправда! Вот, у меня замеры, — гном вытащил большой лист бумаги, — прошу удостовериться.

Через час мне надоело слушать бесконечные препирательства.

— Я в башню, у меня срочные дела. Заканчивайте сами.

Спорщики не обратили на меня никакого внимания. Вот и ладненько. Я вызвал Казну и отправился спать. Сон Владыки, между прочим, залог процветания державы.

***

Разбудил меня запах. Такой знакомый, манящий, и в то же время, никогда не встречавшийся в Калькуаре. Запах свежесваренного кофе. Я открыл глаза. Рядом с кроватью стояла Шагра. В коротком чёрном платье, белом передничке и подносом в зелёных руках.

— Доброе утро, Владыка! Я знаю, вы встаёте рано, и решила, что вас порадует лёгкий завтрак.

— Порадует.

Я поднялся, сел на постели по-турецки и взял из рук орки поднос. Тарелочка с крохотными бутербродами, оранжевое варенье в маленькой розетке, носатый молочник. И чашечка с чёрным напитком, безумно пахнущим кофе.

— Традиционный оркский напиток кауаффий. Мужчины-орки пьют его перед боем, для большей свирепости. Но вы же Чёрный Владыка, и вам можно в любое время. Если не понравится, я принесу чай.

Взяв фарфоровую чашку, я сделал глоток. Кофе! Самый настоящий! Как же я по тебе скучал, родной. Хорошо то как!

— Мне очень нравится. Я буду его каждое утро. И днём тоже, для самой большой свирепости.

Кивком я показал на кровать.

— Садись.

Орка не решилась сесть рядом и плюхнулась прямо на пол напротив меня.

— Ты же вроде сбежала?

Она хитро прищурилась.

— Отлучилась. Я должна была проверить, что действительно получила свободу.

— И как, проверила?

— Да-а-а, — Шагра расплылась в блаженной улыбке, — вы подарили мне самую взаправдашнюю свободу. Как в сказках о древних временах.

— Я рад. И кофе сварен отлично.

— Кауаффий, Владыка. У меня есть ещё немного.

Орка принесла медный кофейник и налила мне чашечку.

— Себе нальёшь?

— Что вы! Женщинам-оркам нельзя кауаффий.

— Табу?

Шагра растерянно посмотрела на меня.

— Что?

— Тебе религия запрещает пить кауаффий?

— Нет, — она рассмеялась, — просто считается, что если женщины-орки начнут его пить, то отберут у мужчин единственную собственность — войну.

— Хм… У орков нет ничего кроме войны?

— Конечно. Всем остальным: домами, стадами, детьми, владеют только женщины. Мужчинам принадлежит только оружие и право рубить врагов.

— А они только воюют? Забавно. Настоящий матриархат.

— Матри… хат? Не знаю такого слова. Но мы так живём.

— То есть и ты владеешь домами и стадами?

Шагра ушла от ответа, наклонившись, чтобы подлить мне кофе. Заботливо поправила салфетку, подложила мне подушку под спину.

— И тебе не зазорно служить мне горничной? Я ведь мужчина.

Орка рассмеялась.

— Вы же не орк, Владыка. Тем более, вы великий и ужасный.

Я чуть не ляпнул «Гудвин» и хрюкнул в кулак, сдерживая смех. Орка нахмурилась.

— Не верите, потому что не знаете ещё какой вы. Но Калькуара не признаёт слабых владык, поверьте мне. Вы только притворяетесь добрым, чтобы запутать светлых. Но я точно знаю — вы самый ужасный из Владык.

Глава 27

— Я в Кемнаро.

Мумий, как раз приложившийся к фляжке, чуть не поперхнулся.

— Кхм. А как же ремонт, сдача?

— Ты справишься. Проверишь, подпишешь.

— Что у тебя там за дела? Ремонт Калькуары важнее любого…

— Я собираюсь в театр, с дамой.

— А, ну если так, — мумий смутился, — тогда конечно, я со всем разберусь. Не волнуйся, прослежу и обеспечу.

— Вот и отлично.

— Прикажу Йорику, чтобы привёл сорона.

— Не надо.

— Ты собрался в Кемнаро пешком?

— Практически. Я ведь купил дом, а Казна научилась открывать туда дверь.

Мумий выпучился на меня и почти минуту молчал. Я думал, старика хватит инфаркт, даром что он не живой.

— Деда, с тобой всё в порядке?

— Ну ты жук. На моей памяти, ни один Владыка до такого не додумался. Это же надо, Казну такому научить.

— Да ладно, ничего сложного.

— Ага, расскажи мне. Магические существа в принципе новым трюкам не обучаются.

— Ну извините, не знал.

— Ещё скажи, что больше так не будешь.

Я развёл руками.

— Ты вот что, — мумий вдруг стал серьёзным, — возьми с собой кошмарика.

— Сеню?

Мумий кивнул.

— Ему и здесь хорошо, спит себе на солнышке весь день.

— Возьми, — с нажимом повторил старик, — предчувствия у меня дурные. На сердце неспокойно.

— Дедушка, ты же мумия. Ты сам рассказывал — сердце у тебя вытащили, поместили в специальный кувшин и спрятали глубоко в подвалах.

— Вот на нём и неспокойно! — мумий сердито топнул. — Возьми Сеню, чтобы этот кувшин стоял и не подпрыгивал.

— Хорошо, только для твоего кувшина.

Старик погрозил мне пальцем.

— Ты Владыка. Тебе вообще положена охрана и свита. Не будешь слушаться, выделю в сопровождающие десяток скелетов.

— Одного Сени с топорами будет достаточно. Не переживай, я буду осторожен.

Мои слова мумия не сильно успокоили. И пока я не зашёл в Казну, мумий буравил мне спину тяжёлым взглядом.

***

Казна высадила меня в спальне. Сеня, нарядившийся как в прошлый раз, сразу убежал, громко топая сапогами. И через минуту с первого этажа послышался грохот и возмущённые крики.

Когда я спустился в гостиную, довольный монстр