Арлекин - Демид

Вдруг он стал меняться чертами лица становясь похожим на китайского дракона с поникшими усами.

- Подавитесь – выдал я на ускорении допиливая дужку и одновременно всаживая пули в проявившегося дракона.

С гулким звоном металл замка лопнул, освобождая натянутые цепи.

- Глупое мясо – спокойно сказала секретарша – дело не в замке, он здесь как натяжитель. Эти цепи не разрушить.

- Может у вас физика другая – стоя лицом к ним и спиной к цепям, ответил я – но динамический удар после такого натяжения, может и разорвать.

Я отшагнул в сторону, показывая, как разгибаются подпиленные звенья.

В глазах дракона мелькнуло понимание.

- Уходим – крикнул он, подхватывая секретаршу за талию и утаскивая ее по коридору.

- Значит рванет – подытожил я, быстро сменив магазин в пистолете и сломя голову бросился за ними.

Внизу лестницы дракон обернулся и бросил себе под ноги кусок светящегося камня.

Сверкнуло. От разбухающего пузыря на месте упавшего артефакта стали выстреливать белесые паутины, перегораживающие выход. В краткий миг из стало так много, что они полностью перекрыли проход.

Открывшийся глаз на месте центра паутины моргнул желтым светом и у меня сработала защита сферы, сделавшая меня бестелесным. Сзади посыпалась разрушенная кирпичная кладка. Обернувшись, увидел ровную дыру диаметром с метр. Кусок наружной стены был полностью выбит, открывая вид на улицу.

Глаз собрался моргнуть еще. Я как мог быстро сместился в сторону, получая по касательной удар в грудь, такой силы, что меня разворачивая сильно припечатало к стене. Пару раз безрезультатно выстрелил и упав на пол пережил еще одну атаку. Рванул к пробитому отверстию, рыбкой выпрыгивая в него. Падать пришлось не очень высоко. Перекувырнулся пару раз по асфальту, гася силу удара.

Весь завод дрожал словно наступило сильное землетрясение. Труба котельной стала уходить в сторону и с сильным хлопком упала на территорию завода. Люди в панике выбегали из зданий, не понимая, что происходит. Я рванул в открытые ворота, двигаясь против потока выбегающих с территории людей.

- Куда малой? Там опасно – прокричал кто-то мне в след. Не обращая ни на кого внимания, я ворвался в медленно преобразующуюся литейку.

Штукатурка обваливалась слоями, обнажая стальные серебристые плиты, изрисованные кабалистическими знаками. От земляного пола поднимался едкий темный дым из открывающихся в стальных стенах проемах стали выстреливать потоки жара, быстро поднимая температуру в помещении.

Посередине литейки стоял старик, постепенно теряющий свой облик и меняющийся прямо на глазах.

Спина выпрямилась, прибавилось росту, ширина плеч стала запредельно не человеческой, лицо помолодело и покрылось густой черной бородой с усами. На голове появились длинные волосы, развевающиеся словно на сильном ветру. Степаныч стал как перекаченный громадный древнегреческий атлет.

Посмотрев на меня глазами, в которых пробегали искры он кивнул мне на мой меч и махнул рукой чтобы я уходил.

Выбегая из литейки услышал мощный смеющийся голос, посылающий кары своим тюремщикам.

Захлопали звуки отдаленных взрывов. Гул нарастал и нарастал. Я был уже за воротами, когда яркая вспышка стала предвестником разрушения завода. Три здания резко сложились вовнутрь, поднимая облака пыли.

Подъехавшая пожарная машина включила задний ход и проехав по газону врезалась в жилое здание через дорогу. Выпрыгивающие из нее пожарные разбегались в разные стороны пытаясь скрыться он нарастающего свечения. Оказавшись рядом с пожарной машиной обернулся. В этот момент по заводской территории пошли трещины и то что недавно было заводом ушло вниз громадной воронкой, проваливаясь в глубину не меньше чем на пять метров.

Кокон яркой вспышки поднялся в верх, завис на долю секунды и молнией исчез, уходя вертикально вверх.

Гул сразу прекратился и стало как-то очень тихо. Порывы ветра разносили в стороны пылевые облака, закатное солнце с трудом пробивалось через них. Отряхнувшись я спокойно пошел в сторону от остатков завода, стараясь не попадаться никому на глаза. Сердце перестало бешено стучать, и проступившая на открытой части руки татуировка медленно бледнела.

Только подумал, что все обошлось как встретил на пути четыре призрачных громадных конструкции на шести ногах, медленно шагающих в сторону развалин. Механические пауки, прикрытые темной хмарью, вращали головами, словно кого-то выискивая. Свернув с их дороги и поднявшись в гору, рассмотрел, что еще с двух сторон двигаются по три таких же конструкта.

- Поздно – скривился я в довольной усмешке – Степаныча уже не догнать.

Подумал про его побег и немного расстроился. Что секретарша, что директор точно меня запомнили и как бы не организовали поиски.

Подумалось, что нужно идти к Геше за патронами и как-то объяснить их пропажу. За размышлениями не заметил, как рядом со мной остановилась иномарка.

- Парень, ты оттуда идешь? – послышался громкий голос из-за опускающегося стекла. Уверенный и наглый голос.

- Ну – обернулся я к машине.

- Что там случилось что пожарные и скорые в ту сторону друг за другом летят?

- Завод взорвался – решил максимально сократить общение и быстро закончить разговор.

- Совсем?

- Совсем – я наконец присмотрелся к сидящему за рулем. Под личиной широколицего мужчины средних лет была голова большой крысы с нервно подрагивающими усами.

- Понятно – окно закрылось. Машина развернувшись свистя покрышками рванула в противоположную от завода сторону.

- Сколько же вас уродов тут ходит? – задал я сам себе вопрос, находясь в небольшом шоке.

Глава 18

Дома первым делом расположился на кресле и достав из накидки свой новый клинок скомандовал:

- Привязка. Пароль «Степаныч».

Руку обожгло кипятком пробив до локтя высоковольтным разрядом. Первым желанием было отбросить рукоять, за которую держался, но с большим усилием заставил себя не разжимать ладонь. Не даром же это «привязка», значит надо терпеть. И я терпел, до жуткой тряски всего организма и холодного пота. Под конец скрутило живот так, что было трудно вздохнуть.

- Лечи меня – выдавил из себя последний воздух, обращаясь к модулю лечения.

На удивление, он никак не активировался чтобы облегчить жуткую боль. Потеряв счет времени, я наконец очнулся, чувствуя приятную легкость во всем теле. Клинок ощущался как продолжение руки, как настоящее продолжение руки, словно был с ней единым целым. Осторожно положив его на пол, пошел на кухню и осушил весь чайник, едва напившись прохладной водой. Постоял немного, смотря в окно думая про привязку. «Бам» в моей руке оказалась гладкая рукоять клинка.

Удивлению не было предела. Стал экспериментировать с призывом, оказалось,