Машина смерти - Антон Орлов

– Конечно…

– Давайте посмотрим вчерашние новости.

– Зачем? Я никогда не смотрю выпуски новостей – это для тех, кому нечем заняться.

– Обычно я тоже не смотрю их, но вчера кое-что произошло. Где у вас терминал?

В коридоре они встретили девушку-незийку в светлом длинноволосом парике, тонкую и грациозную в отличие от расплывшейся Олеролл Хвион Чил Суйме. Девушка не удивилась, увидев незнакомку, с вежливой улыбкой поздоровалась и прошла мимо.

– У нашей молодежи появилась мода на волосы, – проворчала доктор. – Моя дочь носит парик. Непонятно, правда, м’гис? Мы же не люди, и потом, без волос гигиеничней.

Терминал находился в зале с громадными, в человеческий рост, черно-белыми вазами по углам. Когда его включили, воздух наполнился тихим трепетом: летучие насекомые, покинувшие чердак, льнули к светящемуся экрану.

– Инсектицидная система вышла из строя, – заметила Суйме. – Что вы хотели мне показать, м’гис? Я уже вторые сутки без сна.

«На Нез прибывает с визитом наследный принц системы Гелиона».

«В развалинах Лассийского храма найдены трупы пятерых туристов с Ниара».

«Сенсационное открытие: ихтиологи обнаружили в море Канкае новую рыбу».

«Бывший сотрудник незийского иммиграционного контроля Поль Лагайм пожертвовал собой, чтобы спасти взятого в заложники ребенка».

– Вот, – Тина открыла сообщение. – Пожалуйста, посмотрите!

– Ничего не понимаю… – после долгой паузы пробормотала Суйме. – Да, это он, тот юноша, которого я лечила… Не понимаю! Что это значит, м’гис?

Доктор Суйме не знала, кто такой Лиргисо, – даже если бы он назвался своим настоящим именем, оно бы ей ни о чем не сказало. О Лярне и пространственном «кармане» она что-то мельком слышала; россказни о машине для обмена телами считала ерундой – мало ли какими суевериями полнится Галактика! Когда Суйме выслушала Тинины комментарии, кожа у нее на лбу собралась в тяжелые складки.

– Значит, он меня обманул… А я ведь у него деньги взяла, что же мне теперь с ними делать?

– Доктор, это ваши деньги. Ваша работа в любом случае заслуживает вознаграждения. Спасибо, что помогли Полю.

– Они где-то здесь, в Фаодге. Глаза у меня были завязаны, однако я помню, что летели мы недолго, потом вошли в какой-то дом, он открыл дверь… Там даже лестниц не было – первый этаж. А сегодня он вывел меня на улицу, после поворота разрешил снять повязку и вызвал такси. Жаль, что он преступник, – такой приятный, обаятельный молодой человек…

– Вероятно, он завел вас в первый попавшийся подъезд и оттуда телепортировал к себе в укрытие – он ведь держал вас за руку? И обратно тем же способом. А что касается обаяния – это всего лишь одна из наших многочисленных оболочек, под ней может скрываться все, что угодно. Я это поняла как раз благодаря знакомству с Лиргисо.

– Меня купить на обаяние нетрудно, – призналась доктор Суйме. – Надеюсь, м’гис, что вы спасете Поля Лагайма. Какой необычный у вас браслет – черный, гладкий. Не похож на украшение.

– Браслет киборга, – объяснила Тина. – Что-то вроде опознавательного жетона.

– Неужели вы киборг?! – Доктор изумленно раскрыла припухшие глаза с отливающими синевой белками. – Никогда не видела киборгов…

Запущенный парк вокруг дворца что-то невнятно шептал, провожая Тину. В темноте он казался вероломным и таинственным, полным привидений и засад… Это хорошо, что ей пришла в голову такая мысль. В парке доктора Суйме засады не было, зато на одной из соседних улиц, где находилось круглосуточное автоматическое кафе, Тину ждали.

Полтора десятка человек с парализаторами: после пятнадцати парализующих зарядов киборг ее класса гарантированно теряет сознание. Тину дважды брали в плен таким способом, манокарские агенты на Рошегене и наемники Лиргисо на Незе, третий раз – это будет слишком… Ее спас прыжок в сторону. Те, кто ее ждал, отреагировали подозрительно быстро – снова киборги?.. Еще один прыжок, а потом Тина бесконтактно подняла и обрушила на противников аэрокар, стоявший возле входа в кафе (скорее всего, их же собственный). Второй удар. Третий. Четвертый.

Напросились. Как и доктор Суйме, она уже вторые сутки не спала; она должна найти способ выручить Поля, а не тратить время и силы на эту шушеру с парализаторами!

Когда последний перестал шевелиться, Тина достала из кармана фонарик, подошла ближе. Она не рассчитывала увидеть знакомые лица и удивленно приподняла брови, кое-кого узнав. Янглир. Тот въедливый сотрудник неведомой, но влиятельной организации, который донимал ее вопросами вчера ночью. И еще четверых она видела в усадьбе на границе Пьялашарта.

Тина не стала дожидаться прибытия полиции и пошла прочь, выбирая улицы потемнее. Сначала напали на Стива, теперь на нее… Это до противного похоже на войну.

Клисс вел существование бомжа, волею судьбы осевшего в космопорте или на аэровокзале. Дремал он прямо в коридоре, примостившись у стенки на ворсистом полу; питался тем, что удавалось стащить с подноса у робота-официанта. Эмми и не подумал предоставить ему комнату.

Двери по обе стороны черно-серого коридора с ночным потолком постоянно были заперты. Вероятно, за одной из них находился выход во внешний мир – можно было только гадать, за какой именно. Единственная незапертая дверь вела в роскошный туалет, отделанный дымчатым мрамором, и Саймон подумывал о том, что хорошо бы все тут загадить, чтобы досадить хозяину апартаментов, но претворить свою мечту в жизнь не рискнул.

Первое правило бомжа: хочешь, чтобы тебе позволяли жить, – не путайся под ногами. Стоило Саймону оказаться на дороге у Эмми, он тут же получал пинка. Он пытался прятаться в круглом помещении за аркой в конце коридора, но это не спасало его от побоев. Медо ходил злой, как дьявол: Поль, которого он так хотел заполучить, завис где-то между жизнью и смертью – на ком же еще срывать злость, как не на Клиссе? Возможно, Медо не бесился бы так, если б умел ругаться, но он был не способен от души выругаться, чтобы сбросить напряжение.

В конце концов Клисс не выдержал и посоветовал своему мучителю пнуть Топаза или жирную серокожую врачиху, которая лечит Поля, и тогда рафинированный ублюдок врезал ему носком ботинка в живот. Потом Саймон услышал, как незийка встревоженно спрашивает, что случилось, ведь кричало существо человеческой расы.

– Вы напрасно волнуетесь, доктор, эта тварь только выглядит разумной, – отозвался Медо.

– Чтобы никакого шума! – потребовала незийка. – Крик был слышен даже в комнате с «коконом», для больного это нехорошо.

Эмми пробормотал в ответ что-то любезное, вернулся к агонизирующему за аркой Саймону, толкнул его ногой и прошипел:

– Больше ни звука, ты меня понял?

«Убью сучью докторшу, – решил Саймон. – И чтобы не заложила, и за то, что сука…»

Он в очередной раз беспокойно задремал, съежившись на полу возле арки, а разбудил его смех на два голоса. Клисс осторожно выглянул в коридор: Эмми и незийка стояли около двери, которая вела в помещение с медицинской аппаратурой.