Спящие гиганты - Сильвен Нёвель

– Неужели президент хочет завершить свою политическую карьеру?

– Отнюдь. Он старается предотвратить третью мировую войну.

– Вы и впрямь считаете, что правительства других стран погладят нас по головке и завопят от радости? Думаете, они скажут: «Класс! Громадину сделали инопланетяне! Теперь все отлично. Продолжайте в том же духе!»?

– Не сомневаюсь, у них будут вопросы. Они захотят получить какие-то весомые доказательства. Но они должны будут свыкнуться с мыслью, что мы во Вселенной не одиноки. Президент надеется, что понимание данного факта позволит нам всем избежать дальнейших конфликтов.

– Ладно, мы можем сказать про робота русским, китайцам, французам… Но зачем оповещать остальной мир? Уверен, население земного шара недоброжелательно отнесется к инопланетным пришельцам и к правительственному заговору в придачу!

– В настоящий момент президента не слишком занимают предстоящие выборы.

– Я говорил не о том, что президент потеряет голоса избирателей. Я имел в виду, скорее, нечто вроде массовой истерии.

– Увы, современные люди в достаточной степени бесчувственны.

– Почему?

– Они стали менее восприимчивыми. Они насмотрелись фильмов про инопланетян, поэтому существование внеземных цивилизаций не станет для них шоком. Если кого-то длительное время подвергать постоянному воздействию, он превращается в бесчувственное существо. Грубо говоря, ему становится на все наплевать.

– Мы с вами говорим о простом обывателе Джоне Маккое, а не каком-то важном типе в дорогущем костюме! Люди кое-что чувствуют…

– Неважно. Вы учите солдат убивать с помощью видеоигр. Если взорвать некоторое количество людей в виртуальной реальности, будет гораздо проще убить человека настоящим оружием. Как вы думаете, почему наше правительство тратит столько денег на боевики про войну и террористов? Грязную работу выполняет за вас именно Голливуд! Если бы события одиннадцатого сентября произошли двадцатью годами раньше, наша страна оказалась бы ввергнута в хаос… Тем не менее люди уже насмотрелись плохих вещей по телевизору и были готовы буквально ко всему. Налицо – правительственный заговор!

– И что сделает президент?

– Похоже, он предложит компромисс.

– А вы готовы поделиться с миром вашим бесценным роботом? Если другие государства не смогут его заполучить, они не позволят нам стать его полновластными хозяевами!

– Именно это я и понимаю под термином «компромисс».

– Значит, мы поделимся роботом с соседями…

– Не совсем.

– Но тогда что? Мы избавимся от него?

– Верно.

– По-моему, глупо нарушить тысячу подписанных нами международных договоров и еще погубить кучу людей – и только ради того, чтобы уничтожить все одним махом! Вы, значит, готовы пойти на это?

– Я не готов.

– Так я и думал.

– Но у меня есть идея насчет того, как уничтожить робота.

– Правда?

– Мое предложение президенту: сбросить робота в Пуэрториканский желоб.

– Куда?

– Рядом с Пуэрто-Рико…

– Ха-ха! Очень смешно!

– Пуэрториканский желоб является самой глубоководной впадиной в Атлантическом океане, глубиной около пяти миль.

– А потом робота можно будет поднять на поверхность?

– Только не в настоящее время. В этом-то и вся суть.

– Иными словами, мы не сумеем до него добраться, если захотим?

– Отнюдь! Есть глубоководные аппараты, способные опускаться в бездну. Джеймс Кэмерон спустился в батискафе на глубину шесть целых восемь десятых мили.

– Кинорежиссер?

– Да, но дело в другом. Сам батискаф – весьма компактный. Он не способен поднять на поверхность такой массивный объект даже по частям. В общем, мы увидим робота, но не сможем взять его с собой. Однако столь кардинальное решение отвечает насущным требованиям, и я верю в то, что оно не будет долгосрочным. В ближайшем будущем мы сможем решить проблему в свою пользу.

– …

– Вы молчите, мой дорогой Роберт, что совершенно на вас не похоже.

– Я думаю, вы темните! Однажды вы меня уже провели. Вы явно не из тех, кто с легкостью откажется от столь крупного улова! Простите за невольный каламбур.

– Доктора Франклин нет в живых. В Денвере погибли свыше трехсот человек, и мы находимся на грани глобального конфликта. Теперь нам не до шуток…

– Я считаю вас высокомерным, самоуверенным сукиным сыном, но при этом вы еще хладнокровный и расчетливый. И у вас, естественно, всегда есть дюжина вариантов. Я ни на секунду не поверю в то, что вы взялись за грандиозный проект, не имея плана «Б» под рукой.

– Спасибо, но комплиментов на сегодня вполне достаточно. Хотя у меня действительно есть неплохой вариант, который я вам только что озвучил. Сбросим фрагменты в Пуэрториканский желоб и достанем их через несколько лет, когда у нас появится реальная возможность.

– Забыл добавить: на мой взгляд, терпение не входит в число ваших лучших качеств. Думаю, вы продолжаете многое от меня скрывать… Как вы поступите со своей командой, по крайней мере с ее остатками?

– Они вернутся к своей прежней жизни. Уорент-офицер Резник уже летает с авиабазы Льюис-Маккорд.

– Разве ее не отстранили от полетов? В ее личном деле говорится, что у нее проблемы со зрением.

– А вы бы прочитали ее досье еще разок.

– Вы что-то подправили… или изъяли?

– За кого вы меня принимаете, Роберт? Все материалы по-прежнему лежат там, где им и положено. Правда, кто-то переусердствовал с черным маркером, редактируя некоторые документы.

– Как мило с вашей стороны! Никогда не назвал бы вас романтиком.

– Разве я говорил о том, что я корректировал документы мисс Резник? Я сказал «кто-то». И я считаю более продуктивным сдерживать свои обещания, а не разбрасываться словами. Возможно, мисс Резник понадобится нам в будущем, а мне бы не хотелось, чтобы она затаила на меня обиду.

– А как насчет того парня-француза? Я имею в виду франко-канадца… Вы меня поняли.

– К сожалению, мистер Кутюр будет жить как ему заблагорассудится.

– А в вашем голосе зазвучали железные нотки! После всего, что он для вас сделал, вы намереваетесь отослать его домой?

– Мистер Кутюр сделал свой выбор. Я предложил ему работу в юридической фирме. Еще я связался со своими старыми друзьями, которые были мне кое-чем обязаны, и я подыскал для него местечко в УППОНИР^[20]. Увы, мистер Кутюр отклонил оба предложения. Его психологическое состояние оставляет желать лучшего.