Кассий - Бен Каунтер

Вне колованской системы потеря этого мира практически ничего не значила. Оплот Адептус Механикус на Ризе вел собственные войны, а прочие планеты в первую очередь беспокоились о том, чтобы периодические вторжения зеленокожих не омрачали их собственные небеса. Краткий отчет о падении Колована добавят в архивы, но почти никто не вспомнит о его истинной важности. Миллиарды имперских граждан продолжат жить как ни в чем не бывало, даже не подозревая о том, как близко они оказались к грани уничтожения.

Кассий напишет о том, что здесь произошло на самом деле. Расскажет, как удалось предотвратить падение Ризы и защитить сегментум Соляр и о мученической жертве, которую принес Колован. А также об ученых Адептус Механикус и всех тех Ультрамаринах, что сложили свои головы на поверхности планеты и в пустоте над ней.

— Хотя Империум останется в неведении, — произнес Кассий, — мы не забудем об этом. Мы всегда будем помнить.

Он сказал это, обращаясь к десяткам мертвых братьев, что лежали на погребальных плитах в апотекарионе «Обороны Талассара». В затишье между варп-прыжками старый корабль полностью замолкал, двигатели и реакторы отключали для обслуживания, а апотекарион становился таким же холодным и спокойным, как сама смерть. Погибла почти половина Пятой роты. Третьей досталось не меньше. Подобные жертвы требовали поминовения.

— Затратная победа, — сказал Рем, — особенно для мертвого мира.

— Так и есть, — отозвался Кассий. — Многие боевые братья сразились здесь в последний раз и многие прогеноидные железы остались несобранными. Но апотекарию Дионису удалось спасти большую часть. Третья и Пятая роты вновь отправятся в бой. — Капеллан поднял взгляд на сержанта. — Но не Косы Императора. Вот что тяготит твою душу.

— Это неважно, — сказал Рем. — Наш долг исполнен. Наша задача выполнена.

— Ты бы хотел умереть вместе с этими воинами, — продолжил Кассий, указав на лежащие на плитах тела. — Но волею судьбы тебя лишили подобной роскоши. Завидуй мертвым, если хочешь, сержант Рем, но у Императора еще есть на тебя планы.

После применения антивируса Кассий вытащил бесчувственное тело Соэмна из зала с энергетической мозговой корой и нашел Рема лежащим без движения среди груды тиранидских трупов и болтерных гильз, рассыпанных по полу вокруг него. Вместе трое выживших добрались до одного из дорсальных клапанов умирающего корабля, где Кассий активировал аварийный маячок. Изможденные и истекающие кровью воины ждали спасения и смотрели, как корабль-улей разлагается и разваливается вокруг них. Наконец их обнаружили транспортные челноки с «Обороны Талассара». Рем упорно требовал, чтобы они вернулись в глубины корабля за остатками их отделения, но Кассий отказал. Судно тиранидов уже входило в верхние слои атмосферы. Им бы просто не хватило времени.

— Я знаю, какая ярость бурлит в тебе сейчас, — сказал Кассий. — Мы оба познали непомерную утрату. Я защищал Империум Человечества столетиями и за это время успел побывать во многих битвах, которые не надеялся выиграть. И все ради отмщения.

— Ты все еще здесь, — откликнулся Рем. — Ты прожил довольно долгую жизнь для опрометчивого человека.

— Я не настолько глуп, чтобы считать, будто удача не отвернется от меня никогда, — возразил Кассий. — Мы оба умрем на службе Императору. Это наш долг и право по рождению. Но в напрасной смерти с корыстными целями нет чести. Ты жив и стремишься покарать тиранидов за то, что они сделали. Тем самым ты чтишь своих павших братьев Кос. Мы сделали это на корабле-улье, ты и я. И нам еще представится шанс сделать это снова.

— Возможно, ты прав, капеллан. Возможно, однажды последний воин Кос Императора сможет отомстить за свой орден, — согласился Рем. На лице сержанта мелькнула слабая улыбка. — У меня есть дела в тренировочном зале. Герион хочет попробовать открутить мне голову.

— Тогда не стану тебя задерживать, — сказал Кассий. — Тем более что у меня здесь есть свои дела.

Кассий двинулся между рядами мертвых, узнавая каждое лицо и вспоминая деяния и события, которые когда-то распаляли в них гнев или же призывали сдерживаться. Он добавлял их имена в длинный список павших, который хранил в самой священной части своей памяти. Затем капеллан опустился на колени на холодной стальной палубе апотекариона и начал молиться.