Гегемон Греции! - Chen Rui

Стефилос усмехнулся: «Я слышал от отца, что требования к солдатам в легионе очень строгие, гораздо строже, чем правила нашей школы. Если они нарушат правила, их накажут. Вот почему твой отец не решается прийти к тебе, так как боится».

Патрокл посмотрел на него: «Что-то я не вижу, чтобы ты сильно беспокоился о своем отце».

Стефилос перестал бросать камни в реку: «Я уже сказал тебе, что Аминтас не мой отец! Но… он очень добр к моей матери и ко мне».

Стефилос повернул голову, подумал немного и добавил: «Он часто рассказывал мне истории о том, как он сражался в Персии вместе с Великим Архонтом Давосом. Он герой, и он мне нравится. Поэтому я верю, что с ним все будет хорошо. Ведь Архонт Давос никогда не проигрывал сражений».

Его оптимизм заразил Патрокла: «Ты прав, Союз Теонии непобедим!».

В это время в храм взволнованно вбежал ребенок: «Хорошие новости! Хорошие новости!».

«Прокл, какая новость тебя так обрадовала?!». — Дети перестали играть и посмотрели на него.

«Ура! Третий легион под предводительством моего отца уничтожил вторгшихся Пиксусов!». — Возбужденно воскликнул Прокл.

«Это правда?». — Поспешно спросил Патрокл.

«Конечно, правда!». — Прокл городо поднял голову и сказал: «Если ты мне не веришь, сходи в город Турий и посмотри, как ликует весь город!».

«Никто не сомневался в этой победе, но эта победа была в основном благодаря командованию Архонта Давоса, верно?». — Видя взволнованного Прокла, Стефилос вспомнил, что не получал никаких новостей от отца, поэтому не мог не проболтаться.

Прокл некоторое время не мог ничего сказать. Он сурово посмотрел на Стефилоса и закричал: «Так или иначе, это мой отец командовал войсками в Грументуме, а что сейчас делает твой отец?».

Теперь настала очередь Стефилоса потерять дар речи.

Как раз в тот момент, когда эти двое поссорились, другие дети закричали: «Потрясающе! Победа!».

«Теония побеждает!».

«Легион побеждает!».

После этого ликующие дети начали выстраиваться в соответствии с военными движениями, которым их учили учителя, и играли в игру «Триумфальное возвращение». Затем Патрокл вытянул в линию Прокла и Стефилоса. Однако вскоре они начали спорить, кто будет знаменосцем.

***

В это же время в зале Сената в Турии государственные деятели обсуждали дела Союза Теонии.

Мариги, председательствующий по очереди, достал пергамент и сказал: «Претор Кримисы, Скамбрас, прислал письмо, в котором говорится, что он продумал множество мер, но даже несмотря на это, в Кримисе по-прежнему много людей, не желающих подписываться на зерновые паи. До сих пор акции, выделенные нескольким другим городам, даже Апрустуму, были расхватаны. Только Кримиса…» — Мариги повысил голос: «Несмотря на то, что ей было выделено меньше всего акций, не было куплено даже половины! Как вы думаете, стоит ли нам выделить остальные акции Росциануму? Амиклес все время посылал кого-то и говорил, что «граждане Роскианума жаждут подписаться на выпущенные нами акции!».

«Да!».

«У меня нет возражений».

«Взять в долг пятьдесят килограммов пшеницы и вернуть через год 58 килограммов — это выгодно! Даже если Теония не использовала граждан в своих интересах, почему в Кримисе так много людей, не желающих подписываться? Мы должны подумать о причинах!». — Напомнил всем Куногелата.

После этого большинство государственных деятелей обратили свое внимание на Андролиса.

Выглядя несколько смущенным, он встал и несколько раз кашлянул, затем сказал: «Милорды, я… я думаю, что на это есть несколько причин… Во-первых, Кримиса последней присоединилась к Союзу Теонии, а с тех пор прошло всего полгода! Но самое главное, что она отличается от Апрустума…». — Тут он успокоился, прочистил горло и серьезно сказал: «Хотя правда неудобна для всех, это факт: хотя Теонийцы не были инициаторами начала Кротонской войны, многие Кримисцы считают, что Теония должна нести определенную ответственность. Поскольку многие Кримисцы погибли в войне с Теонией, полгода недостаточно, чтобы их обида улеглась. А с обидой они не могут полностью доверять Теонии…».

Слова Андролиса вызвали недолгое молчание.

Через некоторое время Корнелий сказал: «В первую очередь, война с Кротоном неизбежна. Хотя Кримиса теперь является частью Теонии, кажется, что мы все еще должны сделать больше, чтобы устранить недовольство Кримисцев. Я также надеюсь, что три владыки — Андролис, Эврипус и Плейтинас — смогут оказать большую помощь!».

«Это то, что мы должны делать, как государственные деятели или как Кримисиане!». — Твердо сказал Эврипус: «И я верю, что пройдет совсем немного времени, и Кримисцы будут благодарны и горды тем, что являются гражданами Теонии!».

Государственные деятели единодушно согласились со словами Эврипуса.

Затем Полукс встал и сказал: «Уважаемые государственные деятели, разговор о зерновых акциях напомнил мне, что лорд Мерсис однажды сказал, что «количество военных пайков, выменянных у народа, может продержаться для Теонийских войск не более двух месяцев». Я прав? Лорд Мерсис».

Хотя он ненавидел Полукса, Мерсис вынужден был кивнуть головой и сказал: «Да, это так. Однако…».

«Спасибо!». — Поллукс перебил Мерсиса и быстро сказал: «Даже если мы уже захватили Бесидисе, двух месяцев все равно недостаточно, чтобы завоевать такую огромную территорию, как область Бруттий, в которой проживало более ста тысяч человек! Более того, пока мы сосредоточились на борьбе с Бруттийцами, Луканцы на севере воспользовались этой возможностью, чтобы создать проблемы. Сейчас, когда Ба… э… повелитель Багул ранен и мы даже не знаем, жив ли он, Сенат очень обеспокоен тем, есть ли хороший способ справиться с массированной атакой Пиксуса на Грументума?!». — Поллукс сказал это, с сочувствием глядя на Веспу и Гемона. Хотя он внутренне ненавидел этих «варваров, проникших в Сенат», ему все еще нужны были эти верные сторонники Давоса, чтобы сомневаться в молодом человеке.

«Нет! Потому что все солдаты воюют с Бруттийцами! Если так пойдет и дальше, боюсь, что прежде чем мы завоюем Бруттийский регион, Пиксус уже захватит Грументум и вторгнется в Нерулум! К тому времени Теония окажется под ударом с двух сторон, и наша армия столкнется с проблемой нехватки продовольствия, а Теонию постигнет великое бедствие… милорды, подумайте об этом хорошенько, ведь эта ужасная ситуация вполне вероятна!» — Воскликнул Полукс с горечью в голосе.

Выражение лица нескольких государственных деятелей изменилось, остальные погрузились в свои мысли.

Видя это, Мариги возненавидел его еще больше: «Этот проклятый Полукс снова создает проблемы, промолчав всего несколько дней!».

Чтобы сохранить тайну, только Авиногес, Сеста, Иероним и высшие офицеры третьего легиона знали о плане Давоса заманить Луканцев. Не подозревая