Леди не летают - Мария Самтенко

Дознавательница опустила голову на подушку и закрыла глаза. Ей снились драконы, светящиеся пеньки, входящий в штопор лорд Грайси — а еще скрип двери и высокая фигура в дверном проеме.

Кларисса распахнула глаза, схватилась за связку амулетов на шее — и зачарованный нож, подарок отца, вылетел из открытого чемодана и лег рукоятью в ее протянутую руку.

Фигура в дверном проеме попятилась и забормотала подозрительно знакомым голосом:

— Стойте! Нет! Леди Кларисса!.. Я не желаю вам ничего дурного!..

Кларисса опустила приготовленный для метания нож, потерла глаза, прогоняя остатки сна, и хмуро взглянула на небрежно одетого лорда Ригаллиона:

— Какого демона вы делаете в моей спальне?!..

Глава 33

— Леди Кларисса! Вы все не так поняли! — торопливо сказал лорд Ригаллион. — Уберите нож! Я не собирался нападать на вас! Просто хотел узнать про Агату. Она не ночевала в своей постели.

— Агата и не будет ночевать в своей постели, пока там находитесь вы, — фыркнула дознавательница, недовольно рассматривая «рокового брюнета».

Тот стоял в дверях, и на лице у него было написано искреннее беспокойство, только глаза все норовили скользнуть по свободному ночному платью Клариссы, небрежно сползающему с плеча. Дознавательница поправила платье и заметила, что Ригаллион перевел взгляд на связку амулетов у нее на шее: Кларисса забыла снять их на ночь, и теперь «роковой брюнет» с интересом туда посматривал.

И все это не прекращая сокрушаться по поводу разрыва с леди Агатой! Определенно, этот дракон мечтал о гареме. Возможно, что из летающих леди.

— Откуда она узнала, что я в лекарской?..

И снова — обжигающий взгляд лорда Ригаллиона, успокаивающий холод ножа под пальцами, сползающее с плеча ночное платье, часы, показывающие шесть утра, и одна-единственная мысль в голове:

«Интересно, подтвердит ли Агата его алиби теперь?».

— Так, хватит! — дознавательница вскочила с постели. — Выметайтесь отсюда, лорд!..

Она захлопнула дверь перед носом Ригаллиона, легла обратно в постель, взяла блокнот с тумбочки и принялась листать. «Роковой брюнет» идеально подходил под критерии Жанны Одейро-оро, любил соблазнять всяких разнообразных леди и как-то подозрительно сокрушался насчет того, что они не летают. И на Магарыча он мог напасть, и сейчас зашел непонятно зачем, и алиби у него все подтверждались влюбленной леди Агатой — Клариссе было очень интересно узнать, возьмет ли она слова назад после разрыва. Правда, дознавательница подозревала, что своенравная студентка может отказаться беседовать с Клариссой как с «коварной разлучницей», и тогда придется писать в Королевское следственное управление и оформлять все официально…

Вздохнув, дознавательница отметила в блокноте визит «рокового брюнета», еще раз проверила дверь, желая убедиться, что та закрыта на ключ, и вернулась в постель — подремать хотя бы до завтрака.

Утром она первым делом направилась к Рикошету и озадачила его вопросом «аккуратно выяснить у Агаты, не собирается ли она взять назад свои показания насчет алиби лорда Ригаллиона». Беловолосый ректор в восторг от этой просьбы, мягко говоря, не пришел, и некоторое время втолковывал Клариссе, что «Ригаллион не мог». И что дознавательница настроена агрессивно из-за того, что не выспалась.

— А еще ему не следовало ломиться в спальни к леди, пользуясь тем, что кто-то забыл запереть дверь на ключ, — фыркнула Кларисса. — Пожалуйста, лорд Рикошет. Я просто боюсь, что если попробую узнать это сама, Агата не скажет. А вы… вы можете сначала усыпить ее бдительность лекцией насчет недостойного поведения… хотя я считаю, что найти другого возлюбленного вместо лорда Ригаллиона, Багрового демона в задницу…

— Леди Кларисса! Я понял! Можете не уточнять, в чью!

На самом деле, кандидатур было несколько. Можно сказать, целый список. Только дознавательнице было не до этого — она торопилась озвучить еще одну свою теорию. Только в итоге все равно махнула рукой на объяснения и потащила Рикошета на задний двор — туда, где лежал чуть оплавленный после удара молнии шпиль Академии.

Магарыч тогда так и не успел вызвать кузнеца, и Рикошет, которому было не до ремонта, распорядился затащить его под навес.

— Я давно об этом думала, знаете ли, — осторожно сказала Кларисса, осматривая шпиль. — О том, что уже видела эти… куски забора. В непредназначенных для этого местах. Просто не подумала.

Да, она уже это видела, но впечатления того дня смазались из-за нападения на лорда Магарыча.

И все же…

Кларисса прикрыла глаза, ощупывая шпиль и вспоминая, как аккуратно завхоз держал его в когтях и бережно опускал на землю. Но почему? Что, в самом деле, могло сделаться куску металла длиной в два фонарных столба? Разве что в нем было что-то еще.

— Здесь.

Кларисса нащупала тонкую щель — металл в том месте потек и оплавился, открывая обугленный край шкатулки. Там, наверно, тоже был какой-то механизм, но он расплавился от удара молнии — шкатулка не сгорела чудом.

— Я… я видела, что Магарыч рассматривал это место, — объясняла Кларисса пока Рикошет доставал шкатулку. — И даже что-то зарисовывал. Просто не подумала, что это может быть важно. А что там?..

Ректор торжественно извлек из шкатулки очередной, третий по счету, кусок забора, развернул записку и нахмурился:

— Тут стихи и… предложение передумать «пока не стало поздно». К сожалению, последовать совету мы не можем, так что предлагаю сходить к забору и примерить ключ.

Кларисса кивнула, соглашаясь. Она разделяла чувства Рикошета: азарт, предвкушение тайны и чуть заметная горчинка беспокойства за лорда Магарыча. Хотелось закончить все это быстрее — они даже Грайси не стали звать. Хотя дознавательница и подозревала, что это несложно и достаточно только начать обсуждать чьи-нибудь штаны.

— Мы не будем никуда лезть без Грайси, просто посмотрим, — сказал Рикошет. — Сомневаюсь, что Магарыч засунул кристалл в ворота, скорее всего, там просто точка на карте.

Увы! Кларисса с ректором подошли к воротам, оглядели их со всех сторон, поставили ключи в положенные места… и ничего не произошло.

— Попробуем перед закатом, — вздохнул Рикошет. — В самом деле, чего это мы. У него же карта завязана на закатные лучи.

Вот тут Кларисса не удержалась и прокомментировала, упомянув Магарыча и Багрового демона, который как раз гармонирует с этими лучами по цвету. Хотя лицо смущенного Рикошета к ним тоже приблизилось.

Остаток дня прошел суматошно: Кларисса опрашивала рыдающих первокурсниц насчет их девственности и снов, принимала витиеватые извинения лорда Ригаллиона насчет утреннего эпизода, в очередной раз рассказывала лорду Магарычу о том, что она думает о его тайнах, и инструктировала Ванессу, Осю и ее дочек насчет леди Агаты.

А перед закатом Кларисса,