Либерти - Флай

— Да, я тоже не терла времени даром, маг Голден из Мериаля заказал драконье яйцо, у них там все свои драконы вымерли, и он хочет заняться их разведением.

— Тогда нужно два.

— Ты одно сначала достань — драконы теперь редкость.

— Ничего, найдем. Эта монетка тебе, эта мне.

Тут в комнату заглянула Герта.

— О, какое богатство. Но стоит ли рисковать собой ради этих железяк?

Либерти и глазом моргнуть не успела, как Кельт уже исчез из комнаты.

— Спокойно, мама, не утруждай себя, все эти лекции мне уже прочел Альтаир, я заскочила к нему перед домом.

— Альтаир — положительный молодой человек, серьезный, но ты его конечно не послушала?

— Конечно нет.

— Это потому что у тебя ветер в голове, и у Кельта твоего тоже, вы оба абсолютно глухи к разумным доводам.

Либерти скисла — и чего они все на неё ополчились, заняться больше нечем что ли?

— Либерти, пойми, я с каждым голом не становлюсь моложе и здоровее, и я хочу, чтобы моя единственная дочь была счастливее меня — нашла работу, вышла замуж. Да я просто хочу внуков, раз не смогла вырастить дочь, то хоть на них душу отведу.

— Мама, но я же не давала обета безбрачия, всё это будет, но только попозже.

— Когда попозже — лет через 300?

— Нет, через 299 — вырвалось у Либерти — прости, мамочка, это я не подумавши.

— У тебя вся жизнь — не подумавши — но Герта уже исчерпала все заранее припасенные претензии и аргументы и поэтому перешла к другой теме — а этот юноша, Кельт, весьма недурен собой. Эх, будь я помоложе.

— Мама!

— А что такое, или ты его для себя оставила?

— Прям я так тебе и сказала, потом же не отвяжешься.

— Всё это конечно шуточки, Либерти, но помни, что помимо красивой внешности у человека должно быть что-то здесь и здесь — Герта постучала пальцем по голове и по сердцу — внешность не главное, главное, чтобы человек был хорошим.

Либерти так и подымало сказать, что эту присказку придумали некрасивые люди, но она всё же промолчала — пусть мама потешиться.

Выполнив свой материнский долг Герта удалилась на кухню, и тут же в комнате опять, прямо из ниоткуда появился Кельт.

— Что, воспитывала? — сочувственно спросил он.

— И не говори. Надо уносить ноги, а то застрянем надолго.

— За драконами?

— За драконами — и они улыбнулись друг другу.

* * *

Миров несчетное количество — некоторые похожи друг на друга, другие наоборот словно небо и земля, в одних была магия, в других даже о интуиции слыхом не слыхивали. И населяющие их существа тоже делились на кучу видов, но везде, как ни странно, жил человек, где-то как царь где-то как раб, но человек был везде. А там, где есть человек, есть и ненависть, и любовь, и страх, а все эти чувства могут порождать небывалые по силе артефакты, даже существа, у которых магия в крови не могут создавать что-то более изощренное, чем созданные руками и волей простого смертного. Оставалось только прийти и взять.

Либерти и Кельт не просто тупо собирали артефакты, они еще делали записи о мирах, которые они посещали — об их жителях, их образе жизни и обычаях, природе, и истории.

— На Земле я могу продать эти записи как фантастическую книжку — шутила Либерти.

И не смотря на все трудности, Кельту и Либерти нравилась такая жизнь, наслаждаться покоем и тишиной они будут в старости, а пока нужно успеть выковырять изумруд, дающий дар видеть будущее из глиняной статуэтки и унести ноги до появления разъяренных хозяев.

Шли дни, а драконы им не попадались, но чем труде что-то получить, тем больше усилий мы к этому прилагаем.

7

— Драконы не могут исчезнуть полностью — говорила Либерти — где-то они обязательно должны быть — они сидели в таверне в мире Колдроуз — эта же такая магическая мощь, их так просто не истребишь.

— Но в Мериале же истребили — заметил Кельт.

— Они вымерли сами в результате междоусобиц. Нет, ты только посмотри, эта девица у стойки тебе уже всю спину насквозь прожгла своими глазенками — Либерти просто кипела от возмущения.

Кельт обернулся — девица у стойки зазывно ему улыбнулась, и он услышал, как Либерти шумно засопела, пытаясь справиться с захлестнувшей её злобой. Недолго думая Кельт перегнулся через стол и крепко поцеловал Либерти, а потом, как ни в чем не бывало сел на место. Девица у стойки намёк поняла, а вот Либерти наоборот, словно отупин приняла, ибо её голову покинули все мысли. И если бы не подсевший к ним мужик с внешностью, за которую и убить не грех, Либерти обязательно брякнула бы какую-нибудь глупость.

— Уважаемые ищут драконов? — спросил мужик.

Либерти и Кельт мигом навострили уши.

— Да, а вы знаете, где они могу быть?

— Знаю, и даже могу вас туда провести. Если у вас хватит золота.

— А где гарантии, что вы нам не врёте? — спросила Либерти.

Мужчина достал из кармана небольшую черную пластину — Либерти хватило одного взгляда, чтобы понять, что это чешуя дракона, она видела точно такую же у Голдена в лаборатории.

— Мы согласны, половину названной суммы получите сейчас, половину на месте.

Тут уж не до романтических переживаний — ведь у них перед носом замаячила сделка века, Голден обещал за одно яйцо дракона целое состояние. Мужик, которого звали Толф, решительно повел их в лес.

— Нам не нужны лесные дракончики, они слишком мелкие — заметил Кельт.

— А лесные у нас и не водятся, уважаемые, только Большие Черные или Королевские — ответил Толф — и эта дорога через лес самая кор ткая к вон тем горам, где их пещеры.

Кельт и Либерти посмотрели в указанном направление — исполинские горы своими верхушками касались облаков. Не трудно представить, сколько там пещер, а в этих пещерах драконов и их кладок. Они богаты!!!

— А почему никто кроме вас не рассказал нам о драконах? — спросила Либерти — мы уже думали, что их в Колдроузе нет.

— Это табу наложенное Храмовниками и их Драконами, вот люди и боятся.

— Кто такие Храмовники?

— Это люди, которые служат в Храме Драконов, маги. Драконы дают им власть, и они не хотят ею делиться, вот и держат всё в тайне.

— А почему