Искаженный мир – Одержимые - Марк Геннадьевич Кузьмин

Но видно здесь далекое мерцание.

Что вижу я, поет моя душа,

Бесчисленные звезды мироздания.

Вроде и банальные рифмы, да и сам стих крайне простой, но есть в этих словах что-то душевное. Не помню где данное произведение слышал, но сейчас оно пришло мне на ум.

— Долго еще костюм будут делать?

— Минут пять.

Сейчас Барти и папа занимаются его починкой чуть в стороне, чтобы не смущать девушку, пока я обрабатываю её раны. Нас вроде не слышат, хотя каждый может легко усилить слух и все узнать, о чем мы тут болтаем. Хотя они там явно и сами нашли что обсудить, вон как оживленно шепчутся. Может новую бомбу делают.

— Ну-с, может расскажешь, чего это ты так странно себя ведешь? — спросил я.

— Ничего не веду себя странно, — максимально не убедительно пыталась она соврать.

— Ага, так я и поверил. Говори уже, чего ты так реагируешь на Барти? Обычно ты только рада его вниманию, а тут отворачиваешься и явно дуешься.

— Не дуюсь, — буркнула она.

— Эх ты, — лишь покачал я головой. — Злишься из-за танца?

Девушка втянула голову в плечи и некоторое время молчала, не оборачиваясь ко мне.

— Я… тоже всегда мечтала потанцевать под эту песню, — тихо произнесла она. — На том выпускном где она играла, все танцевали, а я сидела и смотрела на них… внутри меня все ревело и кричало от обиды и злости. А теперь все это досталось Зенти и Барти с ней танцевал.

— Тебя злит, что Зенти танцевала под эту песню, или то что она танцевала с Барти?

Крес ничего не ответила, так как вряд ли она даже понимала суть своих эмоций.

Тут не нужно быть гением психологии, чтобы понимать, что к чему.

Вечно позитивная и по-детски непосредственная Крес внезапно начинает злиться и ревновать, что крайне нехарактерно для нее. Это было бы больше в духе Зенти, а не Крес. Тут можно лишь сделать вывод, что у них происходит уже какой-то обмен не только памятью, но и чертами характера. Как Зенти, что так вдохновилась песней, что без задних мыслей согласилась танцевать с Барти, которого сторонилась, так ревнующая и негативная Крес, которая не может определиться в источнике своих эмоций.

— Я не собираюсь тут давать тебе советы или говорить, как делать. Просто помни, что ты и Зенти, все же один человек. Хотите вы этого или нет, но вам придется как-то ужиться друг с другом. Барти же лишь попытался наладить отношения с ней, чтобы и тебе было легче. Он хотел твоей компании, но все же решился говорить с ней. Ну, а я уже вмешался той песней и все несколько вышло из-под контроля.

— Угу…

— Все, я закончил с твоими ранами. Одевайся.

Да уж.

Нас тут убивать пытаются, за нами гоняются наемники мирового класса и демоны, а некоторые умудряются устроить романтическую драму на ровном месте. И я еще за чем-то в это полез…

«Серьезно, когда это я переквалифицировался в сваху?»

По-хорошему, это все можно было прекрасно оставить как есть. Да, эти пингвины за месяцы на корабле, когда свободного времени порой было некуда девать, так никуда и не сдвинулись. Их топтание вокруг да около раздражает неимоверно, брату помочь хочется, а то этот лопух даже до букетно-конфетной стадии сам дохромать не может. Но походы по пустоши — штука выматывающая, и ни у кого сил на особые любовные метания не остается. Перетерпел бы, придушил внутреннего Купидона — и все было бы тихо и спокойно.

Но я этого не сделал, и теперь «наслаждаюсь» неловкой атмосферой. И что еще хуже, оная атмосфера никуда не уйдет весь поход. По очевидным причинам.

«Что это, неужели последствия моих собственных действий?»

Пока я предавался мысленной самокритике, починка костюма была завершена, и девушка приоделась, а то «плита» не особо согревает. Ночи в пустыне крайне холодные и без источника тепла продержаться до утра может быть тяжко.

Барти занялся ужином, а отец позвал нас поближе.

— Итак, ребята, мы приближаемся к нужному нам месту, — сказал отец, открывая карту. — Белые скалы — наш пункт назначения. Там мы найдем укрытие и там же разойдемся.

— Куда именно нам нужно попасть? Где это укрытие находится? — спросил я.

— Практически в предгорьях, — пожал он плечами. — В пустыне тяжко с ориентирами, да и был я там только один раз, так что место придется поискать. Хорошо если управимся за пару дней. В худшем случае — за неделю.

— И если мы не управимся за эту неделю?

— Должны, другого выхода нет. Тут каждые несколько дней случаются небольшие бури, и пару раз в месяц — серьезные. Попадем в такую — раньше, чем найдем тайник — и придется уходить. Думаю, успеем миновать непогоду и оторваться от преследователей. Конечно, тогда о походе в Анубиру придется забыть, но у нашего выживания более высокий приоритет.

— М-да, придется постараться…

Не особо приятная ситуация, ведь нам приходится полагаться на удачу, когда нас преследуют. Неизвестно, когда Души настигнут нас и лучше на одном месте надолго не задерживаться. Каждый день, что мы топчемся на одном месте, повышает шанс того, что нас настигнут. Если с Флорой сражаться еще можно и даже шансы на победу имеются, пускай и не особо высокие, то вот её родственники — дело другое. Все четвертого уровня. И все — ветераны-наемники, больше привыкшее иметь дело с людьми и демонами, чем с животными. У нас же как-то наоборот, и я совсем не уверен в шансах против привыкшего убивать людей разумного противника, будь тот даже на уровень ниже. Полковник Кольт ведь, как говорится, сделал людей равными…

А недавний бой с ящеркой еще и показал определенные негативные стороны нашей подготовки — катастрофический недостаток опыта. Тот противник, по сути, был не особо сильным, просто неизвестным. Не зря Кейджин в свое время предупреждал нас об опасности неизвестных противников. Этот даже не был каким-то внезапным мутантом, у нас просто не было времени посмотреть известную о нем информацию…

И мы чуть не потеряли Крес. Если бы та ящерица, приморозив девушку к себе, решила просто покататься по земле… Я даже представлять не хочу.

«Нужно стать сильнее… Как можно сильнее. Сейчас от силы зависит наше выживание».

И не только выживание.

Эта погоня рано или поздно закончится, а жить дальше нужно и без влияния в этом мире далеко не уйдешь. Конечно, недавние события научили меня, что гордость нужно несколько усмирять, чтобы не создавать проблем, но отказываться от своих целей я не