Лимбус. Том 2 - Эон Линь

На водной глади от моих бултыханий появился пузырь и тут же лопнул, как бы намекая, что лучшего момента задать вопрос не представится.

– Ты правда пьешь кровь высокоранговых демонов, чтобы восполнить силу?

Молчание послужило лучшим ответом. Шеол, пропитанный горьким ядом вины, хотел следовать своему пути искупления. Но теперь ему придется мириться с тем, что у его меча свое мнение и он не обязан всегда слушать хозяина. Особенно если душа Шигэтайяна – это упрямый принц, не желающий принимать правду.

Я повернулся к Шеолу, наконец встречая взгляд золотых глаз, которые когда-то блестели подобно солнечному лучу, играющему на поверхности медовых капель.

– Позволишь?

Моя рука сжимала наглазную повязку. После нескольких секунд сомнений он кивнул и наклонился ко мне. Я осторожно пропустил ленты сквозь влажные пряди и завязал их, спрятав узел под волосами. Шеол резко выпрямился и отвернулся, «рассматривая» воду.

– Нужно покинуть это место. Шэцзин[101] быстро восстанавливаются.

Я громко кашлянул, вновь привлекая его внимание. Шеол обреченно вздохнул, предчувствуя, что не сможет избежать моего любопытства.

– Змеиные оборотни – часть огромного организма Лунного города. Если сравнивать с телом человека, то они его желудок. Шэцзин ловят сомневающихся путников и высасывают из них энергию, пока их жертва увлечена грезами. Поглотив энергию, они очищают ее при помощи своего тела до нужной чистоты и передают городу. Их нельзя уничтожить, как и реку в Предрассветном городе. Но Шуй Сяолун спрятал Лунный город так, чтобы его было почти невозможно найти.

– Тогда как же он существует без жертв?

– Редкие подношения все же бывают. Но градоначальник позволяет городу питаться собой. Он древний тритон, и его ци подобна бурному источнику.

Оказалось, что самодовольный тритон не такой ужасный демон, каким его считал У Вэйшень. Насколько древним и сильным нужно быть, чтобы добровольно стать питанием для целого города? Погруженный в размышления, я не сразу заметил, как хвост плеснул по воде, поднимая брызги. Шеол ловко перехватил плавник и поднял его на уровень глаз. От неожиданности я вскрикнул и, соскользнув, с громким всплеском ушел под воду.

– Красиво, – с необъяснимым трепетом выдохнул он. – Неужели Шуй Сяолун поделился столь редким и ценным даром «дыханием тритона»?

Откашлявшись от воды, попавшей в рот, я с опасением посмотрел на Шеола. Завороженный переливами плавника, он осторожно раздвигал лучи и внимательно изучал перепонки между ними.

– Значит, хвост тебя удивил, а бусы из жемчуга на голом торсе – нет? – потрясенно сказал я, не понимая восторга от русалочьего хвоста. Жнец явно был здесь частым гостем, а тритонов и русалок в Лунном городе хватало. Может быть, существовал какой-то запрет на столь бесцеремонное ощупывание плавников? Тем не менее Шеол вел себя странно, продолжая увлеченно рассматривать мой хвост, будто он никогда прежде такого не видел.

Решив, что лучше не углубляться в причину такого поведения жнеца, я снял с себя кулон с водяным шаром и протянул ему.

– Рыбина сказал передать это тебе. Под водой настоящий лабиринт из руин.

Шеол неохотно отпустил мой хвост и взял цепочку, а затем удивленно переспросил:

– Рыбина? Ты назвал Повелителя тритонов рыбой?

– Не креветкой же. Огромная самодовольная рыбина, – упрямо повторил я, предпочитая не уточнять, что не особо разбирался в семействе рыб и назвал первую, возникшую в голове. – По-моему, очень похоже.

Шеол рассмеялся так заразительно и звонко, что его смех эхом отразился от стен грота. Успокоившись, он высвободил из кулона шарик и, подбросив его, ловко поймал ртом. Меня передернуло от воспоминаний о превращении в тритона, но со стороны все выглядело не так ужасающе. Облако из мельчайших водяных капель обволокло жнеца, скрывая от посторонних глаз. А через мгновение передо мной оказался тритон с хвостом глубокого фиолетового цвета. Чешуйки, переливающиеся и блестящие, напоминали ограненные аметисты, светившиеся изнутри.

В отместку за неожиданную пытку моего хвоста я схватил Шеола за плавник и потянул за собой. Оказавшись под водой, мы на мгновение встретились «взглядами», пытаясь сдержать смех, но тут же окружившие нас пузыри выдали беззвучное веселье. Они поднимались на поверхность и исчезали с тихим хлопком. Внутри разливалось приятное спокойствие от уверенности в своем выборе. Все же Шеол должен будет понять мои стремления помочь и перенять часть тяжелого груза, который он нес в одиночку тысячу лет.

Глава 18

Если крыша протекает, дождь будет идти всю ночь[102]

(части 62–65)

Часть 62

Как только наши хвосты коснулись наземных руин Лунного города, магия «дыхания тритона» развеялась, возвращая нам привычные человеческие ноги. Кроме Лис, генерала и Янь Шэнли, угрюмо сидевшего у трона Шуй Сяолуна и жующего виноград, здесь находился еще один необычный юноша. Его длинные волнистые волосы, собранные в хвост, цветом немного напоминали мех лисы, а блеск алых глаз не оставлял сомнений: он прибыл из Хэйдереса. Однако его внешний вид не вписывался в привычное представление о демонах: элегантный наряд с тонкой цветочной вышивкой, строгость в каждой детали и утонченные манеры выдавали в нем скорее аристократа, чем порождение тьмы.

В воздухе между всеми повисло напряжение, тяжелое, как приближающаяся буря.

Шеол протянул мне руку, чтобы помочь взобраться на островок с руинами, но едва я успел потянуться к ней, как стайка девушек налетела на нас и столкнула меня обратно в воду.

– Шуйши[103] вернулся.

– Шуйши, расскажи сестренке новое стихотворение.

– Нет, Шуйши обещал рассказать его мне.

– Шуйши!

– Шуйши!

Голоса звенели один за другим. Они кричали наперебой, словно чайки, завидев добычу: «Дай! Дай! Дай!» И облепили Шеола не хуже той пиявки-переростка, только вместо присосок использовали свои проворные руки.

– А наш Шеоляньчик и тут покорил сердца невинных дев, – насмешливо протянула Лис, лениво наблюдая за происходящим. Она нагло утащила подушку у Шуй Сяолуна и, удобно устроившись на ней, закинула ноги на бедра какого-то мужчины. Тот послушно наклонился и принялся массировать ей лодыжки.

У Вэйшень покрылся красными пятнами и недовольно отвернулся, стараясь не коситься в их сторону. Я сплюнул воду, уже в который раз за сегодня попавшую в рот, и еле взобрался на выступ, благо под водой находились подходящие обломки колонн для лучшей опоры.

– Сяо Фэнь! – Красный вихрь снова чуть не сбил меня с ног. – Я думал, эти гадины высосут из тебя все до последней капли. Но ты же знаешь, сяо Фэнь, твой лаогэ[104] ничего не мог поделать.

Противная рыбина растолкал всех