Поступь титана - Дмитрий Шадрин

— В России существуют четыре крупных политических партий: «Общая Россия», «Достойная Россия», «Коммунистическая Россия» и «Либеральная Россия». У нас есть выход на все политические партии. «Общая Россия» — это партия власти. Деньги, которые они требуют за лоббирование — просто непомерны — сказал Роман.

— И сколько они хотят?

— Триллион кредитов сейчас, и по сто миллиардов кредитов каждый год, после постройки заводов.

— Ничего себе! Таких денег у нас нет.

— Вот именно. «Достойная Россия» и «Коммунистическая Россия» деньги они конечно возьмут, но у них низкий рейтинг, и голосов в парламенте мало. Я, предлагая основную ставку сделать на «Либеральную Россию». У них высокий рейтинг, и с каждыми выборами становится всё больше. Если мы дадим им денег, то они смогут принять нужные нам законы. А если нам не хватит голосов, то можно подкупить отдельных депутатов, а не всю фракцию.

— Хорошо. Давайте попробуем через «Либеральную Россию» — сказал я.

— В этом и проблема.

— Что опять?

— Лидер «Либеральной России» Кайдановский Владимир Владимирович довольно эмоциональный человек. Он старый политик и давно возглавляет партию, которую сам и создал. Но договорится с ним, о чём либо — крайне сложно.

— Устройте мне с ним встречу. Я постараюсь его переубедить.

— Хорошо. Постараемся это сделать.

— Ладно. На сегодня всё расходимся по своим комнатам, а завтра ровно в девять встречаемся в офисе.

Прошла неделя с этого разговора. Мы понемногу стали обживать свой новый дом. С утра мы просыпались, завтракали, а потом ложились в капсулы и «оказывались» у себя дома в постели. Там находились наши аватары. Аватары одевались и шли на работу, или по своим делам, если был выходной день. Вечером аватары возвращались домой, и «ложились спать». Аватары отключались, а мы снова оказывались в убежище. С каждым днём Марта становилась всё более грустной. Я долго пытался понять причину её грусти, пока не вызвал её на разговор.

— Марта, что случилось? — спросил я у неё.

— Ничего всё нормально — ответила она.

— Нормально? Я же вижу, что это не так. Тебе чтото не нравится, но ты не хочешь сказать прямо.

— Да всё хорошо — сказала она, но вышло это неубедительно.

— Говори. Я тебя слушаю.

— Всё странно.

— Что странно?

— Утром ты ложишься в капсулу, и я целый день тебя не вижу. Я тут как в тюрьме, где даже поговорить особо не с кем. Тогда я ложусь в капсулу и оказываюсь с тобой рядом. Но тогда я не могу видеть своего ребёнка! Я разрываюсь между Вами и не знаю, как поступить.

— Абсолютно с тобой согласен! Мне тоже очень трудно привыкнуть к этой ситуации. Сейчас ты находишься в Москве, а через секунды ты уже оказываешься в подземном бункере в Сибири. Мне кажется, ещё пара месяцев такого режима и я просто сойду с ума.

— Может можно чтото сделать с этим?

— Сделать? Но мы же с тобой сами приняли это решение. Кроме того Воронин сказал, что наша психика быстро адаптируется к этому и через месяц мы к этому привыкнем.

— Месяц? Мне кажется, ещё неделя и я начну потихоньку сходить с ума. Разве нельзя ничего сделать?

— А что ты предлагаешь? Всё бросить?

— Нет. Конечно, нет. Но разве нет другого способа это сделать? Чтобы мы были в безопасности, и в тоже время могли быть вместе?

— Я не знаю. А что ты предлагаешь?

— Почему бы нам не жить там, полной жизнью, и не возвращаться сюда?

— Тогда мы не будем в безопасности.

— Но здесь не дом! Это какойто склеп, место для ночлега, но не дом!

— Тогда давай просто вернёмся в Москву. Наш дом там, а не здесь.

— Но тогда никто из нас не будет в безопасности. На тебя трижды покушались и в последний раз чуть не убили. Я не хочу тебя потерять!

— Тогда нам придётся привыкнуть к этой ситуации, иначе никак.

— Вот бы сделать так, чтобы мы могли жить полной жизнью, но никто бы не смог нам угрожать!

— Такое возможно только с аватарами!

— Ну, ты же такой умный! Неужели ты ничего не можешь придумать?

— Знаешь, мне тоже бы хотелось жить полной жизнью там, а не возвращаться сюда. В сущности, что мы здесь делаем? Только спим и едим! А если бы совсем не нужно было возвращаться сюда! Пусть бы моё тело находилось здесь в безопасности, а я с аватаром был бы всегда там.

— Но тело тогда будет постоянно в капсуле.

— А разве это не так? Какая, в сущности, разница спать в капсуле или в своей кровати? Пусть тело отдыхает, а аватар работает!

— Но тогда аватар будет использоваться на всю катушку. Он тогда должен работать не полгода или год, а всю жизнь!

— Точно! Надо сделать «вечного» аватара, чтобы он мог работать двадцать лет, а потом, когда он состарится поменять его, как мы меняли свои тела!

— Круто! Для этого ничего и не надо делать, просто соединить технологию продления жизни и технологию аватаров, тогда и получим «вечного» аватара.

— Но тогда наши тела будут постоянно находиться в капсуле. Это очень плохо.

— Почему?

— Потому что движение — это жизнь! Если я буду постоянно находиться в капсуле, то у меня начнут атрофироваться мышцы, а потом начнут появляться пролежни. То есть без движения моё тело придёт в полную негодность. Если мы хотим пользоваться «вечными» аватарами, то должны быть «вечные» капсулы в которых будут содержаться тела. Если с технологиями производства «вечных» аватаров всё понятно, то с производством «вечных» капсул всё намного сложнее. Похоже, эту технологию надо создавать заново. А вот если эта технология будет создана, то мы сможем и обезопасить свои жизни и убрать возникающие при этом неудобства.

— Так давай создадим эту технологию! Найдём, учёных, инженеров, дадим им денег, и тогда нам точно не надо будет беспокоиться о нашей безопасности!

— Сначала надо рассказать об этой идее всем остальным. Может им не понравиться наша идея?

— Да. Интересно будет услышать их мнение.

Мы пошли в столовую, где все уже собрались за большим столом. Я сел за стол и рассказал всем присутствующим о своей идее.

— Что Вы на всё это думаете? — сказал я.

— Неплохо придумано. Получается, что мы будем в абсолютной безопасности! Аватара можно убить, ограбить изнасиловать, даже заразить смертельной болезнью, но мыто все здесь! С нами ничего не случится! А если при этом не надо будет постоянно прыгать из аватара и обратно, то я только «за» — сказал Артур.

— А я «против». Если мы можем делать всё что хотим, а нам за это ничего не будет, то мы просто «поедем крышей» — сказал Артём.