Волшебник-юнлинг - E. ea I

Хагрид, впускавший прибывших авроров, проявил смекалку и неожиданную для полувеликана прыть, впечатав плечо в нос, после чего едва успел взобраться на морду, ибо тварь от боли и ярости выдохнула, облив драконьим огнём малочисленную группу авроров и декоративные деревья по бокам от заколдованного входа, способного создавать проём в защитном куполе Протего Максима. Некоторые носители красных мантий не успели выставить щиты и загорелись; коллеги потушили и оказали первую помощь, спасая некоторые жизни. Меж тем Хагрил ткнул дракона зонтиком промеж глаз — от его мощного Конфундуса бестия впала в прострацию, прекратив огненное дыхание и попытки подняться. Множество разнообразных заклинаний ударило в магическое существо высшей категории опасности: кое-что проняло его и вырубило сознание, наколдованные канаты и цепи связали безвольную тушу.

В это время Дамблдор направил Хэнка в тиски ущелья, по пути сломав правое крыло о Висячий мост, порвавшийся от такого надругательства. Он летел так, чтобы на периферии видеть происходящее над башней Гриффиндор и потом разобраться при помощи Омута Памяти. Великий волшебник видел, как большой феникс, подросший из маленького, вспорхнул в его сторону, но это не остановило его решительный настрой. Дракон не человек. Дамблдор обрушил тушу одержимого монстра на дно. Шея рептилии хрустнула от удара и согнулась под неестественным углом, но узкие вертикальные зрачки всё ещё пылали злобой и ненавистью человеческого разума.

Приземлившись в десятке ярдов перед башкой, Дамблдор проигнорировал севшего позади него большого феникса и обычного феникса, который появился во вспышке огненного перемещения над виадуком и стремительно спикировал вниз, преодолевая шквалистые порывы ветра. Не дожидаясь собрания птичьей стаи, Альбус хладнокровно взмахнул левой палочкой, подняв в воздух заснеженную глыбу камня и размозжив им череп Хэнка. Волшебник чётко ощутил миг смерти монстра, однако указывающей на дракона узловатой палочкой сработать не успел — покинувший труп полтергейст Реддла улизнул прямо в дно ущелья, именно в камень, потому что вода текущей по дну речушки стала бы для него ловушкой.

— Курлык! — издал победную трель большой феникс. «Победа!»

Второй вышел из пике и приземлился между убийцей и убитым:

— Карл-ык-кур-р, — чуть длиннее выразился феникс обычного размера.

Дамблдор, имея в фамильярах Фоукса, и эту реплику понял: «Примени те чары, усилием воли смени ипостась обратно и мигом возвращайся вестником победы!»

Большой феникс тут же перетёк в мальчишку с пылающими перьями в причёске, потом при директоре, ничуть не стесняясь, приложил обе палочки к груди:

— Амато Анимо Анимато Анимагус! — декламируя, словно сдавал экзамен.

Дамблдор успел поправить очки на носу и через заколдованные линзы увидеть, как чары срабатывают вопреки нарушению всех условий становления анимагом! Альбусу хватило знаний понять, что заклинание всего лишь гармонизировало и стабилизировало уже произошедшие изменения. Он не успел прочесть нотаций или укорить — мальчишка смешно напыжился и оброс пылающими перьями, постепенно трансформировавшись в того же самого феникса, каким прилетел. Воспламенился и исчез, а на месте обычного появился Гарри Поттер, сбросив чары, а не перелившись из формы в форму подобно анимагу. Дамблдор укорил его взглядом — как с гуся вода!

— Сэр, раз уж я не успел сжечь Реддла, позвольте эксперимент по воскрешению Хэнка. Школе бы пригодился иммунный к одержимости и Империо дракон в роли стража, пособия, снабженца, — повернув голову ко взрослому, попросил мальчик исподлобья.

— Приступай, я проконтролирую, — игранув желваками, дозволил Дамблдор, сожалеющий об убийстве старого дракона и памятующий о пророчестве. Прочее позже!

— Спасибо. Профессор Дамблдор, вы сможете наколдовать Маджикус Экстремус Регенерейт Максима одновременно обеими своими палочками? — деловито уточняя.

— Да. Хочешь со мной в паре7 — сосредоточив внимание на мальчишке вместо противно истекающей кровью и мозгами туши за ним. Ещё послушный ему ветер отгонял миазмы.

— Нет. Сразу после того, как я пролью слезинки, протолкните их этими поршнями, пожалуйста. Уж подобная мощь должна пронять и исцелить даже старого дракона…

Глубоко вдохнув морозный воздух и протяжно выдохнув, Поттер закрыл глаза и отвернул лицо к трупу. Телекинезом он совершил манипуляцию в своём кармане брюк, который Дамблдор при всём желании не мог разглядеть с другого бока да под полой школьной мантии.

— Люмос Стелла, — заклинание сорвалось с кончиков его палочек и объяло мертвечину, чего с живым бы драконом не прокатило. — Люмос Гратия, — на один волшебный свет ему удалось наложить второй, сразу изменивший впечатление от трупа. — Люмос Фидес, — облачно выглядящее сияние вокруг всей туши приобрело мягкую пульсацию подобно маяку, вращающему свой луч надежды для указания пути заплутавшим кораблям. — Экспекто Патронум, — из каштановой палочки вырвалась грибовидная волна, направленно окатившая тёмно-зелёного дракона на белом снегу.

Прошло несколько волн — никаких изменений. Однако Поттер был уверен, что его телесный Патронус сумел незаметно появиться с другого конца туши Хэнка и передать Жезлу ментальное послание с уточнением команды, на исполнение которой требовалось время.

— Гарри, тебе помочь запатентовать эти свои чары Света? — мягко спросил Дамблдор, примерно поняв задумку с призывом души Хэнка из чертогов Смерти обратно в тело, на что требовалось время и желание самого дракона.

— Они из книги «Детский Люмос», которую Сириус подарил школьной библиотеке на Новый Год, — напряжённо ответил Поттер.

— Всё ценное под носом, — Дамблдор постарался разрядить обстановку и подошёл ближе, остановившись рядом с мальчиком в шаге сбоку.

Больше взрослый ничего не успел произнести — драконья туша вздрогнула от агонизирующей боли.

— Маджикус Экстремус Авифорс Максима.

Мальчик обернулся в белого феникса, который стремительно вспорхнул с места, перелетев на уцелевшую и устойчивую часть черепной кости. Через несколько мгновений две ярко светящиеся слезинки упали меж костей и кожи точно на видневшиеся в проломе мозги дракона. Дамблдор после их падения начал колдовать предварительно «взвешенными» руками:

— Маджикус Экстремус Регенерейт Максима, — выплетя замысловатый жест с правильными словесными ударениями.

Заклинания удались Дамблдору — феникс успел взлететь за миг до их попадания. Размозжённая голова стремительно исцелилась, все вылившиеся жидкости втянулись обратно. С противным хрустом вправилась шея и кости в открытом переломе крыла. Дракон пошевелился, резко и шумно втянул в себя морозный воздух, после чего нашёл в себе силы принять лежачую на брюхе позу, дабы освободить из-под себя второе крыло и дать ему исцелиться.

И минуты не прошло, как Хэнк открыл глаза, в которых отсутствовала