Танец с зеркалом - Эльдар Сафин

Через неделю Лейбинт, еще более посвежевший, появился на экране.

– Мы простили тебя, – милостиво вымолвил он. – У меня есть план. Простенькая эпидемия на пару тысяч человек. Гнилое мясо надо подогреть, добавить тухлой рыбы, дать вылежаться в теплом влажном месте, а затем кинуть в колодец. Справишься?

Я расхохотался. Старый дурак хотел вызвать чуму или что-то вроде, а затем на белом коне справиться с заразой – благо, источник болезни может лечить свои производные.

– В современном мире есть множество средств, которые помешают этому плану. Да и в любом случае – у них нет колодцев. Они пользуются водопроводом.

– Мальчик, тебе нужна моя поддержка? Я готов помочь. Вечная молодость, абсолютное здоровье, умение исцелять наложением рук. Ты ведь понимаешь, сам всего этого не добьешься. Так?

– Так, – согласился я. – Но и ты признай – ты не заинтересован в том, чтобы твой единственный адепт был старым, больным, смертным неудачником. То есть я тебе нужен вечно молодым и исцеляющим всех вокруг. Что ты мне за это можешь дать?

– Возможность оставить магию. Я могу дать тебе возможность быть с теми, кого ты хочешь. Ты станешь моим первосвященником.

Марта мне вначале не поверила.

– И ты имеешь в виду, что прожил долгую жизнь, лечил, убивал, разговаривал с мертвыми – и ни разу не трахался с женщинами? Сам лишил себя этого – теплого, живого, настоящего? Ну ты монстр! – Она внезапно осеклась. – А тут еще я не даю, да? Вообще жестоко. Ну что, мои в субботу сваливают на дачу, заезжай – выпьем вина, потанцуем. А дальше – как вести себя будешь.

Непосредственность ее восприятия меня позабавила. На самом деле я не терпел, не мучился – просто выбрал между семьей и магией. Выбора между женщинами и магией не было – человечество достаточно опытно, чтобы создать великое множество заменителей, успешно выполняющих свою миссию в том или ином плане. А вот заменить семью, детей, ощущение надежного тыла и будущего, в котором ты не одинок, нельзя почти ничем.

Пережить еще раз переходный возраст – непросто, но возможно. Однако в голове у меня начал вызревать план, как обойти все тонкие места.

– В субботу не получится, – мягко сказал я. – В субботу я буду захватывать мир.

И в эту по большому счету шутку Марта поверила сразу и безоговорочно.

Дольше всего спорили о названии. «Лейба», «лейбола», «тинибел» – бог хотел производное от своего нового имени и в общем был прав.

Я ставил задачи, пальцы летали по желтым костяшкам, ноутбук работал. Через несколько часов у меня уже дико ломило запястья, а в голове начали формироваться обрывки мыслей и ощущений покойных программистов и сисадминов, чьи пальцы пошли на изготовление клавиатуры.

К вечеру пятницы распределенный сервер начал генерировать сообщения, подкладывая их вместо настоящих на взломанные новостные порталы.

Рыжий, Палыч, Костыль и Матвейка вошли в дело. Во-первых, я предложил большой взлом и потрясающую мистификацию, во-вторых, они, как и многие в этом возрасте, боялись пропустить что-то по-настоящему интересное.

«Обнаружен вирус “лейба”, короткий инкубационный период по симптомам похож на грипп, но не поддается лечению стандартными препаратами и впоследствии приводит к ухудшению состояния больного вплоть до комы».

«В Московской области зафиксированы четырнадцать случаев “лейбы”, главный санитарный врач России утверждает, что говорить о карантине преждевременно, но его сотрудники неофициально подтвердили – скорость распространения вируса необычайно высока».

«Профессора Токийского университета госпитализировали с подозрением на вирус «лейба», занятия остановлены, в учебном заведении объявлен карантин. По непроверенной информации смертельный вирус был разработан в российской военной лаборатории, причина утечки – халатность персонала».

Через полтора часа после начала информационной атаки пошли первые опровержения.

– Это фигня, – заявил Рыжий, азартно перелистывая выборку. – На первых порах любая официальная информация льет воду на нашу мельницу: будут сомневаться – значит, профукали, опровергать – стараются скрыть, подтверждают, но уменьшают степень вреда – пытаются замять.

В девять тридцать субботы появилось первое сообщение о подозрении на вирус, не сгенерированное нами.

В одиннадцать все крупнейшие новостные порталы опровергли само существование «лейбы». В четырнадцать двадцать Канада закрыла регулярное авиасообщение с США в связи с пандемией вируса в Штатах.

Вечером зашелся в кашле Рыжий и с удивлением обнаружил, что отхаркивает кровью.

– Этого не может быть, – прохрипел он. – Это же ты, Шаман, придумал, это же мы сами продвигали, такой хрени не существует!

Лейбинту было достаточно нескольких сотен верующих в вирус для того, чтобы оформить все как надо.

Ночью с субботы на воскресенье он возник во плоти около ноутбука – пожилой азиат в белоснежном костюме-тройке, чем-то похожий на Джеки Чана из последних фильмов, когда он уже не прыгал так весело.

Вместо галстука у него красовался стетоскоп, вместо платочка из кармана торчал ректальный градусник.

Наложением рук он вылечил потрясенного Рыжего, небрежно коснулся каждого из команды, говоря при этом:

– Милостью моей не болеть тебе, молитесь, и будете здоровы.

– Вы кто? – выдавил наконец Матвейка.

– Я – бог, – просто ответил Лейбинт.

За этой фразой последовал небольшой концептуальный спор, в процессе которого богу пришлось доказывать, что ни облако, ни крест не являются обязательными доказательствами божественности.

– Я – другой бог, понятно? – орал он разъяренно.

– Других богов – нету! – шипел Матвейка, неожиданно для всех оказавшийся ортодоксальным христианином. – Ты – демон!

– Хорошо, я – демон, – неожиданно согласился Лейбинт. – Если это не помешает вам молиться мне.

Следующим этапом операции было лекарство. Вначале я предполагал рассылать его после предоплаты, в виде амулетов и талисманов, но потом с подачи Рогера придумал новый вариант.

Каждый мог бесплатно получить индивидуальную ссылку и распечатать страницу с узором. Любование рисунком сильно смягчало страдания.

А мог заплатить немного денег и получить картинку, один взгляд на которую заставлял болезнь отступить на сутки. На следующий день картинка уже не действовала.

Выложив сумму побольше, благодарный пациент получал принт с индульгенцией от болезни на месяц, полгода или год.

За три дня «лейба» скосила полмиллиона человек по всему миру. Весть о чудодейственном лекарстве, которую мы планировали внедрять постепенно, распространилась буквально за час.

– Я же лауреат школьной олимпиады по маркетингу и пиару, – пояснил Рогер Палыч. – Не могло не сработать, бесплатный вариант скачали сразу и все, а дальше дело техники.