Жнец-3. Итоги - Нил Шустерман

Моррисон не ожидал комплимента. Он попытался изобразить на своем лице улыбку.

– Вы полагаете меня интересным? – спросил он.

– Интересен способ, которым вы проводите жатву. Сам же вы – полный зануда.

Наконец из спальни вышел Годдард с широко раскрытыми в приветствии руками.

– Жнец Моррисон! – произнес он с теплотой большей, чем та, на которую рассчитывал Джим. Мантия Верховного Лезвия немного отличалась от той, в которой он обычно появлялся. Она была по-прежнему темно-синей, украшенной бриллиантами, но если на мантию посмотреть поближе, то можно было увидеть вплетенные в ткань золотые нити, которые при попадании на мантию света давали эффект северного сияния.

– Насколько я помню, именно вы поддержали номинацию Жнеца Кюри на пост Высокого Лезвия, не так ли? – весело спросил Годдард.

Похоже, Высокое Лезвие не любил светскую беседу. Сразу брал быка за рога.

– Да, – отозвался Моррисон, – но я могу объяснить…

– Нет необходимости, – сказал Годдард. – Я люблю хороших противников.

– Особенно, – вмешалась Рэнд, – тех, которых вы побеждаете.

Все это напомнило Моррисону игры, которые он так любил смотреть и где результат был известен заранее, а потому ты знал, за какую команду болеть.

– Ну что ж, – сказал Годдард, – вы же с вашим приятелем Константином не знали, что я притаился в кулисах и готовлю эффектный выход после того, как пройдет первая номинация.

– Я и правда не знал, ваша честь, – произнес Моррисон и, спохватившись, поправился:

– Ваше превосходительство!

Годдард изучающе посмотрел на него.

– Камни на вашей мантии подобраны со вкусом, – сказал он. – Вы их надели потому, что это модно, или по иным причинам?

Джим сглотнул.

– По иным, – ответил он, краем глаза наблюдая за Рэнд, которая явно наслаждалась его муками. – По правде говоря, я никогда не примыкал к старой гвардии жнецов. А Кюри я номинировал, чтобы произвести впечатление на Жнеца Анастасию.

– И зачем же вы хотели произвести на нее впечатление?

Хитрый вопрос, подумал Моррисон и решил – лучше быть пришпиленным иглой правды, чем попасться на лжи.

– У меня было ощущение, что ее выносит на гребень волны, а потому я решил, что, если мне удастся произвести на нее благоприятное впечатление…

– Вы на этой волне отправитесь вслед за ней, так?

– Да, что-то в этом роде.

Годдард кивнул, приняв объяснение.

– Да, она действительно кое-куда отправилась, – сказал он. – Если быть точным, она отправилась сразу в несколько мест, где была благополучно переварена.

Моррисон нервно усмехнулся, но быстро стер улыбку со своего лица.

– И теперь, – сказал Годдард, указывая на украшенную камнями мантию Моррисона, – вы собираетесь произвести впечатление на меня?

– Нет, ваше превосходительство, – ответил Моррисон, надеясь, что это верный ответ. – Я не хочу ни на кого производить впечатление. Я просто хочу быть хорошим жнецом.

– А что такое хороший жнец, в вашем понимании?

– Жнец, который следует законам и обычаям жнеческого сообщества – так, как их интерпретирует Высокое Лезвие.

Ничто не отразилось на лице Годдарда, но Моррисон заметил, как Рэнд, престав улыбаться, стала серьезной. Джим понял – он сдавал какой-то тест, хотя и не знал какой. Интересно – сдал? Или провалил?

Затем Годдард тепло похлопал его по плечу.

– А у меня для вас есть работа, – сказал он. – Работа, которая сможет подтвердить, что ваша лояльность – не просто дань моде.

Годдард сделал паузу и сквозь стеклянную стену глянул на восток. Моррисон сделал то же самое.

– Вы, без сомнения, знаете, что тоновики нашли себе пророка, который объединил различные секты этого культа по всему миру.

– Да, знаю. Его имя – Набат.

– Тоновики являются врагами всего, что мы ценим и что исповедуем. Они не уважают нас и наше призвание. Их приверженность вымышленной доктрине грозит нашему обществу уничтожением. Тоновики – это сорняки, которые должны быть вырваны с корнем. Поэтому я хочу, чтобы вы проникли в ряды тоновиков, которые тщательно скрывают этого пресловутого пророка, и подвергли его жатве.

Масштаб поставленной задачи был таким, что у Моррисона от волнения закружилась голова. Подвергнуть жатве Набата? Неужели ему приказали убить Набата?

– Но почему я?

– Потому что, – ответил Годдард, и его мантия в лучах солнечного света принялась переливаться, отдавая золотом, – потому что более зрелого жнеца они легко вычислят.

Он помедлил и продолжил:

– Им ни за то не догадаться, что на это дело я могу послать младшего жнеца. Тем более они тщательно следят за тем, чтобы имеющие доступ к Набату являлись к нему на аудиенцию без какого бы то ни было оружия. А вы проводите жатву голыми руками.

Моррисона слова Верховного Лезвия заставили улыбнуться.

– Ну что ж, – сказал он. – В таком случае я – тот жнец, который вам нужен.