Нихт капитулирен! - Сэй Алек

27 ноября 1939 г., восемь утра (время местное)

— Господин подполковник, рядовой Савалайнен по вашему приказанию прибыл! — молодой парень лихо козырнул начальству и вытянулся по струнке.

— Вольно, солдат. Присаживайтесь, — оккупировавший кабинет (сущую комнатушку) комбата егерей Инкала кивнул на стул и пододвинул к себе бланк протокола. — Назовите ваше полное имя и дату своего рождения.

— Эмил Савалайнен, родился шестого января тысяча девятьсот двадцатого года.

— О как. Чуть больше месяца до дня рождения осталось, парень?

— Так точно, — рядовой смущенно улыбнулся. — Двадцать стукнет.

— Это хорошо, — подполковник не стал говорить, что теперь, после вчерашнего происшествия, лично он в том, что егерь до праздника доживет, не столь уверен. — Я начальник погранотряда Карельского перешейка, как ты наверное знаешь.

— Так точно! — солдат попытался вскочить и вновь встать по стойке «смирно», однако подполковник устало махнул рукой, удерживая парня на месте.

— Сидите, рядовой. Мне нужно допросить вас о вчерашней артиллерийской стрельбе, а не любоваться вашей выправкой. Расскажите, все что знаете.

— Ну… А что рассказывать? — пожал плечами парень. — Вчера я с трех до шести пополудни был в дозоре возле Майнилы. Только заступил, как слышу – выстрел. Ну, такой… Как из пушки. А секунд через двадцать в поле, между русской деревней и границей ка-ак жахнет! И воронка посреди поля. Это… Где-то на три часа от меня.

— На нашей, или на советской территории? — уточнил подполковник, записывая.

— На их.

Подполковник кивнул.

Дальше что было?

— Дальше? Минуты через три из деревни к воронке подошли русские военные. Сначала один, а потом еще пятеро… Или шестеро.

— Пятеро или шестеро?

— Не знаю, — парень растерянно заморгал. — Я не считал точно.

— Жаль… — вздохнул Инкала. — И что они там делали?

— Да ничего, господин подполковник. Минуты три рассматривали воронку от взрыва, а потом ушли.

— Ничего не выкапывали, ничего не уносили? — Инкала все еще надеялся, что русские просто что-то испытывали, отчетливо осознавая, впрочем, что надежды эти пусты.

— Никак нет.

— Ты хорошо рассмотрел? Далеко они от тебя находились?

— В тысяча ста, может тысяча ста десяти метрах.

— Откуда такая точность? — удивился начальник погранотряда.

— Так… — Эмил смущенно улыбнулся. — Пост-то снайперский. Давно уже все расстояния промерили.

— Это молодцы, — усмехнулся подполковник. — Хвалю. Ну, а откуда стреляли, не заметил?

— Да я так понимаю, с советской стороны. Часов с шести или семи. В том направлении потом еще ружейная стрельба была.

— Яа-а-асно… — протянул Инкала. — Что-то еще добавить можешь?

— Никак нет.

— Тогда на, — подполковник протянул протокол и перо Савалайнену. — Распишись.

Когда дверь за Эмилом закрылась, Инкала устало потер глаза. Не сходились его показания, ни с показаниями некоторых других опрошенных, ни с банальной логикой. Ибо, когда в солдата стреляют из пушки, сначала он видит вспышку, затем ему отрывает голову, и только потом он может услышать звук самого выстрела.

«Дело ясное, что дело темное», подумал подполковник.

К вечеру следующего дня, после обмена нотами, СССР вышел из советско-финского пакта о ненападении. Война между СССР и Финляндией приближалась.

ДОКЛАД

командующего войсками Ленинградского военного округа народному комиссару обороны об артиллерийском обстреле советских войск с финской территории в районе Майнилы 26 ноября 1939 г.

Докладываю: 26 ноября в 15 часов 45 минут наши войска, расположенные в километре северо-западнее Майнилы, были неожиданно обстреляны с финской территории артогнем. Всего финнами произведено семь орудийных выстрелов. Убиты 3 красноармейца и 1 младший командир, ранено 7 красноармейцев, 1 младший командир и 1 младший лейтенант. Для расследования на месте выслан начальник 1-го отдела штаба округа полковник Тихомиров. Провокация вызвала огромное возмущение в частях, расположенных в районе артналета финнов.

Подпись: Мерецков, Мельников.

ПРИКАЗ

штаба Ленинградского военного округа командующим 7, 8, 9,14-й армиями о немедленном открытии ответного огня в случае обстрела с финской стороны

27 ноября 1939 г.

Командующий войсками округа приказал:

В случаях повторения провокаций со стороны финской военщины – стрельбы по нашим войскам, немедленно отвечать огнем вплоть до уничтожения стреляющих.

Начальник штаба Ленинградского военного округа

комдив Чибисов