Гегемон Греции! - Chen Rui

Пока официант убирал тарелку, Кариадес заказал кубок вина и, потягивая его, прислушивался к разговорам других посетителей. Кариадес, который часто посещал «Союз Теонии», мог понять, что большинство обедающих в этом ресторане — местные жители Росцианума. Хотя греческое произношение разных греческих городов-государств более или менее отличается, акцент Теонийцев, несомненно, уникален, поскольку они включали в свой состав Луканцев, Бруттийцев, Фракийцев и т.д. без дискриминации. После того, как они присоединились к союзу и стали гражданами Теонии, их соответствующие культуры слились, что даже их акцент сильно изменился. Однако время от времени к ним примешивалось несколько странных Луканских или Бруттийских слов, что послужило основанием для благородных Кротонцев и Тарантинов считать их «варварами» Теонийцев.

Однако Кариадес не проводит подобной дискриминации.

Жители Росцианума говорили не о городе, в котором живут, а о своем соседе, Турии. О том, каким оживленным будет предстоящее бракосочетание… как прекрасна Агнесса, вторая жена архонта Теонии — Давоса… как Давос сможет удовлетворить потребности двух своих прекрасных жен?! О медицинском симпозиуме Теонии, который скоро состоится в Турии, и о том, сколько врачей Росцианума примут в нем участие и так далее.

Некоторые также говорили о слухах, что Теония вот-вот начнет строить первый мост из камня.

Некоторые возбужденно рассказывали, что третья арена, недавно построенная в Турии, будет использоваться специально для футбольных матчей.

Некоторые хвастаются, что, побывав прошлой осенью на плато Консенция, они видели, насколько зрелищным был праздник скачек.

Некоторые отвечают, что бараний бой в Лукании более захватывающий.

Но большинство согласится, что лучшими и более захватывающими, несомненно, являются Южно-Итальянские соревнования по регби и футбольный матч Теонии.

Когда обедающие начали говорить о своем городе-государстве, они стали жаловаться еще больше. Некоторые даже утверждали, что для Росцианума было бы лучше быть частью Союза Теонии, чем независимым городом-государством Альянса Теонии. Хотя у них больше свободы, они не могут получить больше преимуществ от Союза Теонии, а граждане Росцианума также хотят владеть большей землей.

Его слова зашли слишком далеко, но никто из обедающих не осудил его. Наоборот, они даже одобрили его.

'Влияние Теонии в Магна-Греции растет! ' — Со вздохом подумал Кариадес. Прикинув время, он вышел из ресторана и направился к повозке. И тут он увидел рядом с повозкой трех потрясенных кротонцев.

Оказалось, что все повозки были наняты неженатой парой Росцианума и людьми, которые хотели отправиться в Турий, чтобы присутствовать на Дне бракосочетания в храме Геры.

Таким образом, шесть человек по-прежнему ехали вместе, не произнося ни слова на протяжении всего пути.

После трех часов тряски повозка наконец остановилась.

«Мы прибыли!». — Крикнул кучер.

Ликасис выглянул наружу и увидел море людей, возвышающуюся часовую башню и длинный деревянный мост.

«Хм… я не думаю, что мы еще не достигли Турия?». — С сомнением сказал Ликасис.

«Мы находимся недалеко от южной части Турии. Конному транспорту не разрешается пересекать мост, так как это может привести к заторам. Медицинская школа, в которую ты направляешься, находится в Академии Теонии, что недалеко от моста…». — Аппиан чувствовал себя неловко, общаясь с этими кротонцами, но как гражданин Теонии, он все еще сознавал себя хозяином. Сказав эти слова, он взял за руку свою невесту, вышел из повозки и последовал за потоком людей к пропускному пункту.

***

Глава 341

После этого четверо остальных также высадились и двинулись вперед.

Те, кто идет с юга, должны пройти через реку Крати. У них есть два варианта попасть в город Турий: Первый — войти в южную часть Турий и переправиться на лодке из порта в главный порт города Турий на другой стороне, которым пользуются в основном граждане Теонии и приезжие посланники из других городов-государств. Второй, как Кариадес, через деревянный мост на западе южной части добирается до дельты, где встречаются две реки, затем через деревянный мост до северного берега реки Крати и, наконец, в главный город.

Никостратос, прошедший контрольно-пропускной пункт, ступил на деревянный мост. Однако Ликасис, в отличие от своего учителя, не стал вести себя сдержанно: он с любопытством топал ногами, похлопывал по перилам моста и время от времени поворачивал шею, чтобы посмотреть на проплывающие под мостом лодки, затем он вдруг воскликнул: «Смотрите, что они делают?».

В том направлении, куда указал Ликасис, Никостратос увидел группу подростков, купающихся в реке недалеко от моста. Однако они не играли. Напротив, они выстроились в ряд, чтобы один за другим переплыть с северного берега на южный, а затем вернуться обратно. Греки были в основном мореплавателями, и многие из них были отличными пловцами, но редко можно найти место, где дети плавали бы в кожаных доспехах и при этом находили бы это захватывающим.

«Это гонки?». — Неуверенно спросил Страсиппус.

«Сейчас они занимаются военной подготовкой». — Вмешался мужчина средних лет с искалеченной правой рукой, который долгое время лежал на спине на перилах моста и наблюдал за происходящим.

Страсиппус посмотрел на него и с любопытством спросил: «Военная подготовка?».

«Все они — студенты Академии Теонии. Согласно требованиям Закона об образовании Теонии, помимо получения знаний, они также должны проходить военную подготовку». — Объяснил мужчина средних лет.

«Это жестоко, позволять детям заниматься такими опасными видами спорта насильно! Что если у них кончатся силы и они утонут?». — Недовольно сказал Никостратос.

На самом деле, кроме инструкторов, сопровождавших подростков на реке, есть еще несколько лодок, готовых к спасению. Однако мужчина средних лет не стал ничего объяснять и лишь туманно сказал: «Безжалостные враги не отпустят жертву, потому что он молод. И только благодаря строгой подготовке мы можем убивать и не быть убитыми, когда выходим на поле боя».

У Никостратоса на некоторое время заплетался язык, он мог только быстро уйти: 'Независимо от того, молодые они или средних лет, все Теонийцы говорили с аурой воинственности, а их методы воспитания жестокие!'.

Мужчина средних лет не обратил внимания на уходящих иноземцев и продолжал наблюдать за тренировкой подростков в реке, пока инструктор не позвал их всех на берег. После этого он поспешно пересек мост и спустился на берег реки.

«Периандор, мой брат!». — Когда инструктор увидел его, он вышел вперед и тепло обнял его. Оба они были солдатами бригады Аминтаса первого легиона, поэтому, естественно, их связь была глубокой. «Твой мальчик хорошо справляется, сегодня он занял первое место в своей