Гамбит - Михал Холева

Вежбовский вздрогнул.

Торн спрятал пистолет и направился в сторону позиции Шкафа. Через десяток шагов виден стал лишь его контур.

Второе отделение

3 июля 2211 ESD, 21:29

Это не было боем.

Сопы вошли на американский пост как к себе домой, поддержка людей Ниеми совершенно не понадобилась. Единственный выстрел в отделении сделала Бьюллер, которая теперь о чем-то тихо разговаривала с Нивом в нескольких метрах от них. Они не использовали комлинки, а потому наверняка это не было что-то, о чем стоило знать остальным. Щенок сдвинул платок и почесал свербящий затылок. Удобней оперся о стену бункера и вытащил из кармана жевательную резинку.

Если так пойдет и дальше, он может решить, что это лучшая операция со времен высадки на Болоте.

– Я, Бьюллер, Каррера и Нив остаемся здесь, контролируем пост, – отозвалась вдруг в коммуникатор Ниеми. – Остальные пойдут с группой полковника в сторону цели.

– Мы не ждем роту? – спросил удивленный О’Баннон.

– Нет, лучше заняться этим как можно быстрее.

Удивленный Щенок вскинул брови. Новые, неожиданные приказы всегда были симптомом изменения в ситуации. Причем опасным симптомом. Такие вещи требовали слишком быстрого изменения планов, а в корпусе можно было на пальцах одной руки посчитать офицеров, которые были способны сделать такое быстро и без ужасных ошибок. Хотя, возможно, полковник решил ускорить действия ради блага роты. Такой себе план «Б». «Б» как «бонус». Все прошло настолько хорошо, что можно не заботиться об ожидании остальных и сберечь себе часок.

– Когда выходим? – поинтересовалась Исакссон.

– От пяти до десяти минут, как только закончим работу здесь.

– Слушаюсь! – Мокрый мундир и берцы, как и общая усталость, не могли лишить связистку энтузиазма.

– Щенок, иди в централь, примешь контроль за сканером территории от их оператора.

– Слушаюсь… – Печальна участь солдата с боевой специализацией: ему всегда достается дополнительное оборудование. Впрочем, он не носит ни тяжелого вооружения, ни полевой радиостанции, ни аптечки отделения. – Бегу, лечу.

Через короткий коридор он вошел внутрь небольшого здания, миновал открытую дверь в жилое помещение и направился в центр связи. В тесноватом помещении был поставлен большой пульт с несколькими экранами, с десяток вычислителей, вставленных в открытые сверху композитные ящики, и до черта кабелей. Воздух чуть ли не искрился от электричества. Четверка человек занимала все свободное пространство, а с пятым, со Щенком, уже можно было говорить о настоящей толпе.

Собственно, именно тут он впервые в жизни увидел мага.

Конечно, он знал, кем были маги – нафаршированные электроникой контроллеры электронной борьбы, которых считали почти существами из другого мира. Говорили, что нужно набрать больше 160 пунктов IQ, чтобы тебя просто включили в программу, говорили, что выпускники ее получали звание майора и охрану. Истории о том, что никто из них не выдерживал больше нескольких лет службы, придавали магам вид едва ли не существ из легенды, хотя солдат не слишком-то такому верил. Как и рассказам о чтении мыслей и о контроле за целыми флотами.

Говорили о них много, но видели редко. За всю свою карьеру Щенок не встречал такого ни разу.

До сегодняшнего дня.

Седоватый мужчина сидел абсолютно неподвижно, словно каменная статуя. Несколько консолей были подключены к повязке на его лбу через гибкие кабели. На экранах их мониторов плыли потоки данных – быстрее, чем Щенок успевал ухватить их взглядом. Старший рядовой почувствовал мурашки, поползшие по спине, а в наушнике комлинка, на самой границе слышимости, зазвучало нечто… что могло быть музыкой, голосами или просто шумом.

Он тряхнул головой. И вдруг понял, что все в помещении, вместе с магом, смотрят на него.

– Сержант Ниеми прислала меня за сканером территории, сэр, – обратился он к Брисбену.

Офицер кивнул, потянулся к стоящему рядом рюкзаку и добыл оттуда оборудование. Взвесил его в руке, потом отдал Щенку.

– Отдайте командиру отделения, Ван Ройтерс. Передайте, чтобы отряд был готов через пять минут.

– Слушаюсь. – Рядовой отдал честь. Еще раз взглянул на мага над плечом офицера. Сидящий у консолей мужчина, казалось, даже не дышал. Картинки, мелькающие на экранах, сливались в один гипнотический ряд. Солдат сглотнул слюну.

– Хорошо. И не надо отдавать мне честь. – Голос Брисбена вернул его в реальность.

– Слушаюсь. – Щенок вытянулся и кивнул.

– Свободны.

Солдат развернулся на месте. С каждым шагом впечатление, которое произвел на него маг, блекло и исчезало. В конце концов, совершенно неважно, каков он, – главное, что он на их стороне. А сейчас нужно было сделать кое-что другое.

Первое отделение

3 июля 2211 ESD, 22:00

Первый сброс произошел через час после того, как объект был взят под контроль – когда небо сделалось уже почти полностью черным. Сперва прибыла «Графиня», с характерным гудением в левом двигателе. Сразу после нее из темноты возник «Черный Дрозд», потом «Безумный Шляпник», красующийся едва залатанной дырой от кинетического снаряда в крыле. Один за другим «мангусты» опускались к поверхности воды, ждали, пока пассажиры покинут их, и снова взлетали. С плеском, заглушенным свистом двигателей прямоточников, в зоне посадки появлялись очередные солдаты роты Картрайт. Восемь, пятнадцать, двадцать фигур приземлялись на полусогнутых ногах по щиколотки в воде, а потом собирались подле импровизированной посадочной площадки в ожидании дальнейших приказов. Сама командир в сопровождении Чокнутого Борджиа, что почти на голову был ее выше, энергичным шагом двинулась к ожидающему около бункера Санчесу. Вежбовский, стоящий на посту совсем рядом, скрытый в темноте, прислушался.

– Сержант. – Картрайт остановилась рядом с испанцем. Укрытая CSS-плащом и с автоматом в руках, она ничем не отличалась от своих людей. Сам Вежбовский узнал ее только по походке и по узкой полоске открытого лица под поднятыми тактическими очками. Ну и по голосу, характерной смеси шепота и хрипа, результату раны, полученной три недели назад. Тысячу лет тому.

– Место под контролем, без потерь. – Санчес не изменил позицию, все еще нагловато опершись о здание, с протеиновым батончиком в одной руке, согласно извечной традиции не выказывать внешнему наблюдателю присутствие офицера. На Болоте, правда, видимость не позволяла действовать снайперам, но от привычек не так-то просто избавиться. – Сержант Лофтон расставил свои штуки, согласно приказу, мы его не трогали. Утверждает, что почти готов. Мы расставили «глазки», и у нас три пары часовых на территории.

– Хорошо. Как только Лофтон закончит, выходим в зону согласно плану. Ваши отделения берут юго-восточный угол, сержант. – Лейтенант глянула туда, где исчезли «мангусты».