Сын Анубиса - Михаил Ежов

— Разумеется, моя госпожа, — поклонился Кориф. — Мой господин, — это уже мне, — чем я могу вам помочь?

Дождавшись, когда родители отправятся наверх, я подошёл к старику. Он стоял ровно и прямо, сцепив руки на животе, и выжидающе глядел на меня.

— Мои покои нужно слегка изменить, — сказал я. — Кое-какие предметы мне уже не нужны. Я бы хотел, чтоб их убрали. Они будут напоминать мне о болезни, а я надеюсь на прогресс исцеления и предпочитаю позитивный настрой. Понимаешь?

Дворецкий чуть склонил голову набок, не сводя с меня пытливых внимательных глаз. Серьга в его мочке качнулась и мигнула синим огоньком.

— Разумеется, господин Ахенатон. Покажите, от каких предметов вы желаете избавиться, и они тут же исчезнут из вашей комнаты.

— Отлично. Давай тогда пройдём ко мне.

— Почту за честь быть приглашённым в ваши покои, мой господин.

— Эм… Не проводишь? Кажется, я ещё не запомнил планировку дворца.

— Конечно, мой господин. Следуйте за мной.

По пути я пытался сориентироваться, но быстро сдался: коридоров, анфилад, комнат и коридоров было слишком много. Тут надо бродить целыми днями, чтобы хоть немного понимать, как куда попасть. Прямо лабиринт какой-то! К счастью, никого не удивит, что Ахенатон плутает в собственном доме, я ведь не бродил по нему много лет. А может, вообще никогда.

— Как вы себя чувствуете, мой господин? — спросил вдруг в какой-то момент Кориф. — Дорога не утомила вас? Если хотите, можно присесть. Вон там есть прекрасный диван, на котором…

— Не нужно. Я чувствую, что вполне способен добраться до своих покоев.

— Как угодно, мой господин. Не знаю, как выразить радость по поводу вашего исцеления. Не зря господин и господа молились богам и приносили им жертвы. Выходит, их просьба была услышана!

— Получается так, да. Кориф, когда вернутся мои сёстры?

Дворецкий взглянул на часы.

— Полагаю, минут через сорок. Мы как раз успеем составить список того, что вы хотите убрать из комнаты. И того, что вы решите заменить. Я понимаю: теперь у вас появятся новые интересы.

— Возможно, не так скоро.

— Молодые люди обзаводятся подобными вещами очень быстро. Вас уже осматривал доктор Букур?

— Нет, — качнул я головой. Очевидно, это семейный врач, лечивший настоящего Ахенатона. Вот, кто точно знает, как тот выглядел. И наверняка его приглашали констатировать смерть. Выходит, он в курсе нашей аферы? Ещё один человек, знающий, кто я. Насколько ему можно доверять? — Думаю, его скоро вызовут.

— Странно, что его нет здесь до сих пор. Полагаю, он будет поражён не меньше меня.

— Доктор Букур знает о моём прогрессе, — пошёл я наугад. — Он уже посещал меня несколько раз.

— О, понятно! Я этого не знал. Да, конечно… Логично. Мне следовало догадаться. Прошу сюда, мой господин. Осталось немного. Направо. Вот и ваши покои.

Глава 38

Первым делом я попросил избавить меня от приспособлений, помогавших настоящему Ахенатону передвигаться. Не знаю, что у него была за болезнь, но выглядели они жутковато и угнетающе. Похоже, настоящему сыну Кормонов приходилось нелегко. Наверное, смерть стала для него, в каком-то смысле, избавлением от страданий. Впрочем, не знаю. Возможно, он ценил каждое мгновение, которое отвела ему судьба. Так или иначе большую часть тренажёров я велел вынести. Оставил всего три и то лишь для вида, чтобы создать иллюзию постепенного выздоровления. Одежду тоже дворецкий получил приказание убрать.

— Теперь, когда я начну выходить в свет, мне понадобится новая, — пояснил я.

Кориф понимающе кивнул.

— Разумеется, господин. Вам уже пригласили портного?

— Да, он должен скоро прийти.

— Очень хорошо. Полагаю, то же касается и обуви? — дворецкий опустил глаза на мои ноги.

— Да. Кажется, я прибавил пару размеров.

— Неудивительно. Что-нибудь ещё?

— Пока нет. Хватит для начала. Но думаю, постепенно придётся сделать некоторые перестановки мебели и прочего.

— Я всегда к вашим услугам, господин. Сейчас же пришлю слуг, чтобы они вынесли лишнее. Если вы не против.

— Только за. Чем быстрее, тем лучше. За столько лет я вдоволь насмотрелся на все эти штуки. Больше не хочу.

— Прекрасно вас понимаю. Вы уверены, что они вам не понадобятся? Может, лучше дождаться доктора Букура?

— Нет нужды. Раз богам угодно дать мне исцеление, значит, дела пойдут на лад. Согласен?

— Полагаю, вы совершенно правы, мой господин. Так я пойду отдавать распоряжения?

— Да, было бы здорово.

Через десять минут явились слуги и принялись вытаскивать то, что я счёл лишним. Мне даже не пришлось им подсказывать. Пока они трудились, я изучил библиотеку. Ахенатон Кормон собрал богатую и разнообразную коллекцию на самые разные темы. Но преобладали книги по медицине и магии. Видимо, парень не терял надежду найти способ вылечиться. Разумеется, она оказалась тщетной. Медицинские издания меня не интересовали, и я велел слугам унести их. А вот теми, что были посвящены магии, богам и преобразованию ланхира, взял на заметку. Надо будет тщательно всё изучить. И начать, не откладывая. Также я наведался в общую библиотеку, куда проводил меня один из лакеев, и набрал стопку книг по истории и социально-политическому строю Луксора. Раз уж я здесь застрял и собираюсь продвинуться в качестве местного аристократа (а в идеале, так и вовсе занять трон), надо хорошо разбираться во всех тонкостях. Задача предстояла непростая, трудоёмкая и времязатратная, однако необходимая. В духовной семинарии, где меня готовили для сражений с демонами, злыми духами и проклятьями, я приучился ко всему подходить серьёзно и основательно. Так что до своего Дня рождения планировал освоить хотя бы азы, чтобы не выглядеть свалившимся с луны. Если сыну Кормонов неведение ещё могут простить, то те, кто принимает меня за сына фараона, будут сильно удивлены, если окажется, что я не знаю того, что тот знать просто обязан.

Я как раз читал в кабинете раздел про современную экономику Луксора, когда пришёл портной. Фоон оказался толстяком с одышкой и целой россыпью имплантов, вживлённых в его смуглое пухлое лицо наподобие пирсинга. Некоторые мерцали и вспыхивали, то ли посылая, то ли принимая какие-то сигналы, другие выглядели просто, как украшения. Фоон долго раскланивался и поздравлял меня, прежде чем приступить к делу. Он снимал мерки, записывал, отдавал указания паре