Андер. Книга первая - Виктор Викторов

Вытащив коммуникатор из небольшой глянцевой коробки, имевшей на крышке лишь единственный опознавательный знак — серебряный оттиск надписи «Импульс», я с интересом покрутил аппарат в руках.

Глазок камеры, сенсорный дисплей, оживший, как только коммуникатор оказался в моих руках, тонкий металлический корпус и — всё. Аппарат удобно ложился даже в детскую руку, при этом не пытаясь выскользнуть. Небольшой, заметно тяжелее своих пластмассовых «родичей», коммуникатор мне приглянулся.

Потребовалось всего несколько минут, чтобы я просмотрел функции «Импульса», заглянул в список контактов, содержащий лишь пяток номеров и выставил восьмизначный пароль блокировки, уже уверенно им пользуясь.

В то, что аппарат взломать нельзя, как это заявляли производители из рекламного буклета, который оказался вложен в коробку, я ни капли не верил. Если существует блокировка, значит и есть пути её обхода.

От блокировки отпечатком я благоразумно отказался, хмыкнув в ответ на великодушное предложение «комма». Это ещё хуже, нежели пароль или графический ключ, после которого на стекле часто остаются незаметные жирные полосы.

Разобравшись до конца с основными функциями, спокойно убрал телефон в карман, вернув пустую коробку с документацией Арнье, чем заслужил удивлённый взгляд охранника, сидевшего рядом.

Только спустя несколько секунд до меня дошло, что в его глазах — я ещё ребёнок. Именно этим и удивил, через несколько минут потеряв интерес к коммуникатору, а не продолжил радостно ковыряться в операционной системе новой «игрушки». Явно же модель дорогая. Возможно мечта многих. Вот только я уже давно это перерос.

«Вы — не ширпотреб. Вы индпошив», как говорится.

И в этом я с Арнье был солидарен. Подчёркивание своего статуса в среде аристократов не менее важно, нежели статус фактический и реальная мощь Рода, который за тобой стоит. И не важно, что по этому поводу думаю именно я. В местном террариуме пока придётся играть по чужим правилам, и не мне их менять. «Мобила», костюм, автомобиль, влияние — всё это внешние показатели моего положения и достатка, поэтому местное общество привыкло заострять на этом внимание, считая мерилом.

Через полчаса запутанной езды по городу, автомобиль доставил нас к зданию, обнесённому высоким каменным забором, который явно не уступал тому, который возведён вокруг моего поместья. Судя по его протяжённости, территория была не слишком большой, но достаточной для размещения какой-нибудь школы-восьмилетки на сто-сто пятьдесят учеников. Возможно больше.

Неужели фехтование настолько популярно, учитывая, что в этом мире это прерогатива дворянского сословия?

Школа находилась в отдалении от центра, практически на самой окраине Тихомирска, будто неуклюже прилепленная горе-архитекторами к уже сформировавшимся жилым массивам, и на первый взгляд не внушала доверия.

Для того, чтобы попасть внутрь, нам пришлось позвонить в допотопный колол с болтающейся потрёпанной верёвкой, завязанной узлом на конце. Прямо «рында» какая-то, только размерами поменьше.

Ждать пришлось совсем недолго. Буквально на четвёртом ударе крепкая на вид калитка слегка приоткрылась, а в проёме показалось недовольное лицо пацана, на вид чуть постарше меня. Распахивать калитку перед незваными гостями он не спешил, о чём ясно свидетельствовала толстая стальная цепочка, которую любили в своё время прикручивать изнутри ко входным дверям, считая её дополнительной страховкой.

— Добрый день, — пацан старался держаться с достоинством, но в его исполнении это вызывало улыбку. Очевидно, что он пытался скопировать кого-то из взрослых. При этом, глаза на хитром лице светились любопытством. — Вы к кому?

«У них здесь что, казарменное положение и "увалы" по расписанию?».

— Мы бы хотели увидеть Наставника, — спокойно произнёс Арнье. — Она на месте?

— Госпожа Малика сейчас проводит занятие, — калитка распахнулась шире, цепочка исчезла, будто её и не было, а сам пацан отступил, предлагая нам войти. Вот только при этом окинул нас проницательным взглядом, будто просканировав. — Если хотите, можете подождать её в саду. Закончит — сама к вам выйдет.

— Спасибо, — кивнул Арнье, и мы последовали за парнишкой.

Сад был небольшим, но уютным. Несколько альпийских горок, маленький фонтан с небольшим бассейном и небольшая беседка, больше похожая на павильон. Примерно на шесть-восемь человек.

Скамейки были деревянными, и очевидно, что делались они вручную. Сомневаюсь, что в этом мире существует лазер, способный настолько искусно выжечь каждый сантиметр, украсив скамейку изображениями цветочных композиций.

Смотрелось это аляповато только на первый взгляд, и вполне гармонировало с убранством сада. Было видно, что сил, на то, чтобы содержать его в идеальном состоянии уходило немало.

Усевшись на одну из лавочек, мы принялись ждать, пока загадочная госпожа Малика освободится и сможет уделить нам время.

Не думаю, что в этом мире дворяне могут терпеливо ждать, когда являются в какое-нибудь заведение. Им присуще совсем другое поведение, которое, как они считают, позволяет их статус. Вряд ли Глава того же Рода он Фаренов также спокойно бы рассиживался на лавочке и ждал, когда его почтят своим вниманием.

Вот и Константин, судя по его недовольному лицу, был слегка возмущён таким оригинальным приёмом, но вслух не произнёс ни слова. Только играющие желваки выдавали его настроение.

— Доброго дня, — раздался позади приятный женский голос. — Прошу прощения, что заставила вас ждать.

— Ничего страшного, — поднялся я со скамейки. — Мы вполне неплохо провели время, любуясь на этот великолепный сад. — Госпожа Малика, верно?

— Да, — улыбнулась женщина. — Андер он Сворт, я правильно понимаю?

Её осведомлённость поначалу меня удивила, но просчитав ситуацию, я понял, что для подобного умозаключения вовсе не нужно быть гением. Ларчик открывался просто.

— Всё верно, — я сдержанно поклонился. — Рад знакомству.

Невысокая, сухощавая женщина. Речь правильная, никакого подобострастия в голосе и близко нет. Скорее всего, госпожа Малика прекрасно знает себе цену и вполне умеет общаться с любым сословием.

Густые тёмные волосы, заплетённые в толстую косу, достигающую пояса, выразительные зелёные глаза на симпатичном лице и пронзительный взгляд, от которого становилось немного неуютно. Будто тебя сканируют вместе с твоими потаёнными мыслями, страхами и всеми скелетами в личном шкафу.

На вид ей было лет сорок, но в магическом мире я бы поостерёгся с подобными выводами.

Возраст женщины может выдать лишь кожа на шее и руках, но сейчас ладони госпожи Малики были скрыты в рукавах широкой куртки, подозрительно похожей на приталенное кимоно, а шея — закрыта высоким воротником-стойкой. Да и пытаться угадать возраст собеседницы, вместо того, чтобы просто наслаждаться общением, мне показалось более разумным в данной ситуации.

— Вы совсем