Чернота - Артемис Мантикор

С механизмом вновь справилась Сайна. А затем Тия-Амория выпила из механизма магическую силу. Настолько плотно заполненного ловушками места я ещё не видел.

По ту сторону двери была стилизация под купальни.

Переход был резким — от подвала алхимика в уютную комнату со множеством бирюзовых кристально чистых бассейнов.

Подсвечено место было множеством расставленных повсюду свечек-таблеток.

На стенах было обилие растений. Настоящих, растущих из земли и полностью мне подконтрольных. Особыми способностями они не обладали, но ощущались странно. Будто вяло и не до конца. Да и управлял я ими с задержкой.

Затем быстро понял причину — земля была отравлена.

— Состав воздуха вроде бы в норме, — сказала Сайна.

Она сняла со спины сумку, в которой тоскала последние обнаруженные в Стене анализаторы. Каменный цветок эдельвейса оставался прозрачным — значит магии нет. Для анализа воздуха использовался эридианский белый прибор с электронной панелью. В слабом голубом свете отображался состав основных веществ, которые определяло устройство.

Я бросил взгляд на Хантера — тот улыбнулся и пожал плечами. Затем на Эстель — та молча покачала головой.

Тия?

— Никого, в ком была бы искра жизни.

Я сделал первый шаг внутрь, и враг не заставил себя долго ждать.

В лицо уставилась золотистая, увитая узорными листьями турель, и принялась выпускать в меня золотые пули.

Три пули меньше чем за секунду сняли все барьеры, а четвёртая прошила грудь. Дальше поднялся барьер Нэссы и вперёд устремился Рейн — рывок и резкий переход в каменную форму.

Пули вонзились в усиленный камень. Рейн явно получал урон, но всё же не настолько опасный.

По турели прокатился пиробласт и полярный луч, но ей было плевать. Гораздо больше помог артефактный нож Кота, который тот просто метнул в пушку. После этого в дуло влетел светящийся бирюзовый камень на леске — оружие Эстель.

Дальше турели были обнаружены справа и слева. Та, что слева, среагировала на Рейна и принялась поливать его огнём по ногам. Она находилась в большом углублении — по ту сторону было лежбище со множеством подушек, кальянами и бутылками с непонятным содержимым.

На этот раз опыт у нас уже был. Вторую мы тупо расстреляли издали. И нужно признать, делали их здесь на совесть. Настолько на совесть, что приступать к третьей мы пока не спешили.

Итого — направо тупик, прямо — лестница вверх. Её я проверил первой и обнаружил, что она обрывается — посередине полъём был перерублен, и над нами всё было заросшим декоративной зеленью. То есть путь наверх был, но проделывать мне его придётся самому, строя лестницу из маны.

И путь налево — через воду.

— Смотри, Арк, здесь полно бухла! — обрадовалась Сайна разбросанным повсюду трофеям.

— Странно, но эти места излучают радость, — задумчиво сказала Тия. — Наверное, первая локация в которой столько эмоций.

— Новая культура, получается? Красивая, — заметил Кот. Он как раз вытаскивал свой кинжал из обломков первой турели.

— Точно! — с некоторым запозданием осознала Сайна.

— Она сделана из золота и вся покрыта рунами.

— Сплав магии с огнестрелом? — удивилась механистка. — Дай сюда.

— Золото — один из лучших проводников магии. Лучше только китара и осмий, — сказала Белая. — Пули из того же материала, мягкость компенсируется ритуалистикой…

— А это то? Пудра? — спросил Кель, глядя на розовый песок, рассыпанный по низкому столу.

— Это галлюциноген с афродизиаком, — широко улыбнулся Мерлин. — Кажется, я знаю, что это за культура.

Белая и Сайна, главные знатоки незнакомых культур технологических рас обернулись к нему.

— Республика Гра’нел Интри. Сейчас такую дурь с нижних этажей продают в борделе.

— Значит, они начинаются где то на восемнадцатом-девятнадцатом и спускаются аж сюда, — задумалась Белая. — Арк, нам налево.

— Зачем? — не понял я.

— Мы всё ещё можем выйти к наградной локации. Если правила хотя бы относительно неё сохранились, то у нас должна быть ещё половина суток на сон.

Я кивнул, соглашаясь с этим доводом.

Турель, повешенная над бассейном. Сам бассейн — странное нагромождение хаотичных лестниц. На той стороне в метрах в пятидесяти шла отвесная каменная стена. Внизу — за арочными колоннами, была темнота, но было видно, что путь уходит дальше вглубь.

— Кот, может ещё раз метнёшь? — предложил Кель. — А я полярным потом.

— Он просто выпивает всю магию в момент удара, — пояснил кот. — По идее должна сработать и эфирная граната. Но я туда не сунусь. Мех! Сразу попаду под обстрел же!

— Сейчас, — бросила Белая. — Есть идея.

Она сняла с плеча старый колдерский автомат. В последнее время она вообще редко его использовала — тамарское оружие было на голову выше. Но здесь сработало — девушка резко выскочила наружу, открывая огонь.

Несколько метких выстрелов лишь высекли искру, но турели этого хватило. Магия, заложенная в пулях её оружия столкнулась с рунами на золотой пушке.

Сама Белая с плеском упала в воду, и спустя миг от неё остался только кровавый туман.

В воде оказался ещё один сюрприз — золотые механические пираньи.

У меня за спиной раздался крепкий мат. Сайна вздрогнула от неожиданности, когда живая Белая вышла рядом с ней из ниоткуда.

— Минус ещё одна жизнь.

— Я не вижу механизмы, — напомнил Тия о главном недостатке своего направления ещё со времён старта.

Погрузившись в связь с растениями, я принялся выкачивать воду новыми корнями и строить нам путь над водой.

Вода тоже оказалась отравлена. Не смертельным ядом или кислотой, но если верить Мерлину — в ней был разлит какой-то наркотик.

По просьбе Белой я поднял лианой со дна оставленный на дне девушкой автомат.

— Они используют ритуалистику, как и я. В городе