Стрела Бодимура - Михаил Рашевский

Асурра нахмурила брови, сосредоточиваясь.

— Хорошо, а если поместить человеческий разум… допустим… в мозг животного? Полное нейрокопирование!

— Было, — рассмеялся я, — было… Ты даже не представляешь, куда только не помещали человеческий разум! В мозг оленя, кальмара, крысы… Человеческим разумом наделяли и эфемерные субстанции, и целые океаны. Человеческий мозг лишали тела, вживляли в него микропроцессоры… А уж что писатели только не делали с самим человеком! Его заставляли воевать с враждебными цивилизациями и взбунтовавшимися роботами, его искусственно уменьшали до размеров клетки крови и, наоборот, увеличивали до высоты небоскребов, его, наконец, отправляли в другие миры. А все для того, чтобы лишний раз убедиться, что род хомо сапиенс несовершенен, подвержен порокам своего времени и примитивен в осмыслении бытия.

— И так будет всегда?

— Не знаю. Каждому новому поколению кажется, будто с его приходом многое изменится в лучшую сторону.

— А разве это не так, Анджей? Вот если синтез белка на квазиатомных биологических матрицах состоится, то людям уже не надо будет думать о пище. Разве от этого человечество не выиграет?

Асурра внимательно смотрела на меня, ожидая ответа. Ее убежденности в своей правоте можно было только позавидовать.

Я кивнул.

— В чем-то, конечно, выиграет… Но в чем-то обязательно проиграет. Чем больше у человека степеней свободы, тем больше он подвержен риску быть наказанным за своеволие. Ведь однажды он может проснуться и обнаружить, что он уже совершенно другое существо. Тебя такая перспектива не страшит?

— Но прогресс все равно не остановить! — возразила Асурра.

— Прогресс когда-нибудь остановит себя сам, — спокойно произнес я, — когда под угрозу встанет существование всего человечества… Ведь отказались же люди от использования интеллектуальных биороботов пятого поколения.

— На Проционе ими еще пользуются, — сказала девушка.

— На Проционе — да, но не на Земле… — веско заметил я. — Земля должна сохранить человека таким, каким он был создан.

— А эволюция? Вертикальный прогресс?

— Все это хорошо в разумных пределах, Асурра. Главное — остаться человеком. Или, вернее, стать им.

— Стать?

— Да, стать. Потому что мы несовершенны. В погоне за знанием и комфортом мы постоянно что-то теряем.

Обхватив руками колени, Асурра сидела на подоконнике. За ее черными махровыми ресницами блестели доверчивые девичьи глаза.

— А что мы теряем конкретно? — встревоженно спросила она.

Я уже был не рад, что затронул эту тему.

— Успокойся, Асурра. Это всего лишь общее ощущение.

— Я знаю, что ты хочешь сказать. Ты про вечные ценности?

— Наверное.

— Жалко… — прошептала она. — А дружба?.. А любовь?.. Неужели с любовью тоже всё так плохо?

Мне не захотелось её расстраивать. Пришлось отшутиться.

— Любовь почти всегда реалистична, Асурра… Что может знать фантаст о любви?..

Мы помолчали еще. Наконец девушка перебросила ноги за окно, напрягла икроножные мышцы.

— Анджей… приходи сегодня вечером к «Лазурной», — вдруг сказала она. — Я буду ждать тебя в танцевальном зале.

— Я не умею танцевать, Асурра, — робко попытался отказаться я.

— Ничего… Я научу… Ты придешь?

Мне было стыдно смотреть ей в глаза.

— Если получится, — вяло промямлил я.

— Я даже могу задержаться на день. Приходи. Я буду ждать…

Асурра хотела еще что-то добавить, но передумала. Она пружинисто оттолкнулась от подоконника, быстро набрала высоту и, сделав умопомрачительный вираж, скрылась из виду.

В тот же день, собрав немногочисленные вещи, я выписался из гостиницы и улетел в дождливый Петербург. Улетел к ненавистным мне плигам и генным модуляторам памяти, к вечно занятому редактору журнала и шумливой компании бывших однокурсников. Время почему-то остановилось в своем движении. К тому же теперь каждую ночь мне снилась приморская гостиница и грустное лицо Асурры, переживающей по поводу превратностей любви.

Полмесяца я работал как вол.

Сдав издателю рукопись, я будто сбросил со своих плеч непосильную ношу. Ноутбук был тут же водворен на пыльную полку рядом с ненужными вещами. Но, промаявшись еще денька два в городе, я подался на космодром и махнул обратно на Оберон.

Только через пару недель я отважился подойти к Информаторию.

Среди множества почтовых сообщений с Земли, которые настигли меня на орбите Юпитера, затерялось послание месячной давности, переправленное на станцию из приморской гостиницы.

Обрывки фраз смешались в моей голове. «Анджей! Куда ты исчез? Почему ты не пришел в «Лазурную»? Я была в роскошном красном платье, и меня выбрали королевой вечера. Это я к тому, чтобы ты знал, что я ждала тебя… Но ты куда-то исчез, Анджей… Может быть, ты уехал по срочному вызову? Или ты решил уединиться, чтобы тебя не отвлекали? Ты нашел тему?..»

Что тебе сказать, Асурра? Да, я искал ее, но не нашел. Моя фантазия иссякает с каждым прожитым годом. Я боюсь открывать журналы и копаться в Информатории, потому что мне уже подчас трудно разобраться, где там фантастика, а где реальные научные открытия. Я даже думаю, не сменить ли мне профессию — пусть будет еще на одного посредственного программиста больше. В науке у меня амбиции небольшие. Может быть и ты согласишься, что это выход из положения?

Обратный адрес Асурры оказался заблокирован. Ну конечно, симпозиум закончился еще в день моего вылета в Петербург…

Я ввел в базу данных Информатория имя девушки напротив графы места последнего пребывания пометил — гостиница «Лазурная».

Экран мгновенно высветился коротким сообщением:

«В результате фатального сбоя на линии Земля — система Проциона объект телепортации № 7239961 не прибыл к месту назначения».

Три раза я повторил запрос, и три раза бездушный компьютер выдал мне все тот же ответ.

«Не прибыла к месту назначения» — официальная формулировка бессилия человечества перед вечностью.

Что-то сразу оборвалось внутри.

Когда экран потух, сберегая для живущих лишние джоули энергии, я медленно подошел к главному иллюминатору станции. За толстым стеклом вдали над краем оберонского грунта висела непроглядная космическая ночь.

Что сталось с тобою, Асурра… Где ты?.. Неужели о тебя осталась только память, которая теперь при взгляд на ночное небо будет вызывать из прошлого смутный образ девушки с хвостиком на затылке. Неужели это все?

Нет. Этого не должно было случиться. Не должно! Почему разрешили сеанс телепортации? Почему не сработала защита?.. Хотя… Хотя дело, конечно, не в ней… Дело совсем не в том, что аварийная система оказалась бессильна и что по статистике флюктуация поля при телепортации все же случается один раз на миллион переходов… Это мне страшно признаться самому себе в том, что в какую-то секунду на весах будущего оказались все современные достижения человечества с его неисчислимыми ресурсами защиты и всего лишь одно мое слово. Но это слово не прозвучало… А ведь задержись ты на час в танцевальном зале, и трагедии бы не произошло…