Выбор Кота - Эрик Найт

Виктор двигал челюстью, задумчиво глядя в потолок.

— Мне известно, что строится новая железнодорожная ветка, ведущая на запад, в Колорадо. Это первые подобного рода работы на моей памяти. Наши досточтимые Хозяева не утруждают себя заботой о гражданских объектах. Вам, конечно, известно, что и на вашей западной границе они также тянут новые ветки?

— Мы слышали, но командование Южного округа не принимает это всерьез, — сказал Валентайн. — Оно думает, куриане просто делают еще один коридор, чтобы им было легче защищать границу.

Виктор потер ладонями бакенбарды.

— Я бы на вашем месте не приближался к этим стройкам. Они вас задержат или расстреляют на месте. Но вы можете поспрашивать моих людей. У меня есть агент, который иногда бывает в районе Денвера. Когда он возвращается, порой рассказывает о том, что творится там в горах.

— Как нам туда добраться? — оживилась Дювалье.

— Я поговорю с начальником Восточно-Западной железной дороги, и вы доедете до высокогорной равнины. А там я советую вам взять лошадей. Я дам вам письмо к Кортесу. Он поможет вам с продуктами и лошадьми, если вы решите двигаться на запад. Он, может быть, даже согласится стать вашим проводником.

Негромкий стук в заднюю дверь возвестил о приходе нового посетителя.

— То пусто, то густо, — заметил Виктор. — На прошлой неделе я целыми днями баклуши бил, а сегодня вы у меня четвертые. Вы, конечно, останетесь на ночь.

Виктор сказал новому гостю, что освободится через минуту, и представил Котам прилизанного, отутюженного, наманикюренного слугу по имени Ибан. Поручив ему позаботиться о еде и ночлеге для Валентайна и Дювалье, Виктор пошел встречать очередного посетителя, покрытого пылью человека в широкополой шляпе наподобие сомбреро.

При виде уютных комнат с коврами и красивой мебелью Валентайну даже больше, чем есть, захотелось принять хороший душ. Ибан как будто прочитал его мысли и предложил:

— Если перед ужином вам хочется помыться, то в ванной комнате на первом этаже приготовлены свежие полотенца и мыло.

— Лады, — быстро ответила Дювалье. — У Виктора просто потрясающие ванные. Стоит повернуть ручку, и пойдет горячая вода, а бритва такая острая, что, кажется, можно бриться даже ее тенью.

— Стоит проверить. Между прочим, интересно, что ты собираешься брить? Хотел бы я посмотреть.

— Фу. Валентайн, даже не мечтай.

Дэвид нырнул в ванну с теплой водой, предварительно наскоро ополоснувшись в тазу: он боялся, что если сразу погрузится в ванну, вода тотчас станет черной. Слуга капнул в воду душистого масла с легким хвойным ароматом. Валентайн намылился и побрился при помощи маленького ручного зеркальца, пристроив его на краю ванны, испытывая неимоверное наслаждение от медленных, плавных прикосновений бритвы.

Ибан деликатно постучался, вошел и забрал одежду Валентайна с въевшейся грязью. Вместо нее он оставил плотное хлопчатобумажное одеяние, которое слуга назвал кимоно. Валентайн понежился напоследок в ванне, затем вылез и облачился в соломенного цвета балахон. Его грубые ботинки исчезли, и, поскольку услужливый Ибан не заменил их ничем, даже носками, он покинул ванную комнату босиком. И в соседней просторной угловой комнате увидел Дювалье, которая уплетала фруктовый салат. Французские окна впускали теплый вечерний воздух.

— Что за местечко! — воскликнул Валентайн, раздвигая тяжелые портьеры и открывая вид на лужайку.

— Что за человек, — возразила Дювалье.

— Я и не думал, что до сих пор выпускаются такие ткани.

— Возможно, хорошо сохранившиеся старые, — предположила Дювалье. — Всякий раз, когда я здесь бываю, думаю о тех историях про Старый Мир. Здесь что-то вроде музея.

— Мне говорили, что некоторые высокопоставленные персоны, находящиеся у куриан в фаворе, вот так и живут, — сказал Валентайн. — Ты уверена, что он не один из них? Как ему удалось так устроиться?

Она проглотила очередную порцию салата.

— Он не борется с их системой. Он снабжает местное общество всем необходимым. И куриан это совершенно не заботит. Ближайший из них живет в семидесяти милях отсюда. Квислинг, управляющий Манхэттеном, получил сигнал тревоги, но все, что он выяснил, — это что вокруг дома бродят безобидные типы. Я слышала, что сюда и Жнецы наведывались, и полиция обыскивала дом и пристройки. Но нет оружия — нет проблемы. Курианам, похоже, невдомек, что достаток и влияние тоже оружие, и, возможно, более мощное, чем батарея гаубиц. И он частенько использует свои связи, чтобы помочь нам. Или тем, кто в Денвере.

— А что он просит взамен?

— Самое смешное, что ничего.

Они провели две незабываемые ночи на чистейших простынях и до отвала объедались за столом у Виктора. Ягненок на гриле, жареная говядина и целые батареи свежеиспеченных булочек приводили их в состояние оцепенения, они едва могли поддерживать беседу. Хозяин без лишних вопросов угощал их послеобеденной выпивкой.

Наконец Виктор вышел проводить их на рассвете, после плотного завтрака из свиных отбивных и жареной картошки. В чистой одежде, снабженные рекомендательным письмом Виктора, они взвалили на плечи рюкзаки, набитые консервами и сдобным печеньем, и распрощались с хозяином.

— Надеюсь, это поможет вам в пути, — сказал Виктор. — Вам придется немало прошагать по Канзасу в вашей погоне за неуловимой целью.

— Бóльшую часть пути мы проедем верхом. Благодаря вам путешествие будет недолгим, — заметил Валентайн.

— Меня беспокоит ваше оружие. Пусть вы и в форме солдата Небраски, кто-нибудь все равно сочтет, что вы не должны быть вооружены. У вас все отберут «в целях безопасности», и вы его больше не увидите. Начальник дороги снабдит вас паспортами, но его печать в этом случае вам не очень-то поможет.

Ибан выкатил небольшую двухколесную тачку.

— Вы можете катить ее по дороге, — пояснил Виктор. — А там, где будет не проехать, перенесете вдвоем на руках. Как будто вы торговцы. В тачке обычный ассортимент: табак, алкоголь, часы, ручки, добротная бумага. Я еще положил туда несколько настоящих золотых монет и фальшивых жемчужин. Они очень помогут. У солдат популярна оптика: там два бинокля, перископ, пара подзорных труб. Когда вы от них избавитесь, тележка станет намного легче. Лучше прокладывать путь взятками, чем оружием.

— Да будет так, — согласилась Дювалье.

— Если потребуется, можете использовать мое имя в качестве векселя, только, пожалуйста, будьте осторожны. Если вас застукают за поджогом полицейского участка, Дю, мое имя вам не поможет, а мне повредит.

— Спасибо, сэр, мы оправдаем ваше доверие, — заверил Валентайн.

— Ну ступайте и докажите это. Надеюсь, когда я снова тебя увижу, Дю, на твоих ножнах будет новая зарубка в память об убитом курианине.

— Сдается мне, что вам неплохо при них живется, — не выдержал Валентайн. И тут же пожалел об этом.