Гегемон Греции! - Chen Rui

Толпа заволновалась, увидев, как группы музыкантов, держащих в руках лиры, флейты, бронзовые рога, барабаны приблизились к ступеням перед храмом и встали в строй. Затем дюжина жриц, одетых в длинные белые одежды, вышли из храма и встали перед помостом.

Когда зазвучала мелодичная музыка, шум стал ослабевать, и жрицы начали петь хором. Однако это был гимн не Гере, а ее дочери, Гебе, богине юности. Поэтому новый гимн был живым и веселым.

Вместе с ними пели десятки молодых девушек перед другим храмом — храмом Гебы, богини юности. Эти молодые девушки легкими шагами вышли на площадь вместе с прекрасным пением и танцами, время от времени переходя в различные формации и фигуры.

Со времени церемонии открытия храма Аида драматические танцы со зрелищными сценами и великолепной динамикой не только потрясли Теонийцев, но и открыли новую форму искусства. А жрецы всех храмов считали его одной из непременных церемоний на праздниках.

Наблюдая за девушками, радостно танцующими на площади, и слушая музыку с немного сильным ритмом, многие девушки снаружи не могли удержаться от того, чтобы не трясти своими талиями.

После гимна Хебе, девы отступили назад, а дети и жрицы на платформе храма издали мягкий резонирующий звук, как будто это была божественная музыка.

Все в толпе встали на цыпочки, поглядывая на храм один за другим, так как все они знали, что пришло время появиться их господину.

Затем из храма вышла женщина, одетая в простое белое одеяние, в гранатовой короне, держа в руках факел, освещенный длинной яркой масляной лампой в храме. Ее манера поведения была величественной и спокойной, а ее утонченное лицо не имело ни единого изъяна, словно все лицо — это статуя Геры, вырезанная знаменитым мастером. Она настолько свята, что толпа не чувствовала даже намека на богохульство.

***

Глава 345

И внутри, и снаружи всей площади воцарилась тишина, когда жрица медленно пошла к помосту, не глядя по сторонам, казалось, не замечая, что происходит вокруг. Затем она зажгла факелом стоящий перед ней жаровню, потому что пылающее пламя символизировало благословение богов.

Затем, повернувшись лицом к площади, она нежно приоткрыла губы, после чего мягкий и чистый голос, который трудно было представить, исходил из такого, казалось бы, хрупкого тела, опьяняя толпу.

С ней во главе, жрицы начали петь гимн Геры.

Мелодия наполнена любовью к детям, заботой о женщинах, наставлением для брака и защитой для семьи… поэтому гимн не был ни громким, ни печальным, а просто, как старец, шел медленно и не спеша.

Даже когда гимн закончился, на площади воцарилась тишина, и люди, казалось, все еще были погружены в учение гимна.

В это время пламя в жаровне вдруг разгорелось сильнее, и толпа зашумела: «Гера здесь! Она наблюдает за нами!», думая, что это хорошее предзнаменование.

Агнесса, главная жрица, слабо улыбнулась, что было подобно солнечному свету, проникающему в сердца людей, и сказала: «Богиня Гера благословляет вас!».

Как только ее голос стих, толпа зааплодировала, мгновенно зазвучала мелодичная музыка.

Затем пары, ведомые патрулями, одна за другой выходили на площадь, и вскоре вся площадь была заполнена народом.

Затем они начали неуклюже танцевать под музыку, потому что хотя греки и хороши в спорте, они не очень хороши в танцах, однако, благодаря тому, что Давос сделал простые приспособления на основе социальных танцев своей прошлой жизни, он заставил пары специально обучиться этому танцу и исполнить его на прошлогоднем Дне Бракосочетания, что сразу же вызвало похвалу масс и соревнование по его изучению.

В это время все затаили дыхание, так как они смело демонстрировали элегантность. В узком пространстве пара не отставала друг от друга, двигаясь простыми шагами, глядя друг на друга. Затем они кружились и меняли движения. Несмотря на то, что действия повторяются и прямолинейны, пары становились все счастливее и счастливее во время танца, и даже те, кто находился за пределами площади, начали петь и танцевать.

Во время танца жена думает, что ее муж — самый привлекательный мужчина, а муж думает, что его жена — самая красивая, и все впадают в опьянение.

Давос планировал именно это, потому что семья — это краеугольный камень города-государства, поэтому чем крепче семья, тем спокойнее в городе-государстве.

Даже жрицы на помосте не могли удержаться от легкого дрожания своих тел и негромко напевали в такт музыке.

В это время, оживленная жрица смело спросила Агнес низким голосом: «Жрица, раз этот танец создан Владыкой Архоном, значит ли это, что вы также танцуете с Владыкой Архоном дома каждый день?».

Слова жрицы заставили румяные губы Агнессы скривиться в улыбке.

Агнес была традиционной гречанкой, поэтому, когда Регий отверг предложение Дионисия, это привело к тому, что никто не решился на ней жениться. Однако она не стала жаловаться на это и просто молча вошла в храм Артемиды в качестве жрицы, но через несколько лет, когда она подумала, что проживет такую скучную жизнь и будет жить одна, кто бы знал, что Артемида пожалеет прекрасную девушку. Когда сила Сиракуз стала угрожать выживанию Регия, Агнес, на плечи которой легли надежды всего города, была отправлена в малознакомую Турию. Поначалу она была обескуражена и даже ожидала, что известный по слухам стратег, мудрый Архонт Теонии, окажется властным человеком. Однако Давос удивил ее своей мягкостью и вдумчивостью, которые выходили за рамки этой эпохи.

Но в этот момент она стала серьезной и укорила жрицу: «Сейчас праздник, Гера наблюдает за нами, так что мы должны выложиться по полной!».

Все жрицы знали, что хотя Агнес и является главной жрицей Храма Геры, она мягка и добра к своим подчиненным, и знали, что она не сердится. Тем не менее, они все равно послушно прекратили болтать и снова встали без движения.

***

В храме Ирис, богини радуги, Аппиан был одновременно взволнован и нервничал в этот момент.

Оглядевшись вокруг, он обнаружил, что большинство мужчин и женщин были в таком же положении, за исключением одного молодого человека, который привлек его внимание: он единственный сидел прямо на земле с плотно закрытыми глазами, словно спал.

Аппиан с любопытством посмотрел на юношу, но обнаружил, что он ему не знаком. И он не мог догадаться, что личность этого человека необычна, ведь он был бывшим спартанским принцем Леотихидом.

Прожив несколько лет в Турии, Леотихид стал официальным гражданином Теонии