Бремя победителя - Денис Агеев

Декс неуверенно поглядел на мою ладонь, точно так же, как и тогда, помешкал с мгновение, а затем вцепился в нее обеими руками.

— Стой! — прокричал я и убрал руку. — Не поднимайся. Не сейчас.

— Какого черта, Шой? — возмутился напарник. В глазах блестело непонимание и раздражение.

Черт, как же все реально! Неужели я на самом деле каким-то образом вернулся в прошлое? Но для чего и надолго ли?

— Отдохни еще немного.

— Я тебя не понимаю, — покачала головой Декс.

— Просто посиди.

— Шой, нам надо идти, — сказал Ролдан.

Я огляделся. Осмотрел спуск, по которому мы с Дексом скатились, после чего он оторвался от меня. В тот момент Коупленд схватил меня за ногу, а я же не смог спасти Декса. Каждый миг произошедшего, вплоть до самой смерти напарника, глубоко въелся в мою память.

— Теперь слушай меня. И слушай очень внимательно, — отчеканил я, повернувшись к Дексу. — Ты делаешь только так, как говорю я. Слушаешь каждое мое слово.

— Шой…

— Молчи. Слушай. Как я и велел, — обрубил я его. — Если хочешь жить, то делай все так, как я тебе скажу. Понятно?

Декс кивнул. В глазах промелькнул испуг.

Я снова протянул ему руку и шагнул чуть правее, потому что в прошлый раз грунт под ногами начал осыпаться, а в новом месте он выглядел куда прочнее. Спутник поморщился и начал приподниматься.

— Не торопись, — сказал я. — Здесь крутой спуск, а дальше он будет еще круче. Встань прочно на ноги.

Декс сделал все, как я и просил. Мы начали медленно спускаться. Грунт у него под ногами захрустел, и я чуть ли не прокричал:

— Остановись. Замри. Не шевелись.

— Черт, Шой…

— Заткнись!

Несколько камешков тяжело покатились вниз по спуску, но мы с Дексом прочно стояли на ногах, словно прижатые многотонными плитами. Повышенная гравитация делала свое дело.

— Теперь медленно идем вниз.

Не знаю, сколько времени у нас ушло на спуск, но мы справились. Гравитация у подножия скалы заметно спала, и мы решили передохнуть. В прошлый раз, когда Декс разбился, я произнес речь, в которой попросил всех почтить память погибшего. Айрекс тогда выявил презрение, а потом и вовсе ушел без предупреждения. В этот раз он молчал, хотя я поймал на себе его надменный взгляд, а потом он сказал:

— Ты, похоже, у нас тут нянькой заделался.

Я промолчал. В другом варианте прошлого Декс погиб, в этом — выжил. Не знаю, как события будут развиваться дальше, но мне было плевать на подколки Айрекса. Впереди нас, а вернее, меня, еще ожидал бой с тремя скальными дрогами, которого, впрочем, можно будет и избежать. А еще меня волновал другой момент: скоро Айрекс должен будет уйти, после чего он найдет другой путь до шахты, по которому и доберется до нее раньше нас. И у меня возникла мысль проследить за ним, но Айрекс по непонятным причинам не собирался никуда уходить. Неужели выживание Декса поменяло все его планы?..

Передышка закончилась и мы, обменявшись короткими фразами, которые, насколько я помнил, не были произнесены в первом варианте прошлого, двинулись дальше. Вышли к усеянному скальными шипами плато и холмистыми образованиями, которые, как нам еще предстояло узнать, являлись скальными дрогами.

— Нам туда, — указал на узкую тропинку Виллис.

— Я знаю, — сказал я и посмотрел на Айрекса. Тот, похоже, никуда уходить не собирался. — Как ты думаешь, другого пути здесь нет?

— Откуда мне знать? — хмыкнул он и развел руками.

Но в другом варианте прошлого ты знал. Что же сейчас изменилось?

— В общем, поступаем следующим образом: гравитация здесь снижена, поэтому проходим, а вернее, пробегаем по этой тропинке как можно быстрее. Чем скорее минем плато, тем лучше.

— К чему такая спешка? — поинтересовался Перк.

— Да. И с чего ты взял, что нужно поступать именно так? — спроси Ролдан.

— Я же псионик. Чувствую, что нужно поступить так, — уклончиво ответил я. — Ну если хотите тащиться, как верблюды в пустыне, то дело ваше. Я задерживаться не стану.

Не дожидаясь одобрения спутников, я быстрым шагом двинулся по тропинке, а потом и вовсе побежал, искоса поглядывая на холмы. Что-то мне подсказывало, что если максимально быстро пронестись мимо них, то они не станут «оживать» и уж тем более — гнаться за нами.