Стрелок - Евгений Астахов

поперёк глотки стоят. Захотелось свежатины. Думал отправиться на охоту, а тут вот эта мелочь шныряет, — он потряхивает мяукающего кота. — Падальщик, наверное. Мусор ваш жрёт. Я его честно поймал. Самолично! А эта чокнутая прибежала и давай орать, чтобы я отдал ей свою добычу. Где это видано, чтоб у охотника отбирали его трофей⁈ — он смолкает и возмущённо хлопает чёрными глазами.

Эмпатическая проницательность сообщает — не врёт.

Универсального переводчика на поясе девушки я не вижу, поэтому скорее всего его тираду она не поняла. Тем временем на шум стрельбы сквозь толпу проталкивается пара Пульсаров, отвечающих за безопасность поселения, и, внезапно, обладатель знакомой мне физиономии.

— Терри, — киваю я администратору Фритауна.

— Егерь! Всё в порядке? Стреляли вон.

— Сейчас узнаем, — поворачиваюсь к девушке. — Твой кот?

— Мой! Мистер Снежок выскочил вчера, когда на рынок ходила. Я уже все ноги сбила, бегая по городу. Зову его, зову… А тут вижу, идёт этот гад и держит моего малыша! — уперев руки в бока, заявляет она. — Я по-хорошему его попросила. Без толку! Тогда уже, конечно, начала кричать. А этот… как начал шипеть на меня! Где это видано, чтоб какая-то страхолюдина питомцев у законных хозяев воровала⁈

Совпадение формулировок заставляет меня улыбнуться.

Эмпатическая проницательность подтверждает, что она говорит правду.

— Так, животное вернуть его владелице, — командую я.

— Но!.. — порывается пришелец.

— Не обсуждается.

Нехотя, тот передаёт шипящий комок девушке и, насупившись, произносит:

— Конечно, своих-то сородичей покрывает. Это потому что я здесь чужой?

— Нет, это потому что здесь ты — идиот. Добыча твоя — не дикое животное, а питомец, сбежавший из её дома. Питомцев мы не едим.

— Да? Вы просто не умеете их готовить. У нас похожих особей едят за милую душу.

Игнорирую сказанное и добавляю:

— С воровством у нас строго, очень строго, поэтому в следующий раз убедись, что собираешься сожрать не чьего-то хомячка, а дикое животное. А лучше и вовсе иди за периметр фактории и там спокойно охоться.

Тот недовольно кивает, а я обращаюсь к хозяйке питомца:

— А ты следи за котом и купи себе переводчик.

— Спасибо, Егерь.

Девушка прижимает к себе Снежка и, конечно, по-женски оставляет последнее слово за собой:

— Мы не звали к себе домой всех этих образин. Это пусть они учат нормальный язык! — и тряхнув длинными волосами, уходит.

Толпа потихоньку рассасывается, а я тяжело вздыхаю и говорю Терри:

— Постарайся сгладить конфликты, которые возникнут в период первоначальной адаптации. Если что, обращайся за советом к Робин. В Уайтклэй мы это всё уже пережили. Она подскажет что и как.

— Хорошо, как скажешь.

Терри оглядывается по сторонам и раздражённо добавляет:

— Просто эти дурни уже забыли, каково нам жилось, когда Самеди здесь хозяйничал. Вот тогда были реальные проблемы. Еды нет, арканы нет, вещи отбирают, бьют, насильничают. А сейчас… увидели десяток пришельцев и считают, что это конец света. Уж я им мозги прочищу. Постараюсь, — смутившись, добавляет он.

Хлопнув его по плечу, делаю несколько шагов и замечаю Арианнель, которая стоит, прислонившись к стене ближайшего здания. В руке зажата самокрутка, а пристальный взгляд направлен на меня.

— Что? — не выдерживаю я.

— Ничего, — Горгона качает головой.

Проходим десяток метров, когда она задаёт вопрос:

— И часто приходится разрешать подобные споры?

— Не слишком. Если бы всё держалось только на мне, система бы рухнула.

— Крупнейший инцидент, который пришлось разбирать? — искоса глядя на меня, спрашивает Нова.

— Хм. Ларри.

— Ларри?

— Да. Бывший управляющий в Уайтклэй. Предал форпост и сливал информацию враждебной группировке. О наших патрулях, численности, вооружении, перемещениях. Всё в таком духе. В результате его деятельности было убито семь человек, а потом враги атаковали наш форпост.

— И какой приговор ты ему вынес? — допытывается Арианнель.

— Единственный возможный.

— Ты казнил его?

— Да.

— Сам?

— А как иначе?

— Хм.

Горгона ничем не выдаёт свою реакцию на мои слова и лишь молча затягивается.

За последующие два часа я успеваю пообщаться с Такадой и передать ему трофейную экипировку для распределения между нашими бойцами. Вместе решаем, какая цена будет для неё справедливой и кому предоставить право первого выкупа. К этому моменту самые перспективные охотники уже известны, им и приоритет.

Дальше заглядываю в мастерскую сумасшедшего механика Анри и выгружаю из Хранилища подбитый мех, доставшийся нам от лидера Династии Аргла. Глаза измазанного в машинном масле самоделкина сразу загораются, и он бросает всё, чтобы переключиться на массивный трофей. Поручение ему даю простое — привести технику в порядок и постараться на её основе сделать что-то подобное.

Следом беседую с Робин и попутно узнаю текущее положение дел. Каких-либо значительных происшествий, требующих моего внимания, не случалось. Есть ряд мелких моментов, где женщине требуется свежий взгляд со стороны, но в целом наш корабль идёт ровно и не имеет течи.

Под конец созваниваюсь с Железной Мэгги и Конрадом всё с той же целью — быть в курсе последних событий. Генерал подробно расспрашивает про мой визит в Париж и встречу с французской армией.

Когда темнеет, я иду к дому семьи Хаксли. Принцесса Единорогов и её мать собирают на стол, и я хочу просто забрать Ракету, но они уговаривают меня остаться на ужин. Шелли заваливает меня вопросами, а пёс постоянно вьётся рядом и трётся о ноги. Мы едим, смеёмся и отлично проводим время.

Домой возвращаюсь поздно и уже в кровати строю планы на завтра. Главная задача потренироваться с Аэрокинезом и плазменным кнутом, а также погонять Мэтта.

Уже проваливаюсь в сон, когда меня будит поступившее сообщение от Ребекки:

«Подумала, что тебе это может быть интересно».

Она пересылает текст из мирового чата. Панические сообщения перемежаются криками о помощи. Фактория на восточном побережье подверглась атаке со стороны неизвестного клана. Лишь в одном фрагменте упоминается, что у них четыре руки и вытянутые, как яйцо, головы.

Этих ублюдков помнит и Говнюк, и я, побывавший на Конклаве.

Кселари.

Интерлюдия-1

Приближаясь к границе обширного лагеря, расположенного в суровом сердце сельской местности, он не может не поразиться масштабам этой фактории.

Больше недели у него ушло, чтобы пересечь планету и попасть в столь далёкий край, что до Сопряжения старик видел его только по телевизору.

Он перебрался через океан, посетил полдюжины различных факторий и форпостов, дрался с монстрами и людьми, чтобы заработать аркану для прыжков. Всё ради призрачного шанса. Ради возможности поквитаться. Мужчина жадно впитал в себя всю информацию, рассказанную Иерофантом, проанализировал, сделал выводы и выработал единственный план.

Обуреваемый мстительной решимостью он подступает к высоким стенам. В них видит не убежище, а возможность.

Фактория, охраняемая бдительными часовыми, располагается внутри древнего храмового комплекса, вырубленного в неприступной горной стене. Вычурные каменные статуи, изъеденные веками, стоят безмолвными свидетелями того, как это священное место превратилось в убежище для сотен душ.

Охранники, облачённые в неплохие доспехи — не самопал, а типовая продукция Магазина — настороженно смотрят на чужака по мере его приближения. Он поднимает руки в знак мира. Его пожилая фигура сама по себе вряд ли представляет угрозу, но прошедшие месяцы приучили выживших везде видеть опасность и не недооценивать даже безобидных на первый взгляд людей. В этом местные защитники правы, потому что почва под ногами старика готова мгновенно ответить на любую атаку со всей природной яростью. Она и укроет и защитит своего повелителя.

— Назовись, не то схлопочешь пулю! — рявкает на местном диалекте один из стражников с жёстким блеском в глазах.

Универсальный переводчик, вставленный в ухо, делает своё дело.

— Мне нужно поговорить с вашим лидером, — отвечает пришлый, и в его голосе проскакивает надлом.

— Небесный мастер слишком занят для всяких бродяг! — так же сурово произносит охранник.

Пусть его ранг слишком мал, чтобы в одиночку потягаться с Квазаром, этот боец чувствует себя весьма уверенно при поддержке своих товарищей и под прикрытием высоких стен.

Старик усмиряет гордость, сейчас он готов пойти на поклон к самому дьяволу, и добавляет:

— Я принёс информацию, которая может быть весьма полезна уважаемому господину. Передайте ему, что она касается Егеря. И поверьте,