Клетка Удава - Тетти Нериус

— Теперь ты в моей власти, на ближайшие пару минут, — Апостол с пойманной добычей был уже рядом с автобусом. Крутя левый ус, больно оттягивая кожу, я всё ждал, когда произойдёт чудо, и Багиру спасут. Прилетит очередной дротик или выскочит страшная девка из колодца с боевым кличем! Да хоть что-то!

— Я тебе отрежу язык, если так и будешь молчать! — зашипел яростно Апостол возле капота, и я не выдержал. Толкнув с силой и грохотом крышку своего саркофага, я вскочил на коленки, подняв руки над головой.

— ТА-ДА-А-АМ! — заорал я на всё аномальное село. Наверное, будь Апостол более нервный, то его мачете вонзилось бы мне в следующий миг в горло. В реальности же, азиат резко отступил назад и в бок от автобуса, выставив перед собой лезвие. Со следами свежей крови… При это он спрятал за спиной молчаливого Виктора, держа его за локоть. Упёртый, не хочет упускать жертву.

— Ой, ты меня нашёл! — я игриво помахал поражённому моей выходкой сталкеру. — Не везёт мне в прятках! Ну, давай! Делай со мной что хочешь, пупсик!

— Ты совсем не стараешься, — скривившись в брезгливости, Апостол нехотя опустил мачете. Дёрнул Багиру за руку, ставя его рядом с собой. Теперь лезвие было на уровне живота монолитовца, однако, тупым концом к нему. Витя смотрел на меня сквозь дырки балаклавы с мольбой и страхом. Я отмел все напускное добродушие. Поправил пальцами усы, убирая улыбку.

— Отпусти его, — сказал я, выпрыгивая из машины. Капот громко захлопнулся за мной.

— Отпустить? — Апостол покосился на Багиру с непонятной для меня эмоцией. Он сильнее сжал пальцы на руке монолитовца, от чего тот дёрнулся, ниже опустив голову. — Ты слишком мягок для наемника. Такие, как они, убивают нас, сталкеров. Их вечные прорывы… Люди постоянно гибнут в этой идеологической войне! Ты хоть понимаешь?

Он посмотрел на меня с вызовом, растянув губы в тонкую линию. Я раздражённо закатил глаза. Начинаются душевные излияния! Пошло актёрское позёрство и философствования в азиатском стиле!

Нас обоих отвлёк тихий короткий свист с правой стороны. Там, за бетонным забором с железными прутьями, стоял одноэтажный кирпичный дом с обвалившейся стеной. Рядом был построен высокий, почти на два этажа сарай. Возле железной бочки с квасом лежала кверху пузом телега с дрогами. Исходя из этого, сарай мог быть и конюшней. На секунду из-под крыши высунулся Прозрачный. Махнул резко в сторону пруда и скрылся с глаз. Сигнал некий подал.

— Сюда идёт Волков, — Апостол с досады фыркнул. Дёрнул за руку Багиру, чтоб тот поднял на него взгляд, — он убьёт тебя. Видишь бочку? Залезай в неё и сиди тихо. Пошёл!

Отпустив фанатика, он с силой толкнул его к обочине. Растерявшись сначала, Витя быстро сообразил, что к чему. Ринулся мимо дерева у забора, пролез шустро сквозь широкую дырку и, не оборачиваясь, побежал к бочке.

— Повторю по-другому, — Апостол не дал мне досмотреть, как монолитовец будет забираться внутрь бочки. Приблизился до расстояния в один шаг, навис сверху, стараясь казаться грозным и страшным. Позёр! Я скрестил руки на груди, показывая так, что не боюсь психа с мачете. На самом же деле, от него исходила жуть. Он уже кого-то прирезал — кровь на лезвии еще не успела засохнуть. А его поведение не укладывается в голове! То он хочет навредить Витьке, то спасает от капитана «Долга»! Или просто не хочет делиться добычей как хищник?

— Фанатики «Монолита» — это жестокие бесчувственные твари, — Апостол наклонился ко мне еще ниже, сопя сердито в самое лицо. Говорил негромко, чтоб никто не подслушал. — Сталкеры, свободовцы и долговцы едва ли не каждую неделю гибнут в своих рейдах в Припять. Вы сами, наёмники, вечно делите с монохромными зверями Лиманск. А ты их жалеешь! Этот Молчун в Зоне без промедления постарался бы убить тебя! Они все такие!

Мой смешок удивил Апостола, заставил отклониться от меня.

— Ты плохо знаешь монолитовцев, — с грустной улыбкой ответил я, — они не все такие. Не бесчувственные. Да, со своей кукушкой орущей в голове, но не звери, какими ты пытаешься их представить.

— Ты идиот, Водяной, — прошипел Апостол, покачав головой, — твоя любовь к сектантам тебя погубит.

Я усмехнулся, чем еще больше разозлил сталкера. Он толкнул меня в грудь, отчего я столкнулся спиной с носом автобуса. Ты сильно ошибаешься. Она меня уже погубила…

— Что тут творится? — общаясь с Апостолом, я не следил за тылами, и не видел, как к нам подрулил Волков. На плечо он расслабленно положил косу Чёрного.

— Я нашел Водяного, — азиат, сунув мачете в ножны на бедре, отступил от меня, — наказал его.

— Не сильно? — капитан посмотрел на меня. Вроде и беспокоится, но взгляд его при этом затуманен. Мыслями он в другом месте. Волнует его не только моё самочувствие.

— Нормально, — я пожал плечами, — Лист мне побольнее щелбаны влепил, когда нашёл.

— Кстати о Листе и его дружке, — Волков побарабанил пальцами по черенку косы, — видели наркомана?

— Нет, — ответил я, заметив, что и Апостол отрицательно мотнул головой. Конечно, своего товарища он выдавать не хочет, а я не хочу подвергать глупого вредного паренька опасности.

— А Багиру? Ну, фанатика тщедушного.

— Вот его видел! — кивнув несколько раз для убедительности, я поднял руку, указывая долговцу за спину, — он вместе с Чёрным в сторону пруда побежал!

Я словно услышал, как заскрежетали зубы Волкова. Глаза его потемнели, рука, сжимающая косу, напряглась. В груди у меня нехорошо защемило. Взболтнул что-то не то.

— Интересно как, — долговец опустил своё оружие между мной и Апостолом, чуть не задев моё плечо. Коса тюкнулась носом о гравийную дорогу. — А Туз перед смертью, сказал, что видел, как фанатик бежит с Чёрным в сторону того тоннеля. И что за ними плелся именно ты, Водяной.

— Погоди, чего? — я медленно моргнул, обрабатывая информацию. — Ты… убил Тузика?.. Зачем, Серёга⁈

— А почему нет? — от его холодной усмешки у меня пробежали мурашки. — Логично же. Он, во-первых, бандит, во-вторых, «охотник». Либо они нас, либо мы их.

— Браво, Серёга! — я скептически два раза хлопнул в ладони. — Теперь ты