Принцесса Солнца. Диборо. - Павел Барсов

— Система в прямой видимости. — Отрапортовал Трой.

С момента пробуждения Лиама и Шуум прошёл почти месяц, из которого последнюю неделю они провели в пути к Вларсу. За это время на Латаке изменилось многое. Ещё один караван из пяти космических судов, снаряженных Кларенсом Марвином теперь уже по прямому и весьма подробному указанию «Большого босса», успел прилететь до их отбытия. Колония землян теперь насчитывала более сотни человек колонистов и почти полсотни членов экипажей.

Лишь через несколько дней после получения Тони вспомнил о шкатулке, переданной ему Романом Голубевым, первым из прибывших капитанов. Оказалось, Марвин прислал легендарные даргумские кристаллы связи для них с Лили, не забыв обеспечить также ими себя и Джулиана Колдуэя – межзвёздная связь для них теперь перестала быть выходящим из ряда вон событием.

За это время у Латака появилось даже нечто вроде правительства – такой себе тройственный Совет, в который вошли старик Дами и Ло Бахарат, возглавивший пиратов и переселенцев с бывшего пиратского флагмана, а также возглавивший земную колонию поселенец.

Сам флагман усилиями специалистов из эскадры Ивора Планка и других азалатских кораблей был отремонтирован и теперь обосновался на дальней орбите Латака, тем самым обеспечивая безопасность планеты. Постепенно бывшие рабы переселялись на поверхность, обустраивались в построенных для них домах и вливались в новую для них жизнь. Лишь немногие помнили себя свободными и захотели вернуться домой, большинство же с радостью приняли Латак своим новым домом. Так почти в одночасье население планеты с сотни прозябающих и постепенно вымирающих людей выросло до десятков тысяч, уверенных в завтрашнем дне.

Первоочередной и самой крупной стройкой стала, как ни удивительно, школа. Недостаток знаний, отсталость стали сильно мешать приобщению к новым реалиям не только аборигенов, но и большинства освобождённых из рабства, да и из вчерашних пиратов мало кто мог похвастать мало-мальски обширным кругозором.

Поселение землян развивалось бурными темпами, вместе с жилыми домами росли и производственные цеха. Первым делом были запущены те участки, которые были призваны обеспечить дальнейшее строительство и производство продуктов питания. Для решения продовольственного кризиса земные учёные взяли за основу "драконью кашу", которую оказалось совсем несложно воспроизвести, сам Диборо, которого угостили произведённым продуктов едва ли не в первую очередь, вполне благосклонно отнёсся к подмене.

Здоровье гиганта поправлялось довольно быстро – одновременно с общим улучшением постепенно восстанавливались и его крылья. Последние дни до отлёта «Принцессы Солнца» дракон прогуливался на приличном расстоянии от людей и построек, периодически расправляя крылья и делая пробные взмахи, с каждым разом набиравшие силу. Его неизменным спутником оставался Баки. Мальчишка попытался напроситься в экипаж «Принцессы Солнца», но тут Лилиан проявила твёрдость.

— Не раньше, чем закончишь школу. И потом, я думаю, ты будешь полезнее здесь. Именно здесь ты нужен Дами и своему народу, — она хитро прищурилась, — и своей богине.

Она увидела расстроенную мордаху и сжалилась:

— Но это не значит, что когда-нибудь ты не сможешь полететь к звёздам.

Мальчишка кивнул и улыбнулся. Он оказался в числе первых учеников и старался, как никто другой, что, впрочем, не мешало ему пропадать всё свободное время в обществе Диборо.

— Лиам, ваш выход. — Лили оторвалась от воспоминаний.

Тот сел на место второго пилота, освобождённое Троем, и направил корабль к самой тёмной области впереди корабля.

— На самом деле всё просто – нужно следовать одному правилу: иди туда, что выглядит страшнее всего. Тёмное пылевое облако и самые большие камни в поясе астероидов на самом деле и есть ориентиры, указывающие безопасный путь к планете. Пылевая туманность почти скрывает даже саму звезду, не говоря про всё, что вокруг неё вращается.

Буквально через час впереди показалась звезда чуть ярче Солнца.

— Удача на нашей стороне. Добро пожаловать на Вларс.— Лиам улыбнулся и указал на планету, которая находилась неподалёку, а затем обернулся к Шуум. — А мы почти дома.