В темном-темном космосе - Роберт Шекли

Но шутки шутками, а Карпентер ответил довольно быстро: пригласил Мевинса к себе в лабораторию. Благо добираться недалеко, оба живут в Нью-Йорке.

Остальное, как говорится, история…

У Мевинса в горле встал ком. Молодой человек закрыл глаза, как и велел Карпентер. Так лучше и безопаснее, ведь никто не знает, что можно увидеть в процессе перемещения.

С закрытыми глазами Мевинс ждал, когда же Карпентер зашвырнет его в другую эпоху. Пути назад нет, пусть же ученый действует побыстрее. Терпение на исходе, хочется скорее увидеть, что станет с человечеством в будущем. Построит ли оно цивилизацию высшего порядка, где правят наука и разум, где атом служит не войне, а благу, где люди путешествуют к звездам? Или это будет мир, в котором атом все же уничтожил человека, и остатки людской расы борются на обломках цивилизации за возвращение к свету? Или там даже обломков нет, лишь черная выжженная пустыня? Или все еще длится холодная война и обе стороны накапливают титанические арсеналы? Или… или…

Тут кто-то постучал в дверь камеры. Мевинс открыл глаза и увидел в окошке… нет, не Карпентера. Снаружи стояли трое в свободных одеждах, и у всех была одинаковая прическа с челкой, выстриженной треугольником.

Ну вот Мевинс и в будущем!

– Здравствуйте, – сказал он, покидая капсулу. – Я из прошлого. Не подскажете ли…

– Без трех дней и двух часов пять сотен лет, – прервал его один из мужчин, румяный толстячок. – Отличная работа. В общем, я из «Юнайтед». Пройдем, пожалуйста, со мной.

Он нетерпеливо взглянул на часы.

– Не спешите, – серьезно хмурясь, произнес второй из троицы. – Я из «Стерлинга», и у нас программа вдвое больше, сэр, не сомневайтесь. Этому мелочному торгашу предложить вам нечего…

– Зато у «Транс-Уорлд» есть что предложить, – вмешался третий, злобно глядя на соперников.

Миг – и все трое принялись ожесточенно спорить. Воспользовавшись случаем, Мевинс огляделся. Капсула стояла посреди пустой комнаты. Да это же лаборатория Карпентера, только без оборудования. С улицы доносился шум дорожного движения. Ага, значит, мир не взорвали, уже хорошо. Так, может, Мевинс попал в общество науки и разума?

– Ну как, принял решение? – спросил тем временем представитель «Юнайтед». Он изо всех сил пытался протолкнуться к Мевинсу.

– Бросим монетки, – предложил человек из «Транс-Уорлд». – До эфира всего ничего.

– Монетки гостя, – строго, подозрительным тоном добавил человек из «Стерлинга».

Одолжив у Мевинса два гривенника и одноцентовик, троица бросила жребий. Победил представитель «Юнайтед».

– Все вопросы по вторичным авторским правам – к моему шефу, – фыркнул он и торопливо вывел Мевинса из комнаты.

Оказавшись на улице, Мевинс от изумления раскрыл рот. И хотя в городе прибавилось новых построек, в целом Нью-Йорк не изменился. Толстячок из «Юнайтед» вел Мевинса вверх по Седьмой авеню, и нигде не было заметно признаков атомных взрывов и разрушений.

– Вы сейчас ни с кем не воюете? – поинтересовался Мевинс.

– Еще как воюем! – отозвался провожатый и, переводя Мевинса через Сорок первую улицу, взял его под локоть. – Правда, у этих шутов из «Транс-Уорлд» против нас никаких шансов. Это «Стерлинг», будь он неладен, еще что-то собой представляет. По размерам почти догнал нас, зато мы всегда на шаг впереди. Первыми получаем новинки.

– Вот оно что…

– Да… кстати, – запыхавшись, произнес толстяк. – Пока я… мм… сопровождаю тебя… зови меня Тейлор.

Забег по Седьмой авеню уже начал сказываться на Тейлоре. Завалиться в кресло и закинуть ноги на стол – вот единственное физическое упражнение, на которое толстячок был способен. Он привел Мевинса на Таймс-сквер, к небоскребу на месте прежней Башни. Новое здание было раза в два выше; подсвеченное изнутри, оно сверкало пластиком, сталью и стеклом. На фасаде горела золотом огромная вывеска: «ЮНАЙТЕД».

На скоростном лифте Тейлор с Мевинсом поднялись на один из верхних этажей, прошли по лабиринту коридоров, через переполненные людьми залы, по узким захламленным проходам и за несколько охраняемых дверей.

В очередной комнате кто-то выкрикнул им:

– Две минуты.

– Знаю-знаю, – так же громко ответил Тейлор и провел Мевинса в дверь с надписью «УЛЫБАЙТЕСЬ!». За ней обнаружилась просторная комната; с потолка, подобно гроздьям тыкв-горлянок, свисали микрофоны, чуть в стороне расположились телекамеры. Под микрофонами, нервно поглядывая на большие настенные часы, ждал человек.

– Десять секунд! – объявил он, и Мевинса подвели к микрофонам.

– Улыбайся! – прошипели ему в ухо.

– Мы в эфире! – объявил бесплотный голос. Стены перед ними растаяли, и открылся битком набитый зрительный зал размером с футбольный стадион. Ведущий лучезарно улыбнулся и сладким голосом произнес:

– Компания «Юнайтед», которая вот уже триста лет считается символом лидерства и непревзойденного качества, с радостью представляет программу «ПОКА ДАЮТ, НАДО БРАТЬ».

Последовало рекламное представление, разыгранное труппой из пятидесяти, а то и шестидесяти актеров. Свои роли они исполняли с огоньком и страстью. Мевинс нашел зрелище вдохновляющим. Правда, что именно продают, как ни старался, не понял.

– Итак, программа начинается, – продолжил ведущий. – У нас в гостях, – он широко улыбнулся Мевинсу, – человек из прошлого! Прибыл точно по расписанию, друзья мои, и наш представитель успел его перехватить и доставить сюда, на шоу. Время задать первый вопрос…

Ведущий жестом велел Мевинсу подвинуться. Замерцали огни, операторы нацелили камеры в центр сцены, где прямо из воздуха постепенно проступала некая театрализованная постановка. Мевинс опасливо поглядывал через плечо в зал. Да тут народу – несколько тысяч!

Мерцающие огни на сцене тем временем оформились в человека. Проекция? Да вроде бы нет, похож – пожалуй, даже слишком – на живого актера. Мужчина был одет в тогу и вид имел весьма суровый. Внезапно на него набросилась целая группа людей (тоже в тогах) с кинжалами, и человек растворился в воздухе.

– Итак, кого мы видели? – спросил ведущий и выжидающе взглянул на Мевинса. – У вас тридцать секунд.

Они вновь оказались посередине сцены; на них уставились объективы камер, микрофоны ловили и усиливали каждый звук. Зрители в зале тихонько подбадривали Мевинса, а тот не спешил отвечать. Не потому, что не знал ответа, просто все еще не опомнился. Нельзя же так сразу брать его в оборот.

И вот, когда оставалось всего пять секунд, он наконец промямлил:

– Это был Юлий Цезарь.

– ВЕРНО! – прокричал ведущий, и зрители взорвались овацией. Отвечая на два следующих вопроса, Мевинс безошибочно узнал Марию Антуанетту и Адольфа Гитлера. На этом игра подошла к концу, и выяснилось, что Мевинс выиграл небольшое имение в округе Вестчестер (налоги за которое уплачены на десять лет вперед), пару пони для игры в поло, датского дога и еще кое-какие полезные мелочи.