Генерал-коммандант - Александр Башибузук

Далее идет железнодорожный ударный корпус, в составе восьми бронепоездов, отдельный инженерно-саперный батальон и воздухоплавательная эскадрилья.

Не могу не упомянуть еще школу унтеров, пулеметную и артиллерийскую школы, а также курсы младшего офицерского состава. Военных училищ нет, за основу я взял израильскую систему. Есть еще курсы Генерального штаба, для среднего и высшего командного состава. Специалисты пока приглашенные — в основном русские и немцы.

Естественно, не обошлось без спецорганов: помимо Службы внешней разведки, маскирующейся под Почтовую службу, при военном департаменте было создано Главное разведывательное управление, со своим разведывательно-диверсионным батальоном и базирующимся в Дурбане подразделением водолазов-разведчиков. Эти уже мое личное детище и моя гордость, сам составлял программы обучения и тренировал. Если честно, пока парни недотягивают до своих коллег из современности, мало времени прошло с создания подразделений, но потенциал гигантский. В любом случае ничего подобного в мире пока нет.

Да, совсем забыл, в структуру военного департамента еще входит радиослужба. Но о ней тоже стоит упомянуть отдельно.

Вот в основном и все. По совокупности — мало и скромно, особенно по сравнению с британскими силами, но, увы, это все, на что мы способны.

Вот честно — эти три года вымотали меня больше, чем обе кампании с бриттами. Чудом не спился или не подсел на наркоту. Организаторская работа не мой конек, тысячу раз проклял себя за свое решение остаться в Южной Африке. Но, как уже не раз говорил, если взялся — делай.

Ладно, хватит гордиться, пора заняться насущными делами. Я одним глотком допил кофе, затушил сигару и взялся за трубку телефона.

— Алисия, первым капрала ван Меерса…

В кабинете мигом нарисовался молодой парень с кожаной папкой в руках. Мундир идеально подогнан, прическа — волосок к волоску, выправка словно аршин проглотил, ботинки начищены так, что зайчики пускают. И морда каменная, бесстрастно-педантичная. Если бы мне кто-нибудь сказал, что мой вестовой Симон, постоянно расхристанный, расхлябанный мальчишка, превратится в эдакого холеного, образцово-показательного служаку — ни за что бы не поверил. Впрочем, деловые качества секретаря-референта меня полностью устраивают, а остальное не важно.

Симон щелкнул каблуками и изобразил на физиономии повышенное внимание.

— Минхеер директор…

— Что у меня на сегодня?

— Минхеер директор… — Секретарь отточенным движением открыл папку. — Итак, до одиннадцати ноль-ноль у вас прием посетителей и работа с документами, далее…

Выслушав Симона, я приуныл. Думал, что разгребся со всеми главными вопросами еще вчера, ан хрен. Черт, опять домой затемно вернусь…

— А откуда взялось это… — я раздраженно ткнул рукой в окно, — ну… гребаное открытие школы.

— Госпожа Игл настоятельно просила включить в ваш распорядок, — слегка запнувшись, ответил Симон.

— Твою мать!!! — в сердцах рявкнул я. — Ты на кого работаешь — на меня или на мою жену?

— На вас, минхеер директор. — С лица секретаря мигом слетела невозмутимость. — Но вы сами знаете, ваша супруга может испортить жизнь кому угодно. Она пригрозила, что меня перестанут принимать у ван дер Сааров, а я, как вы знаете, помолвлен с их младшей дочерью Годелиной…

— Ладно. — Я раздраженно отмахнулся. — Все, пока свободен. Пусть Алисия запускает по одному. Первым ван Кейпера…

Главный финансист военного ведомства Мозес ван Кейпер, низенький бородатый толстячок, первым делом вывалил мне кучу бумаг на подпись, а потом, по уже сложившейся традиции, начал жаловаться на Теслу. Да-да, на того самого Николу Теслу.

— Минхеер директор, — бухгалтер закатил глаза к потолку, — это уже переходит все грани приличия! Я едва успеваю оплачивать счета! И самое главное, нет никакой возможности истребовать отчетность по использованию! И вот опять — заявка на пять тысяч фунтов! — Он потряс листом бумаги.

Я про себя обреченно хмыкнул. В свое время я сдуру решил собрать у себя всех видных ученых и начал как раз с Николы Теслы. Что он конкретно изобрел, я толком не помнил, но частое упоминание его как гения в желтой прессе моего времени сыграло свою роль. Тесла как раз вдрызг расплевался с Эдисоном и с радостью согласился переехать в Южную Африку. Но, черт побери, пообещать ему неограниченное финансирование было с моей стороны очень крупной ошибкой. Думал, пусть творит гений, может, что полезное вытворит, но слегка просчитался. Да, теперь благодаря ему практически вся Оранжевая страна и Трансвааль радиофицированы, создана модель сравнительно компактного радиопередатчика, элементы питания к нему и еще кое-что, но, черт побери, все его текущие проекты, суть которых он тщательно скрывает, стали потреблять слишком много средств, как финансовых, так и сырьевых: твою ж мать! — недавно затребовал три десятка килограмм платины, гений хренов! А уж серебра и меди вообще не счесть сколько угробил. Мне и так уже в фольксрааде пеняют на гигантский военный бюджет и грозятся урезать.

А еще народ пугается, так как по ночам Никола творит в своей лаборатории вовсе уж непонятную хрень — то северное сияние полыхает, то молнии сверкают. За милю у людей волосы трещат от электризации. Наверно, пора гению слегка урезать аппетиты.

— Хорошо, я поговорю с ним… — пообещал я бухгалтеру, спровадил его с глаз долой и приказал запускать Веника, опять начавшего скандалить в приемной.

Мезенцев ворвался аки вихрь, дурашливо откозырял и без разрешения уселся в кресло. Патлы растрепаны, глаза шальные, куцая бороденка торчит в разные стороны, дорогущий костюм из английской шерсти прожжен и заляпан какой-то хренью — все как всегда, Веник в своем репертуаре, раздолбай хренов. Нет, Лизхен его после свадьбы за жабры крепко взяла, он даже внешне изменился, но горбатого только могила исправит.

Твою ж мать… дать бы ему по башке, но рука не поднимется лупасить такого ценного кадра.

Проигнорировав мой грозный взгляд, скубент нагло полез в шкатулку за сигарой.

Я не выдержал и рявкнул:

— Веник, ты соображаешь, к кому пришел? Твою мать, я как-никак военный министр! Или около того. А ну положь сигару на место!

Вениамин гнусно ухмыльнулся и коротко бросил:

— Прокатный запустили ночью!

Я невольно ахнул:

— И протяжку труб?

— Ага…

— Ах ты, моя радость!!! — Я сорвался с места, набулькал в бокал до краев ирландского виски двадцатилетней выдержки и сунул его Венику.

Это… это даже не знаю, как сказать. Это просто праздник какой-то! Как уже рассказывал, перед началом второй кампании я изобрел заново примитивные минометы. Плиту и корпуса для мин отливали кустарным способом, взрыватели приспособили от снарядов, хвостовики фрезеровали, а на направляющие порезали трубы от буровых установок. Так вот, производство бомбометов уже встало на промышленный уровень, а вот эти хреновы цельнокатаные трубы мы до сих пор покупаем в Германии, за просто неприличные деньги. Опять же катавасия с доставкой еще та. Прокатные станы мы заказали у Круппа, доставили их сравнительно оперативно, но вот установка и наладка заняла без малого год. А теперь — ух, развернемся не на шутку!