Маятник - Борис Игнатьев-Мурин

Виктория задумалась. Она понимала, что имел в виду Виктор. И в ней боролись страх и любопытство. Сейчас она была свободна. Более свободна, чем сам Виктор, его жена, его отец. И дорожила этой свободой. В ее близости с Виктором было намного больше физического и эмоционального влечения. Но это был не симбиоз двух душ. Они оставались достаточно независимыми друг от друга, чтобы не посягать на личную свободу каждого.

– Да, я хочу знать, – слова эти были несколько неожиданными и для самой девушки.

– Что ж, – голос Виктора был задумчивым. – Это твое решение. Не пожалей о нем.

Он помолчал и продолжил.

– Дело в том, что в процессе наших экспериментов мы обнаружили, что можем воздействовать на сознание человека. Пока мы не до конца изучили этот феномен. Но Николай уже придумал, как делать на нем деньги. И хотя мы понимаем, что забиваем микроскопом гвозди, деньги от тотализатора позволяют продолжать научные исследования.

– Тотализатора?

– Блин! Это все так просто и так сложно одновременно. Смотри. Мы вводим человека в транс. И он, можно сказать, погружается в виртуальную реальность. Но эта реальность наполовину контролируется нами, а наполовину подсознанием самого человека. Мы задаем ему общие законы и направления той реальности, в которой человек себя видит. А дальше он начинает сам создавать реальность, события происходящие в ней. При этом мы можем как бы вводить в эту реальность некоторые нужные нам модули. Штат инженеров из дружественной нам фирмы научился делать под нас программируемые модели существ, которые оказываются в этой реальности вместе с человеком. И вот эти существа уже практически на сто процентов контролируются нами.

– Это похоже на сон?

– И да, и нет. Сон слишком свободен. В нем нет ограничений. Нет логики. Во сне правит ассоциативное мышление. А у нас не так. Человек в воспринимаемой им реальности жестко ограничен законами мира, которые мы ему транслируем. Например, мы можем внушить ему, что он волшебник в мире, где правят законы магии. Или что он воин. Но если он воин, то он не сможет силой мысли разрубать доспехи врагов, а его меч не превратится в огненный смерч. Он будет воспринимать себя как воина, будет совершенствовать навыки боя. Но не сможет выйти за рамки законов мира, которые мы изначально задали. В этом мире он будет встречаться с теми существами, которых мы туда «подгрузим». А остальное население мира создаст его воображение.

– Звучит как описание фантастического фильма. Ты не придумываешь часом?

– Нет, Вичка. Не придумываю. И все гораздо интереснее, чем в кино. И еще. Мы научились подключаться к тому, что видит и переживает человек в своей реальности. И тут появился тотализатор. Зрители наблюдают за происходящем. Делают ставки. Для них это как раз как кино. 5д с полным погружением!

– Как-то не верится мне, если честно. Ты меня разыгрываешь? – девушка кокетливо улыбнулась.

– Я покажу тебе, – голос Виктора оставался серьезным.

– Прямо сейчас? – она недоверчиво улыбнулась.

– Да.

Вероника. Прошлое. Другая реальность

Она танцевала. Черные густые волосы волнами развевались вокруг, когда она кружилась. В таверне все взгляды были направлены на нее. Ведьма. Она не думала ни о чем. Она танцевала. Танцевала для себя. Ее переполняли эмоции. И им нужен был выход. Восторг. Ярость. Любовь. Ревность. Она хотела верить и понимала, что верить нельзя. В его лице она встретила дьявола, и он захватил ее тело и душу. Уже совсем взрослая, по меркам этого мира. 25 лет. Она оставалась девушкой до сегодняшнего дня. Пока не повстречала его. Он был как бы не из этого мира. Спокойный, и буйный как торнадо. Мудрый, и шаловливый как ребенок. Нежный ласковый и грубый. Он понимал, и принимал, и властвовал. И она ни на секунду не задумалась, к чему может привести их связь. Она отдалась в опытные руки и не жалела. Она была счастлива и страдала. Ее эмоциям был нужен выход. И она танцевала. Танцевала. Он никогда не будет принадлежать ей. Такие мужчины не могут никому принадлежать. Они принадлежат только себе. Она это понимала. И не могла принять. Она танцевала.

Двери в таверну распахнулись и в нее вошли трое рослых воинов. На груди у каждого висел амулет отрицания – очень дорогой и не дающий осечек артефакт против любой магии. Амулет, дающий своему хозяину полную защиту от любого магического воздействия. Эти амулеты носили лишь элитные воины клана. Самые сильные и умелые бойцы. Воины, не привыкшие к неповиновению.

Их взгляды сразу остановились на танцующей девушке.

«Я хочу ее!» – эта мысль читалась в глазах всех троих.

Самый высокий быстро подошел к девушке вплотную и властно схватил ее за руку выше локтя, тем самым грубо прервав ее танец. Девушка покачнулась. Она непонимающе уставилась на него, еще не до конца восстановив связь с реальностью, оставаясь в плену танца и переполняющих ее эмоций.

– Кто ты такой и что тебе нужно от меня?!

Девушка не пыталась вырваться. Она еще не понимала, что происходит. Народ в таверне недовольно смотрел на происходящее. Но недовольство их было связано с тем, что им не дали насладиться зрелищем, а не самим поведением вошедших. Им нечасто приходилось видеть такие завораживающие представления как танец черноволосой красавицы. А право этих троих забрать приглянувшуюся девчонку никто и в мыслях не оспаривал. Тем более, что она сама виновата. Так выгибаться и демонстрировать себя в танце! Да и что ей будет? Мужчины видные. Не бандиты и не проходимцы. Позабавятся с девчонкой, так и ей удовольствие доставят!

– Красавица, ты пойдешь с нами.

– Зачем? Вам нужна какая-то помощь?

Вокруг раздались смешки.

– Помощь?

На миг в глазах мужчины появилось недоумение. Потом он ухмыльнулся.

– Ну да! Можно сказать и так! Ты нам поможешь утолить нашу страсть. Ведь такая соблазнительная девушка никак не могла бы оставить нас равнодушными!

Посетители стали ухмыляться.

А девушка наконец поняла. Ее разъяренный взгляд обжег и на несколько секунд ошеломил державшего ее мужчину.

– Отпусти меня, урод, и проваливайте отсюда! – прошипела она.

В глазах окружающих зажглось веселье, а смешки стали громче. Не многие девушки и женщины осмеливались перечить избранным воинам клана. Да и причин отказываться особо не было. Понравившимся женщинам воины помогали. Как и их семьям. И даже замужние частенько уходили вместе с бойцами. И на это смотрели без особого осуждения.