Путь за горизонт - Егор Ветров

Союза. Этим тоталитарным государством, основанным сто два года назад, правит партия Возрождения Человечества, которой десятилетиями проводилась политика генетического очищения населения. Девять лет назад между Остеррианским Союзом и Республикой Эллиад разгорелась ожесточенная война за Телезию — маленькую страну, чьи земли лежали на пересечении зон экспансии двух гегемонов. Кровопролитие длилось три года, закончившись сотнями тысяч смертей и падением Телезии. Основная часть уцелевшего в конфликте населения карликового государства нашла прибежище в Республике. Командование экспедиции сошлось во мнении о том, что Остеррианский Союз не представляет существенной опасности для экспедиции, так как их разделяют сотни километров нейтральных земель.

На северо-западе от Республики, по ту сторону моря, находились владения другого экономического и политического гиганта — Вестландского Альянса. Однако это государство вело относительно мирную внешнюю политику и не было угрозой для экспедиции из-за доброжелательных отношений двух стран.

Также на брифинге упоминалось еще одно малое государство, тем не менее, обладающее колоссальной экономической мощью — Торговая Республика Лигур. Некогда эта морская нация входила в состав Альянса, но со временем приобрела политическую самостоятельность и заняла место посредника между другими политическими игроками. С многочисленным флотом торгового гиганта возможен лишь мирный контакт на прибрежных территориях, через которые экспедиция пройдет на обратном пути в Республику.

Трехмерная карта местности проецировалась над голографическим столом. Теос наблюдал за тем, как конвертопланы, сочетавшие в себе черты самолета и вертолета, проводили разведку горной цепи к северо-востоку от маршрута экспедиции. Экспедиционный корпус углубился в неизведанные земли на 34 километра и продолжал движение.

***

Отряд «Молот», занимавший правый фланг авангарда, одним из первых добрался до окрестностей маленького городка в 55 километрах от границы.

— Смотрите в оба, мы въезжаем в пригород. Хоть эти чертовы дроны ничего не обнаружили, я бы на них не полагался, — Юлиан услышал у себя в ухе грубый голос старшего сержанта Лукиана.

Связь осуществлялась через новое и пока еще непривычное для него изобретение Республики — М-линк. Это устройство в виде полупрозрачной эластичной дуги огибало заднюю полуокружность головы и крепилось за обе ушные раковины. Оно позволяло одним только усилием воли, не пошевелив и пальцем, подключаться к различным каналам связи, что было удобно при управлении танком, когда обе руки лежали на ручках управления. Однако Юлиан считал М-линк лишь дорогой игрушкой, которая была едва ли полезнее обычной рации, и не понимал, почему устройство получило столь широкое распространение в армии.

Он провел в тесной кабине «Гончей» целый день. Во время остановок ему удавалось выбраться наружу, чтобы подышать свежим воздухом и перекусить, но лишь ненадолго. К вечеру вся нижняя часть туловища окаменела, а тяжесть в голове стала постоянной спутницей. Он пробежался глазами по установленным внутри «Гончей» экранам. Оптический передавал визуальную информацию об окружающей среде. Информационный показывал функциональное состояние машины и членов отряда. Тактический отображал данные о расположении союзных и вражеских сил, рекомендуемом маршруте движения и приоритетных целях.

Он потянул вперед одну из ручек управления, и легкий танк послушно ускорился. Внутри кабины стоял монотонный гул от работы двигателя, на который Юлиан уже давно перестал обращать внимание. Миниатюрная «Гончая» с особой прытью забиралась на пригорки, проскальзывала меж оврагов и мчалась вперед с такой скоростью, на какую следовавшие за их отрядом длинноствольные «Носороги» не были способны ни при каких условиях, не говоря уже о вооруженных разрушительными рельсовыми орудиями «Колоссах», что плелись далеко позади. Однако Юлиан знал, что хлипкая броня его танка не шла ни в какое сравнение с машинами войны, которые пилотировали Жители Республики и граждане. Он никогда не питал иллюзий о всеобщих равенстве и справедливости, как бы усердно его ни пытались в этом убедить учителя из коррекционного лагеря — ме́ста, где он провел десять лет своей жизни и куда больше не хотел возвращаться. Калейдоскоп мыслей завертелся в голове.

Но я должен вернуться.

В лагере его ждал одиннадцатилетний брат, Оливер, последняя частичка навсегда утерянной семьи. Последний огонек прошлого, тлевший на углях давно угасшего пламени.

Если я не заслужу право называться Жителем Республики, если не вернусь, то он повторит мою судьбу. Я не хочу для него такой жизни.

Когда служба закончится, он освободит брата, и тот сможет жить в покое и безопасности в Республике Эллиад. Такого будущего Юлиан хотел для Оливера, поскольку ему еще было место в этом мире.

— Первый взвод, доложить обстановку. Юлиан, ты первый, — обратился к ним старший сержант Лукиан.

— Все чисто, передо мной только заброшенная ферма.

— Белла.

— Опасности нет. Вижу поле и развалины амбара, — сообщил мягкий голос.

— Салли.

— Чисто, в пятистах метрах впереди начинаются каменные двухэтажные дома, — самый младший член отряда пытался звучать грубее, но ему все равно не удавалось скрыть свой тонкий мальчишеский голосок.

— Хорошо, продолжаем движение.

Серое небо стремительно окрашивалось в мрачные тона, словно сверху кто-то пролил на него чернила. «Гончие» забрались на утес, откуда перед ними открылась панорама опустевшего города, окутанного сумраком. В оптическом экране Юлиан увидел ряды одно- и двухэтажных полуразрушенных зданий с покатыми замшелыми крышами, между которыми тянулась сеть узеньких улочек, напоминавшая лабиринт. В центре города возвышались остатки многоэтажных зданий и две серые башни, точно перекрещенные мечи, рухнувшие на купол старинного собора.

Уровень радиации, отображавшийся на информационном экране, уже соответствовал норме. Здешняя местность отличалась от безжизненных пустошей, оставшихся позади. Еще в дюжине километров от города стали появляться первые одинокие и чахлые деревца, которые вскоре собрались в подобие леса. Зеленеющее редколесье обрамляло медленно распадающееся тело мертвого поселения. Восточнее него виднелись плешивые холмы, словно волны из земли и растительности, вздымавшиеся над долиной.

Яркой вспышкой на свинцовом небе сверкнула ветвистая молния, спустя несколько мгновений до ушей донесся трескучий раскат грома. Затем по бронированному корпусу забарабанили капли дождя, обрушившиеся с небес стеной. Юлиан наблюдал за тем, как из горбатых военных грузовиков высыпались маленькие человечки в коричневой и темно-зеленой форме. Под присмотром парящих в небе дронов отряды пехотинцев рассеивались по городским улицам. На краю оптического экрана показались белоснежные тени. Огромные бронированные вездеходы, принадлежавшие Службе по контакту с нецивилизованным населением, разрывали тьму панцирями из светлого металла. Словно королевских особ, их сопровождали танки модели «Носорог» с удлиненными стволами пушек и армейские грузовики. Образ этих величественных белых машин, подобно ужасающей гравюре, врезался ему