Европа - Грейг Бек

Огни снова зажглись, на этот раз еще более неистово, играя на том, что это было. Они загорались в прямой линии, затем распускались в форме цветка, затем словно масса колышущихся нитей.

— Эта штука большая, — сказал Грег. — Эти длинные щупальца тянутся на сотни футов.

И затем оно снова реорганизовалось. Последний образ выглядел как фигура с огромными крыльями.

Грег тихо фыркнул.

— Ангел.

— Не похож на ангела, которого я когда-либо видел, — сказал Домич. — Подойдем ближе.

Леунг задействовал двигательную систему, и маленький аппарат скользнул вперед.

Образ ангела исчез, а затем огни в темноте внезапно вспыхнули, все разом, и на одно краткое мгновение они, возможно, разглядели истинную форму этого существа.

— Черт возьми, — сказала Лиза. — Похоже на…

Оно внезапно ринулось к ним.

— Вот оно идет, — взволнованно сказал Грег. — Если это было предупреждение, мы его проигнорировали. И теперь оно собирается…

— Назад, назад! — крикнул Домич.

Руки техников замелькали по клавиатурам и панелям управления.

— Не можем оторваться; слишком быстро движется, — выдохнул Эрик Леунг. — Оно большое. Больше, чем мы думали.

Домич наклонился вперед.

— Уклоняйтесь…

Но было слишком поздно. Маленький аппарат был поглощен, и единственным признаком этого было то, что луч света на их экране погас, словно нечто полностью накрыло его.

— Мы идем вниз, — сказал Леунг.

— Тонем? — спросил Домич.

Грег покачал головой.

— Нет, слишком быстро для этого. — Он поработал над клавишами. — Вывожу метрики.

На настенном экране появился счетчик глубины, и его цифры стремительно росли, пока Немо за секунды не рухнул с глубины нескольких сотен футов до нескольких тысяч. И продолжал опускаться без признаков остановки или замедления.

— Задействуйте полные двигатели, — настаивал Домич.

Снова руки замелькали по клавиатурам, пока группа пыталась настроить плавники, стабилизаторы и двигательные струи. Но ничего не менялось.

— Четыре тысячи триста двадцать два фута6, — сказал Леунг, не отрывая глаз от своего маленького экрана.

Домич крепко скрестил руки, его челюсти сжались на мгновение. Они приближались к критической глубине, и он не мог это остановить.

— Скорость погружения увеличивается. Нет ответа на команды, — сказал Диего. — Корпус зонда под угрозой.

Домич обернулся.

— Из-за давления воды или…?

— Неизвестно. Но мы еще не достигли критической глубины, — ответил Эрик Леунг. — Я больше не контролирую Немо. — Он посмотрел вверх. — Однако сигнал метки Немо все еще передает.

— Мы могли бы перенаправить электрическую систему для короткого, резкого разряда по обшивке, — предложил Грег. — Это могло бы отпугнуть то существо, чем бы оно ни было.

— Нет, — Домич покачал головой. — Мы здесь чужие. Мы можем повредить или убить его, и это не лучший сценарий первого контакта. — Он вздохнул. — Всё, что мы можем, — это наблюдать за гибелью Немо, — сказал он с горечью.

Они смотрели на счетчик, пока маленький сигнал импульса продолжал опускаться в бездонные глубины, цифры мелькали всё быстрее: семь тысяч футов, восемь, девять, и скорость нарастала.

— Какова глубина здесь? — спросил Домич.

Лиза ответила, не проверяя.

— Это море Коперника, одно из самых мелких, но всё же сорок две целых шесть десятых мили глубиной.

Домич криво улыбнулся. Он знал, что это почти в четыре раза глубже, чем они могли достичь. Он выдохнул.

— Прощай, Немо.

Маленький сигнал импульса погас на двенадцати тысячах футов.

Руководитель смены миссии посмотрел вверх.

— И это всё.

Их миссия закончилась, едва начавшись. Но на самом деле это был оглушительный успех. Они только что неопровержимо доказали, что жизнь существует в нашей Солнечной системе. И они это записали.

Губы Домича изогнулись в полуулыбке.

— Надеюсь снова увидеть тебя однажды, ангел во тьме. Кто бы ты ни был.

Он направился в свой кабинет, все еще ощущая трепет в желудке.

Ему предстояло сделать множество звонков.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Три года назад — Ранчо Морганов, Вайоминг, США

Брэд Морган и его отец Клэй остановились на холме, глядя вниз на внешние поля ранчо. Там, в огромных загонах, собирали стадо из трехсот голов герфордских коров.

Работа была выполнена быстро, потому что теперь они использовали дроны для поиска разбредшихся остатков стада, а Брэд и его отец выезжали лишь за теми отставшими животными, что прятались в кустах.

Дроны сэкономили им дни работы и немало денег. Поначалу отец был настроен скептически, называя дроны Брэда «летающими венчиками» и пустой тратой времени.

Но после того, как Брэд уговорил его на демонстрацию, Клэй лишь раз хмыкнул — это было максимальным проявлением одобрения, на которое он был способен, — и согласился на пробный сбор стада. В первом же заходе камеры дронов позволили за часы, а не за дни, точно определить местоположение стад. К тому же они сэкономили на топливе и зарплатах ковбоев. Технологии одержали верх в этом раунде.

Брэд заметил, что некоторые животные в стаде были весьма упитанными. Все они оправились после тяжелого заражения паразитами несколько лет назад. Когда люди слышат слово «ленточный червь», большинство думает, что это лишь вызывает зуд в заднем проходе. Но у крупного рогатого скота, если не лечить, последствия могут быть куда хуже.

Стадо Бена заразилось, поев траву, загрязненную, возможно, волчьими или койотовыми фекалиями. К тому времени, как проблему обнаружили, у многих животных развился цистицеркоз — паразитарная инфекция тканей, вызванная личиночными цистами ленточного червя. Эти цисты перемещались из кишечника, поражая внутренние органы, мышцы и даже мозг. Черви сворачивались в маленьких карманах, которые они создавали в мозговой ткани, питаясь мягкой и теплой, богатой белком средой и выделяя вещество, которое не позволяло иммунной системе коров их обнаружить.

Животные страдали от дезориентации и, несомненно, сильных головных болей, а в худших случаях полностью менялось их поведение — из обычно послушных они становились агрессивными, нападали на других коров, а в крайних случаях даже кусали их.

Отец тогда сказал, что всё может пойти наперекосяк очень быстро. И он оказался прав. Он также заметил, что некоторые коровы были так сильно поражены изнутри, что в них было больше червей, чем самой коровы. Отвратительная мысль, подумал Брэд.

Одна доза альбендазола решила проблему для большинства животных. Но к тому времени до сотни голов пришлось забить, так как их мозг и плоть были полностью поражены паразитами. Как и говорил отец.