Искра - Рейвен Кеннеди

Я впиваюсь пальцами в крашеный деревянный подлокотник, вязкая белая краска прилипает к ногтям.

– Хотите сказать, что Мидас приказал этому вестнику внести смуту?

Пруинн решительно кивает.

– Да.

Сквозь стиснутые зубы у меня вырывается шипение, и я вскакиваю, подхожу к окну, чтобы посмотреть на улицу. Не вижу ничего, кроме склона горы и окружающих замок стен, но все равно смотрю в окно. Смотрю так, будто могу видеть город, этого подлеца Гиффорда, который распускает слухи, ведет людей за собой, как оголтелых овец, внезапно почуявших запах крови.

– Хочу, чтобы его убили.

– Не сомневаюсь, – отвечает он, совершенно невозмутимо восприняв мое заявление. – К несчастью, он уже отбыл. Улетел вчера на тимбервинге.

В щель открытого окна проникает свежий ветер и вгрызается мне в живот, но он не сравним с терзающей меня яростью.

Вина Тиндалла.

Во всем виноват он.

Спустя мгновение в груди кристаллизуется ледяной гнев, и я отворачиваюсь.

– Полагаю, выход вы найдете сами, сэр Пруинн, – с прохладцей в голосе говорю я и начинаю уходить.

– Разумеется, Ваше Величество, – непринужденно отвечает он и, встав с кресла, сгибается в очередном поклоне. – Вы что-нибудь решили насчет карты?

Я замираю у двери и бросаю на Пруинна взгляд.

– В Седьмом королевстве нечего искать, сэр Пруинн, и уж точно там нет моего самого заветного желания, – резко отвечаю я. – Доброго дня. – Выдав ему пренебрежительную отставку, рывком открываю дверь. Даже если он что-то и бросает мне вслед, я не слышу его из-за бурлящего гнева.

Я решительно иду по коридору наверх, а стражники быстро следуют за мной тенью. Чувствую, как возвращается головная боль с новой силой.

Когда подхожу к своим покоям, ко мне подлетает четвертый страж и шумно дышит.

– Ну? – требую я ответа. – Нашел моих советников?

– Нет, Ваше Величество, но когда я опрашивал караул, мне сообщили, что мятежники вышли на дорогу, а жандармы не могут перекрыть им путь. Они направляются к стенам замка.

В жилах закипает кровь.

– Чего они хотят?

Он нервно переминается с ноги на ногу.

– Ну… похоже, они идут сюда с самодельным оружием. Думаю, они попытаются взять замок штурмом.

– Я хочу, чтобы их остановили, – сквозь зубы произношу я, испепеляя светлыми глазами каждого мужчину, стоящего по стойке смирно. – Вы меня слышали?

Мой главный стражник тут же кивает.

– Будет исполнено, моя царица. Мы установим блокаду. Никто не пройдет…

– Нет, – качаю я головой. – Нам нужно их наказать в назидание другим. Напомнить людям, что подобное нападение недопустимо. – Подхожу к нему ближе, не обращая внимания на то, что ниже его на фут, потому что корону ношу я. – Хочу, чтобы всех их убили. Хочу, чтобы всех, кто приблизится к стенам ближе чем на двести футов, зарубили как неблагодарных скотов.

Отворачиваюсь и вхожу в комнату, хлопнув дверью и оставив в коридоре угрюмых стражников.

Эти люди хотят восстать и бунтовать против своей правительницы? Хотят бесчинствовать в городе и не повиноваться моим законам? Тогда я убью каждого мятежника, а когда иней покроет их неблагодарные трупы ледяной коркой, об этом по моему приказу известит колокол.

Я напомню им, почему меня называют Холодной царицей.

Глава 18

Аурен

Должно быть, от применения магии я действительно жутко устала, потому что проспала весь день. Когда я все же заставляю себе проснуться, уже близятся сумерки, а за окном догорает дневной свет.

Я потягиваюсь и, встав и потирая глаза, зеваю. Снимаю мятое платье и надеваю шелковый халат и пару перчаток, но делаю все отрешенно. Мысли поглощены мужчиной, который облюбовал мои сны, а в памяти не перестает прокручиваться душераздирающая мелодия его слов.

Ты и есть мое благо.

И ради тебя я предоставил тебе выбор.

Но ты предпочла его.

Я провожу языком по губам, словно могу и сейчас вкусить его поцелуй. Не знаю, удастся ли забыть прикосновения Ревингера или избавиться от того трепета, что ощущала, когда он посмотрел мне в глаза и сказал, что выбирает меня. Его слова наполняют мое сердце надеждой и вместе с тем пугают до ужаса.

Встревоженно вздохнув, я провожу руками по спутанным волосам и, достав из-под матраца книгу про фейри, сажусь на позолоченный стул напротив камина. Меня рано разбудила вошедшая в комнату служанка, чтобы развести огонь и подкинуть дров, однако была раздосадована нежелательным присутствием наблюдавших за ней двух стражников. К счастью, все вышли до того, как я приоткрыла глаза, и никто из них не произнес ни слова.

Дигби бы забурчал, велев мне перестать хандрить, но при этой мысли живот сводит от сильной боли, которую я не в силах унять.

Поджав под себя ноги, я пристально смотрю на огонь и рассеянно листаю книгу, когда вдруг раздается стук в дверь. На мгновение сердце безудержно заходится в груди, словно за дверью может стоять Слейд, но я знаю, что глупо так думать. Отложив книгу, я бреду к двери и, приоткрыв ее, вижу Скофилда.

Я стараюсь держаться за дверью, поскольку халат едва закрывает коленки.

– Да?

– Миледи, вас вызывает к себе царь Мидас, – церемониально сообщает Скофилд и не смотрит мне в глаза – наверное, потому что я не одета. – Вы должны встретиться с ним в торжественной обеденной зале через час.

– Хорошо… Он сказал зачем? – До сих пор он выдвигал требование, чтобы днем я пряталась в своих покоях и выходила только для того, чтобы позолотить этот клятый замок. Это требование напоминает, как меня вызывали в Хайбелле на пиры… и не с благими намерениями.

– Прошлым вечером прибыла Ее Величество королева Третьего королевства. Царь Мидас и принц Нивен устраивают в ее честь приветственный ужин.

– Вот как, – тихо проговариваю я, раздумывая над его словами. До наступления сумерек еще не скоро, так что я должна соблюдать осторожность. – Спасибо, что известил, Скофилд.

Я порываюсь закрыть дверь, но он поднимает руку. Я хмуро смотрю на него.

– Что-то не так?

Скофилд заглядывает мне за плечо.

– Нет, но… еще мы должны осмотреть ваши покои.

Я смотрю то на него, то на незнакомого мне стражника и от раздражения замираю как вкопанная.

– Сейчас?

– Да, миледи.

На один краткий миг представляю, как захлопываю дверь перед его носом, но истинное удовольствие получила бы только, если бы на его месте стоял Мидас.

Вместо того разворачиваюсь и ухожу, оставив дверь приоткрытой и впустив в комнату Скофилда и еще троих стражников.

Никто из них на меня даже не смотрит.

Они целенаправленно начинают обыскивать комнату. Я уж и позабыла,