Кровь Ларингии - Илья Городчиков

- Мне передали, что вы ищите командира «Кабаньей головы». Он перед вами. Что вы хотите?

- Я Вард. – воин прижал раскрытую ладонь к бригантине, - Рыцарь-брат святой Юганы. У меня есть для вас предложение, если вы готовы прямо сейчас его выслушать.

- Наёмник не ищущий контракт – не наёмник. – улыбнулся я, - Правда, я знаю мало проблем, которые не смогут решить десять рыцарей святой Юганы.

- Мне лестно слышать от вас столь приятные слова, но мы люди не слова, а меча. – Вард кивнул, - Я наслышан, что в вашем отряде служит бывший наш брат Фабрис. Если это так, то я бы очень хотел увидеть его.

- Зачем он вам? – я с угрозой положил ладонь на рукоять сабли.

- Затем, что он мой брат.

Монастырский рыцарь убрал ладонь с рукояти своего полуторного меча и потянулся к шее. Своими крепкими пальцами он взялся за кольчужную бармицу и медленно стянул ту с головы. На обнажённой шее и плече мужчины были видны три страшных грубых шрама, точно оставленных каким-то страшным оружием. Только очень страшных и огромных зверь был способен сотворить нечто подобное.

- Восемь лет назад мы сражались с зеленокожими. Один из их вождей собрал огромную армию в несколько сотен голов и повёл её на Акреон. Мы встали единой стеной против их орды. Многие наши братья сложили тогда головы под стенами города, надеясь сдержать их ярость. Бой шёл целый день и почти всю ночь. Многие из гадов погибли, и мы наконец смогли прорваться к их предводителю. Это был О’глах Поджигатель. Он воевал на жутком феноксуде. Эти твари огромны, они больше наших коней на половину, на их ногах страшные когти, а рот усеян десятками острых, похожих на копья зубов. Феноскуд О’глаха ударил своей лапой, чуть не оторвав мне голову, но мне удалось убить его ударом копья в глаз. Фабрис пришёл мне на помощь. Пока я истекал кровью, валясь рядом с агонизирующем феноскудом, Фабрис схлестнулся с О’глахом на равных. Этот орк положил многие десятки жизней людей в этой битве. На этом свете слишком мало воинов способных биться с орком на равных, но он смог. Он отсёк орочьему вождю руку и тот бежал словно крыса. Фабрис смог не только прогнать орочьего вождя, но затем сумел вытащить меня с поля боя, после чего шесть долгих месяцев сражался уже не с зеленокожими, а с самой смертью, воюя за мою жизнь. Хоть он и ушёл из рядов братства, но он всё равно остаётся братом мне. Я обязан ему жизнью.

Фабрис спустился со второго этажа, подошёл к Варду и молча крепко обнял его.

- Ты жив, мой друг. – улыбнулся Фабриса, хлопая по плечу монастырского рыцаря, - Но оставим наши приятные беседы на потом. Раз уж ты здесь, то на то точно есть причина. Сомневаюсь, что тебе был нужен только я.

Вард кивнул одному из монахов и тот достал из-под стола кожаный тубус. Оттуда он бережно вытянул туго скрученный лист. Развернув его на столешнице, он поставил на каждом из углов по деревянной кружке и наконец отошёл, позволяя лицезреть изображение. Это была карта Ларингии с отмеченными границами всех феодальных владений вместе с семействами, что ими владели и даже их гербами. Я вгляделся в карту и в её названии увидел датировку «1672». В Ларингии счёт вели от дня основания столицы государства – Акреона. Дома Рюгленда, королевства Горид, Тартос, Седония, а также многие из государств восточнее же пользовались летоисчислением от дня рождения Высоких Предков, а потому у них сейчас был две тысячи триста пятый год. Выходило так, что карта была нарисована ещё при правлении прошлого короля восемнадцать лет назад. С того момента наверняка расположение феодов различных домов могли поменяться, но гостей из монастыря это не сильно волновало.

Вард провёл пальцем по карте восточнее Орлаёна и остановился на землях герцогства Тиронь. Официально земли Тироня должны были отойти под короля Феодора, но фактически там закрепилась Сара – единственная дочь Людовика. Никаких легитимных прав на эту землю у неё не было, однако же она успела породниться с правящим домом Седонии и при помощи посланной на помощь армии смогла занять практически весь Тиронь за исключением пары пограничных замков, в которых засели верные короне феодалы. Почему же её до сих пор не спихнули с трона, ведь прав как таковых у неё нет? Её брак был матрилинейным, и сын Сары принадлежал к династии Солебец, как его дед и дяди. Так что, сейчас она была официальной королевой-регентом при своём сыне Эдварде.

- А что вам нужно в землях Тироня? – осведомился я, — Это уже даже не наше герцогство, да и далековато оно отсюда.

- От прибрежных монастырей Тирони к нами прилетели несколько соколов с вестями о том, что там происходят страшные зверства. В Тиронь высадился небольшой неизвестный отряд, который стал грабить все окрестные поселения.

- И что? Обычные грабители. Я видел ваших конников в бою. Разве они не расправятся с обычной шайкой душегубов?

- Мы тоже сначала так подумали и выслали ответного сокола, но он не вернулся. Мы отослали ещё несколько птиц, но только одна вернулась. В сообщении говорилось, что они несколько раз с трудом уничтожали этот отряд, но каждый раз он возвращался с ещё большими силами и, кажется, некоторые разорители погибли уже не один раз.

- Как это? – пробасил стоящий позади Сезар.

- Мы точно не знаем, но некоторые из братьев говорят, что это магия крови поднимает мертвецов.

- Живые мертвецы? – усмехнулся бородач, — Это же сказки для детей, чтобы они не ходили по ночам по улице.

- В каждой сказке есть крупица истины. – проникновенно сказал Фабрис, задумчиво сощурившийся, - Вард, о этой магии нет даже слухов уже не одну сотню лет. Последнего мага крови убил Ларис Святой ещё в пятьсот четвёртом году, отрубив ему голову, а без головы не встанут даже мертвецы.

- Мы знаем не больше твоего, брат, но уже несколько монастырей не отвечают на послания. Нужно отправляться и делать это срочно.

- Один момент, товарищи-монахи. – вклинился я в разговор между старыми друзьями, - Почему сама Сара не