Маршрут перестроен - Олег Яковлев

– Всю жизнь мечтал попробовать вакуумный трюфель, – и не подумав прислушаться к словам приятеля, Дик потянулся за экзотическим угощением. Пара секунд – и конфета исчезла у него во рту. Следом тут же отправилась вторая. – Вкус никакой. Как будто металлический контейнер лизнул, – пожаловался он. – И тут надувательство.

Рядом противно расхохоталась ещё недавно растиравшая слёзы девица:

– Недоумок! Их не глотают, а рассасывают во рту, до полной декомпрессии. Там предупреждение на упаковке. Так что всё, теперь сам виноват.

– Вечно ты во что-нибудь вляпаешься! – рассердился на друга Стас и обернулся к певице. – Что с ним теперь будет?

– Да ничего особенного. Трюфель сам рассосётся. Внутри. С неожиданными последствиями для организма. Твоего приятеля ждёт жаркая ночь.

Дик испуганно сглотнул, торопливо вернув в коробку очередную конфету и поспешил налить себе шампанского в бокал. Тут уже не выдержал Солянка. Он грубо отобрал бокал у подельника:

– Ты совсем сбрендил, Открывашка? Хочешь присоединиться к нашим соням? Там такая концентрация снотворного, что даже нюхать опасно.

– Хватит терять время! – прикрикнул Стас. – И так из графика выбились.

Троица пиратов склонилась над недвижными телами офицеров и принялась расстёгивать на них мундиры. Певица, оставленная без внимания, сначала надсадно скулила себе под нос: «Почему это происходит со мной. Я же Рой Инесса Нона Ван Ритора. Это был такой прекрасный день, такой шикарный круиз». А потом вдруг проявила неожиданную прыть – вскочила с кресла и с криком «На помощь!», попыталась кинуться к двери. Дик успел перехватить её ещё на взлёте и швырнуть, брыкающуюся и пытающуюся кусаться, обратно в кресло.

– Сидеть! Молчать! И – не мешать! – неожиданно для самого себя грозно рявкнул он, вытирая рукавом рубашки кровь на запястье – пленница каким-то невероятным образом умудрилась укусить его за руку.

– Где они этому учатся?! – Дик изумлённо рассматривал след от укуса. Последний раз такой «подарочек» оставила ему одна красотка с Сириус-орбитального. Причём проделала этот фокус столь же необъяснимым образом.

– Ты сломал мне ноготь! – предъявила встречную претензию певица. – Мой маникюр стоит больше, чем вся твоя никчёмная жизнь! Когда вас поймают, я потребую, чтобы таких негодяев, как вы, судили на самой недемократичной планете и вынесли самое суровое наказание.

– Пусть сначала поймают, – нагло улыбнулся Дик. – От кого мы только не уходили, крошка.

– Если я не ошибаюсь, у неё на поясе – силовые наручники. Очень кстати. Возьми их и пристегни истеричку к креслу, – скомандовал Стас. – Пора уже нам облачаться.

– Кто-нибудь объяснит мне, почему они розовые? – удивился Дик, сняв с пояса певицы два кольца, но никто ему не ответил.

Солянка как раз пытался запихать себя в капитанский мундир, но тот не налезал.

– Думаю, лычки капитана больше подойдут мне, – заметил Стас, потянув на себя китель.

– Это почему ещё? – не собирался сдаваться киборг.

– Я более уравновешен и рассудителен.

– А я более опытен, и гораздо умнее.

– Эй, – Дик не замедлил вмешаться. – Капитаном должен быть я. По той простой причине, что мы с ним одинаковой комплекции. Лица вам может прибор и подправит, а вот фигуру – нет.

Это был разумный аргумент.

– Валяй, Открывашка, – киборг, насупившись, протянул ему мундир.

Одевание заняло две минуты. Ещё две минуты система распознавания снимала кальку с лиц пребывающего в безмятежном забвении экипажа «Оларии Тойе», с особым тщанием переваривая информацию о сетчатке глаз и прикусе челюстей. Ещё некоторое время прибор выстраивал проекцию на новых, фальшивых, носителях.

– Что вы собираетесь делать? – снова затянула пленница. – Зачем вы убили капитана и заняли его место?

– Они просто спят, – зачем-то пояснил Дик. – Мы сделаем своё дело и, если нам не станут мешать, никому не причиним вреда.

– Ничего у вас не выйдет, неудачники! – она насмешливо скривила губы в улыбке.

– Пора, – Стас озабоченно смотрел на коммуникатор.

– Что будем делать с ней? – кивнул на девушку киборг. – Оглушим? Иначе она поднимет тревогу.

– Только посмей тронуть меня, урод! Тебя вся галактика возненавидит!

– У меня есть идея получше, – улыбнулся Дик чужим лицом. Оно, как оказалось прекрасно повторяло мимику собственного.

Он ловко отцепил кольцо наручника от ножки кресла.

– Ты пойдёшь с нами, крошка, – приказал он девушке и пояснил свою мысль соучастникам. – Что может быть более милым, и менее подозрительным, чем прекрасная всеми любимая Ринни, провожающая капитана на мостик перед прыжком? Улыбайся, красотка. И смотри, как бы эта улыбка не стала последней в твоей карьере.

Он галантно подал девушке руку, с намерением помочь подняться с кресла. Та пренебрежительно фыркнула и, игнорируя жест, поднялась сама. Её глаза коварно прищурились в ожидании подходящего для расплаты момента.

– Даже не вздумай, – грубо предупредил Солянка, опуская тяжёлую металлическую руку на хрупкое плечо девушки и, забрав у Дика браслет наручников, защёлкнул его у себя на правом, человеческом запястье.

Два с половиной часа назад в кабинку вошли капитан, старший помощник и мастер-инженер, они же её и покинули. И даже самая умная камера-сканер не заподозрила бы подвоха.

* * *

Дежурная смена в рубке «Оларии Тойе», как и на большинстве крупных кораблей, состояла из трёх человек – первого пилота, второго пилота и дежурного офицера. И если пилоты отвечали, собственно, за следование курсу и полёт к месту назначения, то обязанности дежурного были значительно шире так как он должен был следить за состоянием корабля, пассажиров и членов экипажа. А также, оперативно реагировать на чрезвычайные ситуации, докладывая о них непосредственно капитану, или в крайнем случае старшему помощнику. Именно такая ситуация сейчас и происходила в рубке. Вот только доложить о ней офицер Гримси Кейдж никак не мог.

Всё случилось за двадцать минут до прыжка. Лайнер уверенно приближался к кротовой норе, ведущей к Вороньему Глазу, ничем не примечательной звёздной системе на пути к Арктуру, до которого оставалось всего каких-то шесть переходов. А там – увольнительная с корабля, заслуженный недельный отпуск, и, конечно же, долгожданные премиальные. Офицер мысленно уже распределил в голове траты, на которые собирался спустить свой трёхмесячный заработок. Планов и пожеланий набегало значительно больше, чем предполагаемая к получению сумма. Впрочем, возможно, управляющий из «Спэйслайн дайнемикс» расщедрится на пятипроцентный бонус для членов экипажа, или хотя бы для его офицерской части. Но даже тогда на недельный билет в вип-зону релакс-центра Арктур-Орбитальный может не хватить…

Приятные и не очень мысли были прерваны самым бесцеремонным образом – дверь на мостик открылась. Сама. Без команды дежурного офицера.

– Что это значит? – полный негодования Гримси резко развернулся в своём глубоком кресле.

– Смирно! – тут же закричал второй пилот и вскочил с места. –