2312 - Ким Стэнли Робинсон

— В деле о нападении на Терминатор существуют два главных вопроса, — сказал Свон инспектор Женетт по пути к поясу астероидов. Они летели с небольшой группой людей из Интерплана и жителей Терминатора, но часто по вечерам оказывались вдвоем на камбузе. Свон это нравилось; чтобы поесть, инспектор садился прямо на стол, на специальную подушку, принесенную для этой цели, а потом просто сидел с бокалом в руке, так что они могли разговаривать глаза в глаза. Это немного напоминало разговор с кошкой.

— Всего два? — спросила Свон.

— Два. Первый — кто это сделал, второй — как найти и изловить агента виновных, чтобы пресечь мысли о подобных поступках у большинства людей. Так называемая проблема подражателей и, в более общем виде, проблема предотвращения повторных нападений. Вторая задача более трудная.

— А что насчет технических деталей? — спросила Свон. — Разве это не проблема?

— Я знаю, как это было сделано, — спокойно сказал инспектор.

— Знаешь?

— Думаю, да. Существует, по-моему, единственная возможность осуществить такое нападение, и я знаю, какая именно, сколь бы невероятным это ни казалось, когда произошло. Хотя в данном случае ничего невероятного нет. Но должен сознаться: сейчас, когда разговор записывают наши квакомы, я не хочу говорить об этом. — Женетт поднял запястье и показал толстый браслет, в котором находился его Паспарту. — Полагаю, ваш кваком записывает, как всегда?

— Нет.

— Но частенько записывает?

— Да, наверно. Как у всех.

— Ну, в моем случае я хочу кое-что увидеть в поясе, прежде чем заявить о своей гипотезе. Поговорим об этом на месте. Но я хочу, чтобы ты подумала о второй проблеме: предположим, мы схватим преступника и объясним, что он натворил, — например, при предъявлении обвинения. Как помешать другим повторить его поступок? Вот тут, я думаю, ты сможешь мне помочь.

* * *

Они летели на террарии «Молдова», движущемуся по циклу Олдрина[54], и через восемь дней должны были достичь Весты. Все внутреннее пространство «Молдовы» было отведено под выращивание пшеницы; многие путники, поработав какое-то время на полях, перебирались на курорт на торце в носу; с этого курорта, словно с высокого холма, открывался вид на изгиб полей разных оттенков зеленого и золотых, в зависимости от выращиваемого сорта: что-то типа лоскутного неба.

Свон много времени общалась с местными экологами — у тех возникли проблемы с пшеницей, и они хотели их обсудить. Инспектор Жан Женетт оставался в помещениях Интерплана, а когда миновали Марс, опрашивал людей в террариях возле Весты. На исходе таких дней Свон встречалась с группой Интерплана за ужином, а потом допоздна беседовала с инспектором. Иногда она рассказывала о своей дневной работе. Местные пытались вывести сорта пшеницы, которые быстрее сбрасывают воду с колосьев; они экспериментировали с генетическим созданием микроскопических капательниц вроде тех, что известны в макромире тропиков, где у листьев бывают длинные тонкие кончики, позволяющие воде стекать каплями, несмотря на поверхностное натяжение.