Сашка - Владимир Поселягин

— Да, была, я читал список трофеев. Всё, спасибо за помощь, возвращай автомат, и свободен.

— Ага, — кивнул я и протянул автомат сержанту, что подошёл ко мне. Так же и сидор снял, в котором было два запасных диска.

— А патроны где? — удивился сержант, потом и запасные диски осмотрел. — Патроны куда делись?

— О, у нас же целый бой был, всё расстрелял.

— Как расстрелял?! — принюхался сержант к автомату, — Из него же не стреляли?!

— А я виноват, что у вас порох в патронах не пахнет. И нагара не оставляет. Да и вообще патронов мало дали, пришлось, когда патроны закончились, будучи раненым, подоврать себя гранатами. Как раз оба этих немца подошли, перевернули меня, ну гранаты и взорвались. Наповал и меня и их. Надеюсь, воинский салют мне будет как павшему герою?

— Иди отсюда, клоун! — рявкнул майор со стороны, который прекрасно всё слышал.

— Сами клоуны, не хрен глупые вопросы задавать, и злиться когда такие же ответы на них получаете.

Махнув рукой, я заторопился нырнуть обратно в лес. Немцев уже погрузили в кузов грузовика, хорошенько связав, но уже отдельно друг от друга и развернувшись попылили в город. Я слышал гул моторов, удаляясь от них по лесу. Добежав до лагеря, тихо, чтобы не разбудить малышню, опросил деда с Мариной. Трофеи впечатляли, особенно радиостанция с запасным комплектом батарей. Оказалось, в мешке был и не только запас продовольствия на десять дней для всей группы и боеприпасы, но так же и запасная радиостанция с батареями. Живём. Однако Марину с дедом порадовало не это, а две коробки с патронами. С патронами к моему противотанковому ружью. У диверсантов на вооружении оказалось, и ружьё противотанковое было. Я не знал, да и не давали мне почитать список трофеев, но зато мы обогатились на сотню патронов к ружью. В каждой коробке было по пятьдесят штук. Специальные, большинство бронебойные и зажигательные, откалиброванные.

Мы сложили всё в сторону и поторопились лечь спать, я сказал деду, уходим с рассветом, то есть когда рассветёт, нас тут не должно быть. Дед понимающе хмыкнул в усы, но обещал поднять пораньше. Ещё больше его радовали ботинки на шнуровке пулемётчика, как раз по его ноге, так что тот их отложил к себе в повозку. За время путешествия вторую пару под ноге подобрал, чудеса.

Телега негромко поскрипывала кузовом на ходу, мы ехали по ночному, хотя уже можно сказать по утрешнему лесу, солнце только-только появилось краешком над горизонтом, я видел просветление в небе, когда дед, передав поводья Марине, пешком быстрым шагом догнав нас и сел рядом со мной.

— Поговорить хочу, — сказал он, когда я вопросительно посмотрел на него.

— Давай, поговорим, только тихо, будить малышню не будем.

Позади меня обнявшись, лежали Димка, Ольга, Аня, Валя и Лука, плюс лайки и Шарик, остальные устроились на повозке деда, включая сонно клюющую носом Марину.

— Вчера военные за тобой приезжали… Мы из-за этого убегаем?

— Скажем так, я хапнул больше чем мне давали, причем, по моему мнению, хапнул серьёзно. Платой за отлов немцев было всё вооружение снайпера, одежда и имущество. Про пулемётчика уговора не было. Не то что бы мне указали на это, но как-то не хорошо посмотрели.

— Может, отдать нужно было?

— А зачем? Мы когда плату оговаривали, я наблюдал за майором, не отдал бы он мне ничего, забрал бы всё, сказал бы что военная необходимость. Ну «СВТ», да, винтовка армейская, отличная, не знаю, за что её ругают, а вот пулемёт им тупо ни к чему. Согласно внутренним распоряжениям по РККА, советским войскам не то чтобы запрещается, а скорее не рекомендуется использовать трофейное оружие. Типа, если им пользуешься, то всё, оно значит лучше, ты предатель и следует трибунал с расстрелом. Это я, конечно, сгущаю краски, но политруки и особисты внимательно следят, не хватит ли кто оружие противника. Так что пулемёт они бы всё равно не использовали, отправили бы его куда-нибудь на склад. Так зачем на их, когда он у меня так же будет в порядке? Да и не смогут они у немцев боеприпасы для него получать, расстреляют их, а пулемёт в кусты забросят. Пользуются советскими пулемётами, вот пусть и дальше с ними воюют. Так что гнилой тот майор, я его натуру сразу понял, связываться не хочу. Поэтому мы и не поехали по главной дороге, а вот по таким малоезженым тропкам покидаем этот район.

— Всё понятно, возражать не буду, но ответь мне такой вопрос. Зачем тебе столько оружия?

— Да мне ничего кроме пары пистолетов и обеих снайперских винтовок и не нужно, да и то больше для коллекции. А насчёт остального оружия планы есть и планы большие. Сейчас для меня это оружие, а вот когда приедем в Москву, это будет доказательством. Потом поймёшь для чего. Я мемуары хочу написать. Чуть позже, когда взрослее будем. Как вот мы ехали по этой дороге, что видели, чему свидетелями были.

— Я помню, что ты что-то в журнал записывал.

— Память такая штука, многое стирается, вот и веду дневник нашего путешествия, чтобы освежить память, если потребуется.

— Ясно. А с немцами как? Что-то больно легко у тебя всё получилось. Раз и нашёл.

— Честно говоря, сам поражаюсь. Ситуация как в истории, пришёл — увидел — победил. Нет, я думал, что смогу выполнить просьбу военных, но там пятьдесят на пятьдесят. Немцы по лесу ходить умеют, я это ещё у дороги это заметил, когда они машину брали, но тут реально повезло. Если бы не дождь что четыре дня назад в этих местах прошёл, он нас не коснулся, влажная почва и то, что снайпер нёс груз, следы глубокие, я бы до наступления темноты их не нашёл. Так что то что я говорил командирам там на пляже, в большинстве было блефом, бравадой, я играл если честно такого рубаху-парня которому море по колено. Тогда я не был уверен в результате. Главное патроны было заработать за дело. А так думал, вернусь ночью ни с чем, скажу, что немцы ушли к реке, там следы теряются, вверх по течению ушли или вниз. Мол, извините, времени ими заниматься у меня нет. Ну а патроны сказал бы, что утопил в реке. Придумал бы чего-нибудь. А тут даже сам поражаюсь, всё так сложилось, на следы немцев даже дважды наткнулся, а потом этих двух нашёл. Жаль, пристрелить их не получилось, но сдал я их майору, всё же шепнул ему кто они, чтобы шлёпнули их потом.

— Не немцы?

— Немцы бы мне так просто не сдались, что-нибудь да попробовали сделать. А эти… В группе вообще три немца оказалось, командир, радист и ещё один солдат, остальные добровольцы разных стран. Например, тот громила-пулемётчик, которого тебе ботинки подошли, это француз, какой-то там провинции, из-за которой немцы с французами на штыках. Я не уточнял. А второй вообще поляк. Жить хотя уроды, так что запугать их было хоть и трудно, но я смог подобрать нужные слова. Ну а дальше ты знаешь, имущество их у нас, сами они переданы майору.

— А откуда они наш язык знают?

— Поляк переводчиком работал в отеле в Варшаве, француз имел русскую горничную, из любопытства изучил язык, у него вроде как способности к этому были. Шесть языков знает. Но я не проверял.