Предиктор с Зеи. Том 1 - Алексей Рудаков

Оба названных кивнули практически одновременно, не сводя с Орила напряжённых взглядов.

– Так, – констатировал тот: – А наш славный сенатор, будет только рад, я уверен – рад, когда возникшая проблема покинет его территорию. Так, господин Чум?

– Верно, – кивнул тот.

– И всего одна сторона, – продолжил Орил: – Не имеет касательства к происходящему. И мы, скромные почитатели Благой, готовы забрать этого несчастного, дабы свет Милосерднейшей, исцелил его, смыв прочь страдания. Она, Благостью своей…

– Ты охренел, жрец?! – Зак, приведённый в бешенство подобным предложением, вскинул над головой трость, намереваясь обрушить её на голову Орила. Не отстал от него и Слуга – гортанно выкрикнув что-то неразборчивое, он выдернул из наручня полупрозрачный клинок, готовясь немедленно пустить его в ход и только аплодисменты – хлопки ладоней Чума, этот звук сопровождался его смехом, заставил обоих претендентов замереть.

– Браво! Орил! – Приподняв руки на уровень лица, Чум ещё несколько раз хлопнул в ладони: – Да. Вот что значит – школа. Браво, жрец! Отлично сыграл.

– Моими устами говорит Благая, – с деланным смущением потупился жрец: – Разве плохо её решение, сенатор?

– Решение хорошо, – прищурившись, Чум окинул ловкача оценивающим взглядом. Скажи он иначе и что? Как отреагируют стоящие за спиной Орила бойцы, услыхав, что Благая Убийца не права? А сориться с Хавасами у него в планах не стояло.

– И, без сомнения, Благая – мудра. Но здесь, моя территория. С моими правилами. Ты согласен, Пламенеющий?

– Конечно, сенатор, – покосившись на выстроившихся за их спинами легионерах, кивнул Орил: – Я буду молить её, даровать тебе наилучшее решение.

– Так и будет, – кивнул Чум: – Моё решение следующее, – сказав это, он замер, видя, как напряглись все стороны спора: – Этот человек обязан отработать контакт. Но после – он свободен от обязательств.

– Так и будет, сенатор, – начал было приободрившийся Зак, но смолк, перехватив тяжёлый взгляд Чума.

– И он – член Единства.

– Он и есть – Единство, – поправил его Слуга, но немедленно замолчал, сопроводив вырвавшиеся слова жестом сожаления.

– Вы, – Чум кивнул в сторону Орила и Хавасов: – Не участвуете в их споре. Он вас не касается. Но! – Подняв руку, Чум пресёк Пламенеющего, готового что-то сказать: – Но вы здесь и тоже заинтересованы в происходящем. Почему – не моё дело. Моё решение. – Чуть помолчав, он приподнял руку, держа ладонь открытой:

– Именем Сената Станции! Первое. Отряд «Зак-Зак» волен спуститься на поверхность Зеи любым составом. Второе. Постум Зак! Ты сообщишь район высадки всем заинтересованным в споре лицам. Третье. Зея – открытый мир, и никто не может там устанавливать какие бы то ни было правила. Всё! – Рубанув воздух ладонью, Чум словно отсёк сказанное.

– Не согласен, но подчиняюсь, – первым склонил голову Слуга: – Ваше решение, сенатор, принято, – чуть подняв голову, он сощурил свои миндалевидные глаза, окидывая Зака полным неприязни взглядом.

– Согласен, сенатор, – кивнул тот в ответ, отвечая своему противнику тем же: – Границы района высадки, – Зак, наконец оторвался от Слуги и посмотрел на Чума: – Я передам Вам.

– Отличное решение, добрые господа, – подавший голос Орил, приподнял свой жезл, пламя на кончике которого принялось рассыпать искры как бенгальский огонь: – Возблагодарим же Благую за мудрость, дарованную сенатору.

Его слова повисли в пустоте, но Орил не обратил на это ровным счётом никакого внимания.

Опустившись на колени, он поставил свой жезл на пол и тот, продолжая оставаться вертикально стоящим, окутался пламенем до самого низа.

Молился он долго и истово, а когда закончив поднял голову, то в ангаре никого уже не было.

– Какие приказы, Пламенеющий? – Старший из числа его бойцов, молившийся с ним, почтительно посмотрел на руку Орила, погружённую в белое пламя.

– Координаты района высадки получены?

– Да, господин.

– Найди корабль. Мы спускаемся вниз. Если этот человек так важен Слугам, то мы должны, нет, обязаны, забрать его. Ты понял?

– Да, господин, – повторил Хавас.

– Забрать, – пламя, окутывавшее жезл стянулось к верхнему кончику и Орил переложив его в другую руку, медленно сжал кулак, всё ещё слабо светившийся белым: – Взять! Или его, или – его жизнь.

Ангар, откуда на Зею отправлялись транспорта, был пуст. Последним его покинул Орил, сумевший договориться о спуске вниз с владельцем небольшого челнока. Наблюдавшим за происходящим сенаторам было хорошо видно и слышно, как пилот, не желавший иметь никакого дела с Хавасами, придумывал всё новые и новые причины, надеясь этими препонами увильнуть от неприятной работы. Его последним аргументом, должным отпугнуть любого, стала цена, задранная самое малость впятеро, но увы – Орил отказываться от задуманного, равно как терять время был не намерен. Слегка поморщившись и прошептав нечто беззвучное, но несомненно ругательное, он перевёл пилоту, бывшему одновременно и владельцем челнока требуемую сумму и тот, даже не взглянув на экран планшета, где призывно заморгало окошко с отчётом о зачислении средств, сгорбившись побрёл к кораблю, приглашающе выдвинувшему трап.

Всё происходящее, сенаторы станции наблюдали на большом экране, висевшим над столом в кают компании. Они хранили молчание до самого конца, до того момента, когда небольшой кораблик, поднятый над полом заботливыми руками силовых полей, не покинул зону их ответственности.

– Отключись, – чайная ложечка в пальцах Чума, качнулась и Аватар Спирали немедленно погасил экран, переключая внимание рассевшихся за столом людей к столу, уставленному вазочками с печеньями, джемами и всем прочим, необходимым для совещания, проходящего в тёплой домашней обстановке. Инициатором такой манеры проведения их собраний была Дося, считавшая, что расслабленное состояние лучше всего стимулирует мозг к принятию верных решений. Нельзя сказать, что с ней были согласны совершенно все. Так, Карась, был сторонником стрессовых методик. С его точки зрения, все участники должны были быть жёстко выгнаны из своих «зон комфорта», чтобы их мозги работали на пределе. С таким подходом был категорически не согласен Благоволин, бывший сторонником офисного стиля для таких собраний. Минералка, блокноты и вдумчивое плетение сети решений, должное поймать собой желанную цель. Маслову же, остро переживавшему расставание с подругой, было пофиг.

Так и вышло, что на их общем собрании, созванном Благоволиным для принятия решения по регламенту проведения подобных мероприятий, победила Дося, голос которой поддержал Чум, при одном воздержавшемся и двух голосах против. Её оппонентам – Карасю и Благоволину, пришлось смириться с подобным раскладом – их варианты не набрали и того, получив чёрные шары от всех остальных участников.

Но, вернёмся к происходящему за столом.

– Интересно получается, – Благоволин, подчинившийся общему решению о манере проведения собраний, покрутил меж ладоней стакан с соком: – У нас на Станции убийства происходят, шляются непонятные невидимки, про Хавасов я уж молчу и, – он неодобрительно покосился на Чума, перекладывавшего всё той же ложечкой варенье из общей вазочки себе в блюдце: – И наш старший по безопасности даже ухом не ведёт?