Инволюция - Макс Вальтер

– Я подумаю, – я в самом деле сделал в голове зарубку на всякий случай. – А чего там, в Ворсме этой? И где оно такое?

– Вот те на?! – удивлённо уставился на меня сверху тот. – Вы же с той стороны пришли, неужто не видел? Кузнечный город там, всю жизнь ножи куют, сколько себя помню, там самые лучшие клинки делали даже в мирное время. А сейчас сам бог велел, не поверишь, но они на этой теме целый посёлок держат. Мир ближе к средневековью откатился, кузнецы нынче на вес золота стали.

– Охуеть, в натуре? – я даже ушам не поверил.

– Загляни, как освободишься, – ухмыльнулся он и снова подковырнул. – Я же понимаю, вы люли занятые, спасение мира и всё такое…

– Ой, иди на хуй, – отмахнулся я, а Борода захохотал.

– Ладно, делить будем, как договорились, – он резко вновь стал серьёзным. – Ваша доля у меня побудет, желание возникнет – заберёте. Уговор есть уговор, я такие вещи не нарушаю.

– Ну, если не лень мудохаться?

– Нет, мне этого хватит, чтоб пацанов пристроить.

– Каких пацанов? – не понял я.

– Ну, Кока ты уже видел, – охотно ответил тот. – Я их ещё в самом начале подобрал, мелкие оба… Мне почему-то жалко их стало.

– А сейчас что, заебали?

– Бля, Гера, ну какой из меня на хуй отец? Руки по самые уши в крови, я их и воспитывать-то не знаю как. Так, тренирую по малой, да пизды иногда даю. Ну так, чтоб не сдохли в первый же день. Вот, думаю, к Фантому их пристроить, да не всё так просто.

– Да, гондон он ещё тот, конечно.

– Ха-ха-ха, обязательно ему это передам, как только увижу. Он сейчас какую-то тему мутит, типа охотников за нечистью. Уже первый отряд молодых гвардейцев набрал, тренирует.

– Хуйнёй, короче, занимается.

– Ну да хуй! – возмутился Борода. – Это вам поебать, а мутантов в последнее время расплодилось столько, что посрать без обреза не сходишь. А с морозами они все поближе к деревням подались, ты даже не представляешь, какой сейчас спрос на таланты Мутного.

– Ни хуя себе, – искренне удивился я. – А ты откуда это всё знаешь?

– Так я тем и живу, – усмехнулся в ответ он. – То маргинала какого завалить, что жить людям мешает, то монстра. Так что пацанам в тему будет.

– А с хуя ли такие откровения, Борода?

– Да хуй знает, – пожал он плечами. – В последнее время и поговорить не с кем. Да и вообще, скину щеглов – к реке ближе подамся. С таким-то богатством… В общем, обеспечу себе достойный покой. Буду рыбку ловить, да всяких мудаков, типа вас, через речку переправлять.

– М-да, пенсия…

– А хули нет? Короче, ты меня услышал, если что, знаешь, как меня найти, пацаны подскажут. Долю вашу я сохраню или найду как её инвестировать. И да, не за что.

– Ага, спасибо, – ухмыльнулся я. – Ну что, к нашим пойдём?

Борода кивнул, спустился на землю, и мы вместе отправились к друзьям, которые наверняка без нас уже друг друга поубивали.

*****

Видимо, не так уж и хорошо я их знаю. Застали мы их хохочущими и спокойно попивающими пиво. Я, походя, принял пластиковую тару из рук Лены и сделал глоток, после чего тут же выплюнул содержимое.

Во-первых, сильно мешали куски льда, а во-вторых, полное отсутствие газов. Вообще удивительно, как они не промёрзли здесь в такой-то дубак.

Судя по всему, хорошо утеплённые стены не дали пока основательно проникнуть внутрь морозам. Хотя они и давят всего ничего: пару недель максимум. Многие вот такие помещения ещё умудряются сохранять в себе температуру, близкую к нулевой отметке, но всё ещё не минус.

Я втянул несколько частиц в ладонь, щёлкнул пальцами, словно заправский фокусник и из горлышка бутылки раздалось едва слышное, но очень приятное шипение. Притом не только у меня – пусть радуются, я сегодня добрый. Да и погода чудесная.

Что ни говорите, а яркий солнечный день довольно сильно влияет на настроение. Вон, даже мрачный Борода и тот разоткровенничался.

– Ну, вы где шароёбитесь там? – обрадовался нашему появлению Мутный. – Мы уже почти всё выдули, а оно ебать какое невкусное.

– Жратву нашли, – ответил я, как только оторвался от горлышка. – Целый элеватор с пшеницей.

– А нам с этого хули? – поморщился тот. – Хлебопекарню, типа, открывать будем?

– А ты не выёбывайся, – одёрнула его Тоня. – Из неё каша, знаешь, какая вкусная?

– Каша-хуяша, – отмахнулся наркоман. – Я думал там серьёзное чего. Ну и хули сидим тогда? Погнали дербанить!

Пустая бутылка отлетела в сторону, но кореш быстро восполнил утраченное, отобрав почти половину у своей подруги. Он опрокинул бутылку и всосал остатки за один присест. После чего снова замер и мощно рыгнул в сторону пустого склада.

– О, бля, ща даже пиздатей вышло, – ухмыльнулся он. – Ну чё, где там твоя пшёнка.

– Пшеница, долбоёб, – поправил его я. – Пойдём, покажу.

Мы дружной компанией двинулись к находке. Борода, походя, подхватил пустое, ржавое ведро, зачем-то понюхал его, затем перевернул и похлопал по дну. Из него вылетело несколько обледеневших листьев, после чего наёмник довольно крякнул и быстрым шагом догнал нас.

Этим ведром он начерпал нам зерна, которое мы рассыпали по рюкзакам. Теперь на несколько дней мы обеспечены сытым пузом, а это сейчас самое важное. Хорошо бы, конечно, машину найти, а ещё лучше квадрик, им я хоть управлять умею.

– Опа, а здесь что за хуйня? – Мутный как раз остановился напротив того самого вагона, который я не успел вскрыть.

Меня он дожидаться не стал, уже сорвал пломбы при помощи какой-то арматурины и сейчас боролся с замками.

– Ох ебать меня ломом в сраку! – восторженный вопль наркомана, после грохота открываемой двери заставил всех на него обернуться. – Я в рот ебал отсюда уходить, это же «Дошик»! Ха, ай да Мутный! Вот это я молодец! Вы у меня теперь все сосать будете, ха-ха-ха.

– Ага, придержи конец, – усмехнулся Борода. – У нас договор, шестая часть принадлежит мне.

– Залупу тебе, на воротник, чтоб шея не мёрзла, – возмутился наркоман. – Чё, бля, мало в ебальник получил, я сейчас ещё накину!

Первой не выдержала Лена и звонко расхохоталась, ну а спустя несколько секунд мы все ржали, как сумасшедшие.

Стресс отступил, жизнь налаживается, ну а лёгкий хмель в голове лишь подстегнул и без того, прекрасное настроение.

– Ладно, я думаю, здесь тоже ценник неслабый выйдет, – кивнул я Бороде в сторону вагона. – Считать не буду, ты ведь у нас честный цыган.

– Ну, это