Тринадцатый IV - Виктор Молотов

Чёрт, да сколько же в нём энергии! поглощение пауков должно было развеять его…

Кокон истлел, и оттуда выглянула голова Зубастика. Малёк увидел нас, увидел облако и не на шутку испугался. Он стал транслировать мне свой страх, а это мешало мыслить трезво.

Я убрал щит, и внезапно регат мне образ. Там был совершенно незнакомый мне человек. Он плёл заклинание. А я повторил за ним.

Понятия не имел, что выйдет, но повторил. Доверился своему чешуйчатому другу.

Плетение из сорока двух нитей поднялось в воздух шаром света. Яркая вспышка… А потом всё исчезло. И коридор снова погрузился в кромешную темноту.

Зубастик запищал. Он держался у неровной стены, вцепившись в камни. Ох, не зря Дмитрий Павлович ему игровой комплекс сделал… Малёк не один день провёл на стене с выпирающими камешками, по которой можно было забираться метра на два в высоту, и на верёвочной лестнице.

Ему было страшно, но благодаря своим навыкам он держался. Теперь мне следовало помочь.

Вдох. Выдох. Нужно сперва успокоиться.

Я посветил фонариком на Зубастика, а затем стал передавать короткие образы, указывая Зубастику, на какой камень опереться, чтобы спуститься. Малёк боялся, поэтому и подчинялся неохотно. Тогда я стал транслировать вместе с тем и своё спокойствие.

Через десять минут Зубастик спустился и полез обниматься. Показал образ из своих воспоминаний, как напоролся на ловушку пауков. Этот хитрец хотел сходить к концентрату и незаметно вернуться, но местные мутанты оказались хитрее.

— Лёх, это что за заклинание ты сейчас сделал? — спросил Костя.

— Без понятия, — честно ответил я.

Зубастик потянул меня за руку, чтобы я последовал за ним. Но я собирался вернуться…

— Как это «без понятия»? — даже Серёга не понял. — Чтобы использовать плетение, его надо хоть отработать пару раз.

— Это Зубастик передал образ. Не знаю, из чьих воспоминаний он его вытащил… И не особо хочу знать.

— Думаешь, этот кто-то находится совсем рядом?

— Скорее всего. Зубастик уже не первый раз считываешь чужие воспоминания. А он может делать так только со своими сородичами. Расстояние я не измерял, но полагаю, что сила действует примерно в радиусе километра. Может, чуть больше.

Зубастик продолжал меня тянуть. Отправил образ, как он быстренько забирается в лужу магического концентрата и выбирается. Взамен я начал транслировать ему своё недоумение. И малёк озадачился, как же объяснить хозяину своё желание.

— Лёш, если то, что ты говоришь — правда… — осенило Виталика, но Костя его перебил.

— То тогда этот орден и вправду сможет изменить мир, — закончил Костя. — Знал, что не зря согласился!

— И я, пожалуй, соглашусь, — тихо продолжил Виталик.

— Ради воспоминаний регатов? Такие образы, с заклинаниями — скорее исключение из правил, — уточнил я.

— И да, и нет. Он же прямо тебе показал, как спасти его. Значит, сможет показывать, как и убивать взрослых регатов.

— Думаю, в скором времени мы узнаем…

Зубастик запищал, указывая вниз. Посмотрел на меня жалобными глазами, как у щенка.

— Чего он хочет? — спросил Серёга.

— В магической луже искупаться, — хмыкнул я.

— Зачем? — продолжил Костя.

— Не знаю. Он не может мне объяснить.

— Может, так он быстрее развивается, — предположил Серёга. — Давай сводим его, это же много времени не займёт.

— А генералу скажем, что нашли его купающимся, — поддержал Костя.

— Хорошо, раз все за Зубастика, то и я вместе с вами, — улыбнулся я и взял питомца за лапу, как маленьких детей берут за ручку.

Мы спускались неспеша. Я светил под ноги фонариком, опасаясь, что под нашим весом ступеньки могут попусту провалиться. Идущие позади контролировали стены и потолок. А то ещё гигантских летучих мышей встретить не хватало…

Пока мы шли, я отправил Зубастику образ выжженного пятна в полу, которое и открыло проход в подземелье из подвала. Малёк сразу понял мой вопрос и показал.

Правда, он решил это продемонстрировать на практике…

Зубастик остановился у стены и прочертил острым когтем неровный круг. Затем приложил в центр лапу, и круг покрылся пламенем…

Мы с парнями стояли в полном шоке, а Зубастик запрыгал от радости. А потом снова образ этой лужи отправил, чтоб я наверняка его понял.

Допрыгался!

Прямо под лапами регата провалилась ступенька, но я вовремя успел его подхватить. А ребята позади подхватили меня. Так, мы и выбрались. Но я за эту секунду чуть не поседел.

— Так вот зачем концентрат. Ты его впитываешь, а потом колдуешь, — высказал я свои мысли мальку.

Он кивнул.

— Ещё один поджигатель на мою голову, — добродушно заметил я и погладил его по голове.

— Лёх, а разве у регатов есть источник? — озадачился Серёга.

— Без понятия, — я пожал плечами.

Анатомию регатов никто не изучал. Потому что с живыми этого не сделаешь. А после смерти от них разве что кучка пепла остаётся.

Мы спустились вниз и выключили фонарики. Хватало света от этой лужи… вернее, тут накапало целое озеро… Это была природная пещера, похожая на ту, к которой меня отводил Марс.

Посмотрел вверх и увидел, что по стенам стекают светящиеся капли. Должно быть, это место для хранения опасных магических отходов, какое мы встретили там, где я нашёл яйцо Зубастика.

Но цвет, что излучал концентрат отличался. Здесь он был более фиолетовый, нежели синий.

Зубастик с разбегу нырнул в озеро и стал там резвиться, как ребёнок, которого, наконец, отвезли на речку купаться.

— Счастья полные штаны, — заметил Виталик.

— Скорее полный панцирь, — усмехнулся Костя.

— Да. Надо будет ему раз в месяц организовывать походы сюда, чтоб больше не сбегал, — сделал я вывод.

— А ты не можешь запретить?

— Могу остановить, если вижу, что он идёт. Но запретить не могу. Только воспитать.

— Выходит, у него куда больше воли, чем у обычных питомцев, — констатировал Серёга.

— Это и пугает, — ответил Костя.

— Брр, — Виталик вздрогнул. — Вам не кажется, что тут стало совсем холодно? Словно зима наступила…

— Есть такое.

— По закону жанра сейчас из того прохода в стене должен выпрыгнуть снежный монстр и наброситься на нас, — сказал Виталик и указал на небольшой проход