Искатель – 12 - Сергей Шиленко

— Нет! — голос стал низким, опасным. — Нет, нет! НЕТ!! Тупой ты ублюдок!

Глава 23

Я остановился, как вкопанный, глядя на Елену. В руках она крепко сжимала пухлого малыша месяцев шести-семи от роду. Сердце ухнуло куда-то вниз. Сроки… Чёрт, сроки сходились идеально!

— Не смотри так, будто видишь привидение, — резко бросила фермерша, прижимая ребёнка к груди. Её голос дрожал от едва сдерживаемого гнева. Считаешь, что мальчишка твой? Выкинь эту дурь из головы, Охотник! Ты трахнул меня один раз, а потом кончил мне в задницу. Мой муж кончает в меня почти каждую ночь с тех пор, как мы поженились. Богдан — сын Бернарда!

Малыш заплакал, испугавшись резкого тона матери. Елена тут же смягчилась, сильнее прижала его к себе и зашептала что-то успокаивающее, нежно похлопывая по спинке. Но её взгляд, устремлённый на меня поверх детской головки, оставался колючим, как осколки льда.

— И даже не думай заявлять обратное, — прошипела она уже тише, но не менее яростно. — Богдан — папина гордость, его сокровище. И знаешь что? Несмотря на все наши потери, на разрушенную ферму, наш брак никогда не был так крепок, как сейчас. Если в тебе осталась хоть капля уважения к моей семье, просто иди убей этих чёртовых вепрей и оставь нас жить своей жизнью.

Я медленно кивнул, чувствуя, как в горле встаёт ком. Не этого я ожидал. Хотя чего, собственно? Что она бросится мне на шею? Представит ребёнка как моего сына? Жизнь — не сказка, особенно здесь, на Валиноре.

— Прости, — выдавил я, стараясь не смотреть на малыша. Черты лица у младенцев всегда размытые, но что-то в форме носа, в разрезе глаз… Нет, хватит! — Поздравляю с сыном. И передай Бернарду мои поздравления. Мне хочется думать, что мы расстались друзьями, и я надеюсь, что ими и остались. Вы были добры ко мне, когда только прибыл в Кобран, и я этого не забыл. — Помедлил, но всё же добавил. — Так что если вам что-нибудь понадобится, дайте знать. Я помогу чем смогу.

Елена молчала, баюкая сына. Я развернулся к двери, чувствуя себя так, словно на плечи взвалили мешок с камнями. Похоже, мне не суждено стать частью жизни этого ребёнка, и даже просто обнять его…

— Подожди, — неохотно окликнула она, когда я уже взялся за дверную ручку. В голосе проскользнуло нечто похожее на стыд. Я обернулся. Она всё также не отрывала взгляда от сына, словно черпая в нём силы. — Мы всегда гордились тем, что всё заработали сами, и гордились бы до сих пор, но… Мы всё потеряли. Ферма сожжена дотла. Бернард целыми днями патрулирует деревню, защищает её, пока я сижу с детьми. Мы даже не можем начать восстанавливаться.

— Понимаю, — кивнул я и потянулся к поясному кошелю. — Позволь мне хотя бы…

— Не так, болван! — зашипела она, вскинув голову. Глаза сверкнули яростью. — Как это будет выглядеть, если ты просто сунешь мне деньги? Кто-то, может, и сочтёт это благотворительностью, но… — она отвела взгляд, на скулах проступил румянец. — У меня есть определённая… репутация.

Ну да, учитывая, как она буквально набросилась на меня при первой встрече, запрыгнув на член прямо в амбаре… Некоторые вещи в маленьких деревнях не забываются.

Я кивнул и снова повернулся к двери.

— Вы и ваша семья получите необходимую помощь. Обещаю.

На крыльце меня уже поджидал Дюран. Мэр тяжело дышал, видимо, бежал за мной. Годы явно давали о себе знать.

— Спасибо, что подождали, мастер Артём. Мы безмерно благодарны за Вашу готовность помочь, — он утёр пот со лба платком. — Позвольте налить Вам нашего фирменного яблочного бренди и рассказать о ситуации.

Я поднял руку, останавливая его:

— Сначала дела. По дороге видел несколько сгоревших зданий, а Бернард упомянул, что их ферма полностью уничтожена.

Плечи мэра поникли, словно из него выпустили воздух.

— Да. Больше дюжины семей сбежали с дальних ферм в деревню. Некоторые, как Бернард с Еленой, потеряли всё. А с некоторых ферм люди так и не добрались до нас. Погибли, пытаясь спастись, — он покачал головой. — Мы в ужасном положении после тяжёлой зимы. И если не разобраться с вепрями, то пропустим посевную, и тогда нас ждёт голод.

— С вепрями я разберусь, — пообещал, доставая кошель и отсчитывая двадцать золотых. Эта сумма ещё год назад показалась бы мне целым состоянием, а сейчас, когда счёт шёл на десятки тысяч, представлялась почти карманными деньгами. Но для деревни…

— Вот, — протянул монеты. — На поддержку деревни в трудную минуту. Поможете тем, кто потерял дома, купить самое необходимое для начала, особенно семье Бернарда. Он помог мне с бандитами, когда больше никто не решался. Не могу допустить, чтобы его семья бедствовала…

Глаза Дюрана округлились. Он принял монеты дрожащими руками, словно это не золотые кругляшки, а священные реликвии.

— Боги обязательно благословят Вас, Артём, — выдохнул он, крепко сжав моё плечо свободной рукой. Подбородок у него задрожал, старик едва сдерживал слёзы. — Если Вы спасёте нас от вепрей, то станете не просто Героем, но и вечным покровителем деревни. Мы переименуем Хасмадею в Вашу честь!

Я похлопал его по плечу в ответ, стараясь не поморщиться. Вот уж чего не хотелось, так это чтобы какая-нибудь деревня носила моё имя.

— Не надо. И скажите, что деньги собрали Искатели из соседних общин, типа демонстрация поддержки и солидарности. Так будет правильнее.

Дюран задумался.

— Это… Это сохранит наше достоинство, — медленно кивнул он. — Но вы уверены? Такая щедрость заслуживает признания.

— Уверен. Хасмадея проявила доброту ко мне, когда я только прибыл в Кобран, теперь моя очередь отплатить добром за добро, — я махнул рукой, резко меняя тему. Не люблю эти слезливые благодарности. — Лучше расскажите подробнее про угрозу вепрей.

Лицо мэра снова помрачнело. Он сунул золотые в карман и вздохнул.

— Первое нападение случилось прямо перед Новым годом. Вепрь девятнадцатого уровня вышел из леса и атаковал ферму Бернарда. Сровнял с землёй все постройки, убил их старшего сына и двух батраков. Мы пытались остановить тварь, но потеряли ещё троих, прежде чем загнали гадов